Гипоксия - Артём Кочеровский

нами предстал зверь. Размером с рысь, на четырёх лапах, в бледном, цвета холодной мертвечины, окрасе. Он выходил медленно. Будто заигрывал с нами, понимая, что бежать нам больше некуда. С каждой поступью его лап я видел его всё отчётливее.

Хищник напоминал обтянутый кожей скелет. Кожа была мёртвой, будто кожа утопленника, которого достали из воды спустя многие месяцы. Белёсая, с синим оттенком, но испещрённая бордовыми полосами — венами и артериями. Кожа была гладкой, будто кожа морского кота. Столь тонкая и прозрачная, что сквозь неё можно было видеть, как тело качает кровь от сердца к конечностям и обратно. Тварь столь мерзкая и одновременно пугающая, что я окончательно забыл наставления перед прыжком. Заученные шаги на каждый экстренный случай после прибытия растворились в голове. Остался лишь страх. Страх прокатился по телу и опустился к руке. Браслет завибрировал:

Кислород расходуется слишком быстро — 340 % от нормы.

Остаток кислорода при текущем потреблении — 2 часа.

Тварь вышла из темноты и показала такую же обтянутую кожей пасть. Морда была бордовой. Но не сама по себе. Окрас не отличался от тела. К клыкастой пасти стягивались сотни или даже тысячи артерий и вен. От носа до бороды всё покрывалось жгутами бордовой пульсации. Морда напоминала жало. Словно природа создала её такой, чтобы наслаждаться укусом.

Сначала зверь смотрел прямо на нас, а затем пригнул морду к земле. Готовился к прыжку. Мой браслет переливался всеми цветами радуги, а на экране то и дело выскакивали сообщения о повышенном расходе кислорода. Страх наполнял тело, сердце билось быстрее. Оставалось лишь надеяться, что я вижу страшный сон, пока облачко моего безматериального тела движется на сверхсветовой скорости в космосе. Но боль в руке и теплота растекающейся крови намекали, что всё это происходит наяву.

Зверь углубил когти в землю. Медленно до меня начало доходить, что ради собственного спасения я должен начать действовать.

Оглянулся по сторонам в поисках камня или палки. Рядом ничего не оказалось. Да и времени, больше не осталось. Лицо подростка стало почти таким же бледным, как и белёсая кожа зверя. Он остолбенел и просто смотрел в глаза смерти.

Тогда я подковырнул ногой кусок земли и швырнул в морду чудовищу. Хищник зажмурил глаза и отвёл морду.

— Беги! — крикнул я и толкнул парня в плечо.

Песок в глазах остановил зверя ненадолго. Он пригнулся и прыгнул. Я отскочил в сторону. Приземлился на раненую руку. Сухая земля жадно впитала кровь. В этот раз зверь зацепил меня по ногам. Но лишь разорвал штаны и улетел в темноту позади.

— Ходу!

Теперь настала моя очередь брать парня за руку и тащить к стене. Я отчётливо слышал топот лап за спиной. Хищник догнал нас, обошёл по кругу и приготовился встретить в лоб. И что-то подсказывало мне, что играть он больше не будет.

Во тьме показались бордовые глаза и белый силуэт. Зверь появился слева, затем переметнулся на правую сторону. Я едва улавливал его прыжки в темноте, пытаясь предугадать, на кого и когда он снова прыгнет.

Подросток вырвал у меня свою руку, остановился и нажал несколько кнопок на браслете. Экран засветился красным, как и предупреждающие надписи. Браслет завибрировал и со свистом, напоминающим звук пробитого колеса, выпустил в воздух бирюзовый дым. Густой и мелкий, как порошок или сухие краски.

Зверь остановился. По гладкому телу пробежала дрожь. Хрустнули позвонки, зрачки расширились. Одним прыжком он оказался рядом с нами, но теперь не обращал внимания.

Наблюдая за странной картиной, я немного потерялся. Подросток пнул меня в плечо, и мы снова побежали к стене, до которой оставалось не больше пятидесяти метров.

Всю дорогу я бежал, повернув голову назад. Бежал и смотрел, как оголодавший хищник-убийца всасывает бирюзовую тучку кислорода. После каждого успешного вдоха его вены и артерии откликались и на долю секунды подсвечивались ярко-красным среди бордовой черноты. Морда, где было больше всего капилляров, светилась алым, будто хищник только что разорвал кого-то на куски и облизывался вкуснейшей кровью.

Мы уже почти добрались до стены. В темноте я больше не видел силуэт зверя, но время от времени замечал вспышки его вен и слышал хрипящие звуки носа, которым он втягивал бирюзовую тучу, боясь упустить даже самую малую крошку.

Зверь остался позади. Мы мчали со всех ног. К счастью, это недоразумение закончилось. Я не умер через несколько минут после прыжка, а значит, сейчас обоснуюсь на Базе, выполню миссию и исправлю всё, что должен исправить.

Но потом я увидел стену. Разве она может быть базой?

Старая, побитая ветром, песками и временем. Она выглядела так, будто простояла здесь не одну сотню лет. Но первую экспедицию отправили не более пяти лет назад. Как такое возможно? Стена покрывалась трещинами. Даже в темноте было видно, как много и часто её латали. Она была столь старой и потрёпанной, что я не сразу и понял, когда мы оказались у двери. Подросток ударил несколько раз кулаком. Дверь почти сразу же отворилась.

Парень потащил меня вперёд. Я даже не рассмотрел мужчину, который открыл нам дверь. В нос ударил запах моторного масла и стряпни. Я хотел рассмотреть переулки, по которым мы бежали, но из головы всё никак не выходила мысль…

Что-то пошло не так…

Проходя металлические контейнеры, столбы электропередач, будки с деревянными дверями, я пытался дать случившемуся хоть какое-то объяснение. Пространственная пушка должна была выбросить меня в место приёмки. У меня был груз, и я должен был передать его команде, чтобы завершить экспедицию. Планета считалась необитаемой. А что я вижу на самом деле? Все эти дома, контейнеры выглядели старыми и даже заброшенными. А сама база показалась слишком большой для команды колонизаторов в четыре десятка человека.

Подросток бежал, петляя в переулках. Я следовал за ним, хоть и не понимал зачем. С другой стороны, сейчас, когда команды поблизости не оказалось, лучше следовать хоть за кем-то, чем оставаться одному. Пускай этот парень и называл меня Нолан, но он хотя бы знал, что здесь происходит.

Спустя две минуты бега по разбитому асфальту тесных переулков, напоминающих гетто, я вдруг понял, что всё это время бегу на красный маяк браслета. Мой уже давно перестал светиться и лишь время от времени подавал информацию о снижении потребления кислорода:

Потребление кислорода снижается. Уровень потребления — 140 % от нормы.

Ноги парня заплелись, его повело в сторону. Он завалился на землю, раскинул руки, а спустя пару секунд начал дёргаться и открывать