Гипоксия - Артём Кочеровский

Я замолчал, потому что понял, что разговаривать с ними бесполезно. Шаг за шагом они провожали меня к двери и готовы были накинуться, как только я отпущу распределителя. Против меня сейчас было всё. Я отказался показать браслет, я угрожал Йохану, я ударил адепта. По концовке мне пришлось украсть пару камней с пола. Последний грех смутил адептов куда больше, чем долото у горла распределителя. Я украл кровь Оксила.

— Долбанные фанатики…

Чем больше, мы торчали в контейнере распределения, тем выше был шанс, что к нам зайдёт ещё кто-то. Совсем скоро на крики соберётся толпа зевак, подтянутся другие адепты. Нужно уходить, пока можно. Но куда бежать?

— Ладно, яйцеголовые, рад был повидаться.

— Кара настигнет быстрее, чем ты думаешь, Нолан.

— Куда уж быстрее.

Затащил Йохана в проход двери и выскочил на улицу.

Залетел в первый попавшийся переулок и стал беспорядочно петлять. Скоро я потерялся и понятия не имел, как далеко в и какую сторону ушёл от распределительного пункта. Нашёл укромное место за распиленным товарным вагоном, спрятался.

Сердцебиение повышено. Уровень потребления кислорода — 160 % от нормы.

Остаток кислорода при умеренном потреблении — 2 часа.

В кармане у меня нашлось два увесистых камня. Положил один в браслет:

Остаток кислорода при умеренном потреблении — 134 часа.

Так-то лучше. Но что теперь делать? Единственный путь, который представлялся мне более или менее реальным — это выход за стену. Но сколько я там протяну?

За стеной находились фермы. С вышки я видел несколько блокпостов сёрчей, отдалённых примерно на километр от Перевального. Согласятся ли они обменять пару десятков часов на оружие? Дадут ли ночлег? Может, ещё не поздно покаяться? Я ведь просто трудный подросток, ведь так?

Текущий прогресс — 63 %.

Разрешённый уровень потребления — 1.

Могут и не простить. Оксил тебя любит, обожает, в жопу целуют. Давай мы забьём тебя палками во имя его любви? Идёт?

Долбаный Йохан. Всё так хорошо складывалось. Я нашёл друзей, раздобыл информацию, нашёл трёхсисячник и разрабатывал план путешествия к Базе, чтобы оттуда попасть к приёмке. И тут такой облом.

Место я нашёл довольно неплохое. За целый час мимо меня пробежали только две крысы. Одна задержалась. Жирная, с сеткой красных вен на мёртвой полупрозрачной коже. Остановилась в нескольких метрах и пробовала на вкус воздух. Капилляры, жаждущие кислорода, подсветились бордовым. Некоторое время она нюхала, выискивая запах разложения, а когда поняла, что я ещё жив, пискнула и скрылась в дыре.

На меня объявили план перехват. В Перевальном не звучала сирена, по улицам не носились адепты с проблесковыми маячками. Но время от времени я слышал крики, грохот ботинок по крышам контейнеров.

Ищут.

Навык скрытность успешно синхронизирован. Прогресс повышен на 8 %. Текущий прогресс — 71 %.

В распиленном вагоне я сидел, пока не стемнело. Крики прекратились. Злопамятные адепты будут искать меня вечно, пока не отдадут на перевоспитание благословенной перчатке Оксила. Нужно уходить.

Сориентировавшись по вышке, я решил, что пойду к западной стене. Там находился один из проходов. В Перевальный вели двое ворот. Раньше через них в город въезжали караваны грузовиков. Связь с Базой оборвалась. Теперь эти ворота открывали только для того, чтобы завести в город тележки с провизией. В основном местные пользовались небольшими дверьми, коих насчитывалось около десяти штук по всему периметру города. У каждой двери стоял охранник. Толку от них было не больше, чем от вечно спящего Ропотова. Охранники следили, чтобы дверь была закрыта. Кто и зачем через неё ходил — их не волновало.

Первые шаги дались тяжело. Я отсидел ноги в этом вагоне. Чертовски хотел есть и прокладывал путь прямо на ходу. Старался не попадаться на глаза. И испугался, когда наткнулся на пацана с копьём. Несколько секунд он смотрел на меня, а потом замахнулся и швырнул оружие в фигуру деревянного пса. Не в меня — уже хорошо.

На меня охотились только адепты. Слухи в Перевальном расходились быстрее, чем самый острый нос улавливал пердёж в закрытом контейнере. Горожане наверняка уже знали про грехи Нолана. Но копья в меня не бросали.

С парнем мы быстро нашли общий язык. Ему пригодились два десятка лишних часов, а мне — его худи с капюшоном. Закатав рукава и спрятав голову, я пошёл дальше.

Через несколько кварталов показался край стены. До свободы оставалось чуть больше сотни метров.

Горожане не участвовали в моей поимке, но с охранниками всё могло быть иначе. Очевидно, что рано или поздно мне в голову пришёл бы план сбежать. Камней достать негде. Каса проверят в первую очередь. Значит, я могу какое-то время прятаться в Перевальном, но потом либо сдамся, либо попытаюсь сбежать за стену. И потому адепты могли предупредить охранников у дверей. Но проблемы этой я не боялся. Во-первых, адепты могли посчитать, что испуганный мальчишка заляжет на дно и не решится на столь опасный поступок. Во-вторых, охранники на дверях не входили в касту сёрчей. Значит, они были нулёвками, как и все остальные горожане. И нулёвок я больше не боялся. С недавних пор я стал чуточку быстрее, чуточку сильнее и чуточку крепче нулёвки. Если придётся начистить харю охраннику, то я сделаю это без проблем.

Между крайними контейнерами и стеной лежал зазор метров в пятнадцать. Я пошёл между контейнерами, пока не увидел ближайшую дверь. Охранник был на месте. Такой же растащенный и полусонный, как Ропотов. Я натянул капюшон, засунул руки в карманы, вышел из тени.

— Эй!

Из-за угла выглянула лысая голова.

— Стоять! Хватай его!

Охранник вскочил на ноги. Адепт взлетел по лестнице и прыгнул наперерез. Я замедлился и позволил ему хорошенько приложиться рёбрами об утоптанную землю. Перепрыгнул, поспешил к двери.

Охранник потянулся к поясу и вытащил небольшой цилиндр. Нажал кнопку. Цилиндр разложился в полуметровую дубинку.

Охраннику было лет под сорок, в охотничьей жилетке с квадратными карманами с выцветшими на солнце усами. Глаза его загорелись. Служивому надоело работать дворецким. Для него появилась работа. И он с радостью за неё взялся.

Что касается меня… Вариантов не было. Я шёл на него с голыми руками, потому что не мог не идти.

Мужик размахивал дубинкой и пару раз попал мне по рукам. С третьего подхода я раскачал его по сторонам, пробил по печени, поставил на колени и смял переносицу локтем. Вырвал из рук падающего тела дубинку, побежал к двери.

Два адепта встали на