Рабство Кольца (СИ) - Изотов Александр

Кент, видя, что золото больше я доставать не собираюсь, несколько секунд сомневался, но всё же продолжил:

— Чёрный Лотос и кровь игрока десятого уровня.

Фонза округлила глаза, крякнув от удивления. Я тоже возмутился:

— Ну где ж я кровь игрока тебе найду?

— Не, Гончар, ты не тому удивляешься, — Кент покачал головой, — С кровью игрока даже можно выкрутиться.

Фонза кивнула:

— Да, Гера, Чёрный Лотос — это легенда на одном уровне с Гимли Кольцетреским.

Я выдохнул. Да ну пипец, твою ж за ногу!

Несколько секунд на раздумья. Так, нет, если начну сомневаться, будет хуже. Решаем проблемы по мере поступления.

Поэтому я спросил:

— А бинты не выдохлись твои, пока цедил через них?

— Да не должны, и у меня есть нетронутый запас.

— Погоди, это не про те ли бинты, из-за которых вы… — начала было Фонза.

Но Кент сделал страшные глаза, замотал головой, и Женя захлопнула рот.

— Так, ладно, Чёрный Лотос. Окей, достанем, — кивнул я.

Надо было видеть лица Жени и Кента.

— Это Гончар, братва, — гордо сказал Бобр, — Если уж он обещал, то сделает.

— Гера, Чёрный Лотос… — неуверенно начала Фонза, — Его иногда не находят тысячи лет. Говорят, они водятся возле Великих Прорывов, и там может расти только один цветок.

— Значит, никаких проблем. Мы возле Батонского Прорыва, и он где-то здесь. Дальше, народ.

— Вот тебе и «опа-опа», — только и выдохнул Кент, — Да ты ещё самоуверенней, чем я.

— По-другому никак.

— Ну, раз так, то дальше я всё сделаю, — Кент будто соревновался со мной в этой самой самоуверенности.

— Что ты сделаешь? — возмутилась Фонза, — Я тоже эту книгу читала. И ещё одну, где у Аида жена описывала это зелье. Как ты достанешь сильную кровь игрока?

— Ну, так бинты же у меня, — слегка растерянно сказал Кент.

— Стоп! Фонза, а что ты прочитала? — спросил я.

— Ну, жена Аида, Персефона. Она летала за мужем в «царство мёртвых», только использовала зелье с зёрнами граната, выросшего из крови Диониса.

— Во, я это тоже знаю, — кивнул Бобр, — Короче, там такая резня была, там Орфей и Дионис, мармелады там порвали кого-то…

— Менады! — чуть ли не хором сказали Фонза, Кент и Лекарь.

Боря аж чуть прифигел:

— Ну, я так и сказал…

Я задумчиво потёр подбородок.

— Так, ребята, насколько я понял, — при этих словах в моих руках уже оказалась коробочка с зёрнами граната, — Зёрна у нас есть. Но кровь ли это Диониса, мы знать не можем?

Фонза взяла коробочку, подозрительно поглядела на полупрозрачные зёрнышки, понюхала.

— Гранат, как гранат. Ну, может, чуть магией пахнет.

Кент требовательно протянул руку. Тоже принюхался.

— Не, если от мумии того Ра в Египте разило силой, то тут как-то не очень, — он, как заправский сомелье, поводил коробочкой под носом, — Но лёгкий флёр есть…

Меня вдруг осенило:

— Кент, а если процедить сок граната через бинты твои?

Персик округлил глаза:

— Зачем?

— Ну, усилить эффект. Я так понял, эти зёрна всё равно же связаны с Дионисом?

— Думаю, что в теории спустя столько тысячелетий крови в них осталось немного, — вздохнул Кент, но вдруг его пальцы сжались так, что коробочка чуть не треснула, — Да ты гений, Гончар!

Я хотел отобрать коробочку, но Кент уже сунул её в кошель.

— Эй!

— Георгий, — серьёзно сказал Кент, — Добудь мне Чёрный Лотос, и будет тебе зелье.

Земледелец внутри меня вдруг вздрогнул.

— Скажи ещё раз, Кент.

— Что? Чёрный Лотос?

И снова меня чуть тряхнуло. Короткое видение, что с этим цветком связаны какие-то ужасные трудности. Кромешная темнота, небывалая глубина, и древние проклятия.

Такие же ощущения, как когда мы добывали цветки ядовитого плюща в подземельях гномов. Вот только цветки плюща — это… кхм… цветочки в сравнении с Чёрным Лотосом.

