Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ) - Стариков Антон

Король Хррумкаслип, — еле слышно пробормотал заветные слова старый шаман, пробуя их на языке, а затем довольно засмеялся, вызвав недоумение на лицах не понявших причин его веселья сопровождающих.

***

Земля. Подмосковье. Закрытый пансионат для ветеранов органов государственной безопасности.

Зима — так много в этом слове: морозный свежий воздух, чистящий легкие от летней пыли; густой пушистый снег, серебряной дорогой шубой укрывший всю человеческую грязь и хоть и ненадолго превративший серые будни в декорации сказки; горки, коньки, лыжи, снежки, веселье сразу трех великих праздников (Новый год, Рождество и Старый новый год), милых сердцу каждого русского человека и наконец, Широкая Масленица, знаменующая собой конец зимы и новый круг жизни — хорошее время, жаль только, что обитатели этого расположенного за глухим забором места не могли насладится всем этим полной мерой и лишь ловили жалкие остатки когда-то приносившей им столько радости жизни. Нет, люди находившиеся здесь, не были заключенными и могли покинуть этот в общем-то комфортный и удобный для жизни пансионат в любой момент. Но вот куда им было идти? Средний возраст находившихся здесь постояльцев был 75 лет, большая часть их жизни была отдана своей стране, семьей они за редким исключением так и не обзавелись — родина была ревнива и не оставляла времени на себя, родственники в большинстве своем уже и забыли, что у них есть столь редко виденная родня, а если и помнили, то в лучшем случае были к ней равнодушны, а в худшем — лелеяли мысли (иногда и не только) о скорейшей смерти довольно обеспеченных и ''слишком зажившихся'' на свете стариков. Так что пансионат, обеспечивающий к тому же очень качественный медицинский уход, был для них идеальным местом, позволявшим закончить дни достойно и в окружении знакомых по прошлой, довольно бурной и богатой на события жизни лиц.

По небольшой аллее, кольцом опоясывающей главный корпус, прогуливались трое: один постарше и двое помоложе, но даже самый молодой из них два года назад разменял 80-летний рубеж. Это были не совсем типичные пенсионеры — несмотря на довольно солидный возраст ни один из них не пользовался палочкой и даже по-стариковски не подволакивал ноги, да и вообще их уверенный шаг и движения подошли бы скорей крепким мужчинам чуть за пятьдесят, чем находившимся на излете жизни и начавшим разменивать восьмой и девятый десяток старцам.

— Наконец-то ты, Василь Григорьич, выбрался из свой жестянки, а то мы было подумали, что уже никогда тебя больше не увидим, только на похоронах, — укоряюще обратился к старейшему в компании самый молодой, тот самый ''живчик'', которому в прошлом месяце стукнуло 82.

— Да, Григорич, совсем ты на этих капсулах помешался, — поддержал говорившего невысокий лысый как коленка старичок в красивом вязаном свитере, видневшимся из-за отворота вполне стандартной и ничем не выделявшейся дубленки. — Еще Евгешу подсадил, она как и ты залегла как медведь в берлогу и только поесть и выходит — непорядок, скучно стало, совсем нас бросили. И что вы там только нашли? — Говоривший бросил обиженный взгляд на чуть улыбающегося третьего, что без тени раскаяния в глазах выслушивал адресованные ему упреки.

— Посмотри как хорошо-то вокруг! — не унимался первый, — Эх! Если бы не суставы, да почки встать бы на лыжи да километров..-надцать по насту — красота! — словно бы резко сбросивший как минимум десяток лет ''молодой'' распрямился, орлом оглядываясь вокруг и будто ища взглядом те самые лыжи, но затем вспомнил, кто он и сколько ему лет и закончил уже более нейтрально и с легким оттенком грусти. — Но и так походить неплохо, и уж во всяком случае гораздо лучше, чем день деньской лежать в этом гробу. — Тут он не удержался и пошутил, — смотри, Василь Григорьич, а то и похороним тебя в нем. —

— Хороните, — усмехнулся упрекаемый, несмотря на возраст (как-никак 93 года), выглядевший наиболее бодрым из всех троих, — мне уже будет все равно, заодно на гробе сэкономите. — Его собеседники странно на него посмотрели, но ничего не сказали, лишь один из них пожал плечами, а другой осуждающе покачал головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Некоторое время они шли в молчании, а затем ''сторонник экономии'' сделал своим давним приятелям совершенно неожиданное для них предложение:

— А если хотите узнать, чем мы с Женей там занимаемся, присоединяйтесь, — и не давая себе возразить, привел несколько аргументов: — Капсулу сейчас установить не проблема, не то что хотя бы полгода назад, эскулапы против не будут — анализы только лучше станут, проверено на себе, не понравится — просто вернете, гарантия на это два месяца, но вам понравится — это уже я гарантирую. —

Возражать ему сразу собеседники не стали, а задумались: Василия Григорьевича они знали давно, очень давно, и за все это время не было ни одного случая, чтобы его слова оказались пустопорожним трепом, да и снедавшее их любопытство требовало удовлетворения. В конце концов, что такого может случиться? Не понравится, бросят.

— Эх была не была — спробую! — первым решился хозяин красивого свитера, его более молодой друг не захотел разбивать компанию и последовал его примеру. Ну тогда делайте заявку, проблем быть не должно, вернусь сегодня с Белокаменной, зарегистрируем вас и все оплатим, доставка день-два, часов пять на установку, а потом уже можно и пользоваться. —

— Куда это ты собрался, Григорич? Смотри, холод и давление обещают — сопровождение возьмешь? -

— Придется, ты же знаешь, полчаса за рулем и руки… — проклятый артрит, так что теперь я только пассажир. А хочу я до знакомого старого прокатиться, вроде у него одно народное средство есть, как раз от артрита. —

— Когда это ты успел в народные средства уверовать? — искренне удивился один из собеседников. — Столько препаратов сейчас: хоть наших, хоть заграничных, а ты на бабкины травки решил перейти? -

— Попробую, — пожал плечами Василий Григорьевич, — хуже же не будет? Знакомый, что мне предложил, сам пользует — результат вроде хороший. — Тут он сменил тему. — Да, чуть не забыл, подскажи-ка мне адрес этого твоего приятеля с золотыми руками, ну того, кто раритетами занимается и Максиму кресло его сделал. —

— Да не раритетами, сколько раз можно говорить, ретро, ретро он занимается — мастерская у него по ремонту и реставрации старых вещей. В НАШЕ время он по сплавам и сталям работал — крупный специалист был. —

— А почему тогда в частники подался? -

— Обычная история 90-ых. К тому же специалист-то он крупный, но званиями и степенями не обременен, работал в той области, которая в то время считалась ненужной и устаревшей — так что, можно сказать, ушел по собственному желанию и его не держали. —

— Ясно. — Василию Григорьевичу действительно все было ясно: в то время он уже занимался преподавательской работой на родине и лично видел или слышал из первых уст десятки подобных историй. — Чиркни адресок — нужно. —

— Ладно, пошли тогда внутрь. —

Троица не по годам шустрых дедков поспешила внутрь, в тепло, одного из них ждала хоть и небольшая по дальности и времени, но в его возрасте довольно таки трудная дорога, а двое других спешили выйти в интернет и узнать побольше о новой забаве, на которую подбил их старый приятель.

Узел Всех Дорог Мира. Таверна ''Гарцующий Пони'' — нейтральное место встреч игровых кланов, принадлежит клану ''Взломщики''.

Трактир был стар, трактирщик стар, И старый знал секрет Там живший старый пивовар, А ночью пробовал товар Пришел к ним Лунный Дед. А у трактирщика был кот И был тот кот скрипач, Хотя совсем не знал он нот И все играл наоборот, А все же был скрипач!