Спустя несколько секунд я даже пожалел, что пообещал достать. Но, в любом случае, надо будет заглянуть к тёмной эльфийке Таше, спросить её. Уж она-то должна что-нибудь знать про это, да и Боря наверняка со мной захочет к ней наведаться.

— Так, Фонза. Про жену Аида и зелье — это одна новость? — продолжил я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ага. Вторая про осколки.

— И, что там?

Фонза зашептала:

— Короче, там есть такие… ну, воспоминания современников самого Гимли. Это кольцо, оно же давно было в мире нашем.

— А я думал, его Аид притащил, и Гимли сразу его шарахнул, — удивлённо сказал Бобр.

Удивительно, но сейчас нашему Боре история очень нравилась.

— Да нет, если бы. Его же долго не могли разрушить, но только один кузнец смог, наконец, создать топор будущему королю, — важно вещала Фонза, — Эол Брок, его статуя, кстати, есть в подземелье гномов, говорят.

Женя замолчала, увидев, какие лица стали у нашей группы. Мы все разом вспомнили сумасшедшего Гвоздаря из подземелья, гнома-кузнеца, в которого вселился дух древнего Эола Брока.

— Дальше, — просипел я.

— Короче, «властелин той стороны» и раньше пытался попасть в наш мир. И в принципе, с этим кольцом всё так туманно.

— То есть?

— Я впервые задумалась над этим, когда стала изучать литературу двух периодов — до поломки кольца и после.

По словам Жени, получалось, что ужасное кольцо должно было помочь «властелину той стороны» попасть сюда. И что Аида очень не любили древние игроки за то, что притащил его. Боги Олимпа, это десятки того времени, вообще называли его предателем.

Да, именно Аид слетал в «тот мир» и принёс кольцо к нам. Это и было тем самым предательством — вроде как кольцо в нашем мире теперь представляло из себя точку опоры для пришествия сил зла.

Слушая Фонзу, я вдруг поймал себя на мысли, что у меня отец такой же, как и Аид. Чекан сделал для нашего мира великое дело, остановил пришествие, но стал в глазах общества предателем.

Так может, и Аид с этим самым кольцом… ну, спаситель, а не предатель? Стырил его из-под носа властелина, принёс его в наш мир, а тут началась грызня.

Так-то, сила в кольце была нефиговая.

В голове сразу возникли кадры из фильма, который я любил смотреть ещё нюбсом. Там тоже вот так кольцо пытались уничтожить, чтобы победить мега-злодея.

Меня всегда ещё мучил вопрос — зачем, когда ты владеешь огромным могуществом, заключать его в кусок металла? Это же создаёт дополнительные проблемы, да ещё у врагов появляется вполне конкретная цель.

Ладно, Кащей в наших сказках, у того выбора не было. Дали бессмертие, так на ещё в комплекте иглу, и прячь куда хочешь. А тут по собственному желанию.

А может, «властелин той стороны» тоже вот так, в обмен на что-то невероятное, заключил силу в кольце?

Даже интересно, на что можно обменять свою жизнь.

Я не сразу сообразил, что Фонза молчит и смотрит на меня. Видимо, я слишком задумался, что перестал слушать.

— Хотелось бы напомнить про другой период, — протянул Толя, — Ну, после поломки кольца.

— А тут, короче, другая ситуация, — на полном серьёзе сказала Фонза, — Я так поняла, наши предки допустили ошибку.

— Э-э-э…

— Ну да. После того, как кольцо разбили, появились всякие павшие расы. Нам в истории про эти гимны магические пишут, про наказание, что высшие расы забыли свою сущность.

— Высшие, павшие, — Кент почесал затылок, — Тут я уже ничем помочь не могу.

— Погоди, Кент, не уходи, — я придержал персика.

Фонза продолжила:

— Ну, кто на совете схватил осколки, они и были первыми обращёнными, павшими вроде как… Есть просто такие там фразочки.

Фонза рассказала, что некоторые участники совета вспоминали о своих друзьях с сожалением. Вроде как «жалко, что мой почтенный друг принял такое решение, поднял с полу крупицу силы. С тех пор мы больше не общались, и спустя пару лет я узнал, что друга моего постигла ужасная смерть».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Женя по памяти читала некоторые отрывки с цитатами. Я сначала удивился, сколько она может запоминать, а потом подумал, что наверняка её профа даёт такую пассивку.