Воин-паразит: Стать человеком - Богдан Костяной

искусство, доступное, по некоторым слухам, с середины пятого уровня. «Человек», так же как и «смертный», состоял из стадий, причём куда более сложных для прохождения и более затратных по ресурсам. Именно поэтому все пятиуровневые стремились за среднюю стену Доминос. В пределах внешней банально не было нужных реагентов для развития и восполнения подобного количества энергии.

Самсон попытался прочесть ни то заклинание, ни то технику защиты. Это уже мало кого интересовало. «Пронзающий Лебедь» прошёл его фигуру насквозь и растворился в нескольких метрах позади.

— К-как? — только и успел прохрипеть воин с головой варана, прежде, чем его тело обернулось кровоточащей грудой мяса.

— Вот так, — холодно ответил Людвиг и окинул взглядом меч, на котором после схватки не осталось ни скола, ни даже царапины.

Последний стоящий боец культистов пал бесформенным фаршем. Говорящий с воронами лишь безмолвно смотрел через прозрачные стенки фиолетовой формации.

— Ну что? Выходить будешь, хер клювастый? — подошёл к формации Эспен.

— Не долго ты будешь радоваться, червь, — произнёс надменно маг.

— Да что ты такое говоришь?! Сколько я ваших уже перебил?! Сколько ещё отправлю?!

— Да уж, серьёзные у него тёрки с их культом, — хмыкнул лейтенант.

— Почему они всё время называют Эспена червём? — вот, что мне интересно, — произнесла Алиса, вонзив копьё в, как ей показалось, шевельнувшееся тело аммастца.

— Сегодня я пробурил акупунктурные точки в лёгких и всё благодаря трупикам твоих подчинённых! Мне осталось активировать ещё три и тогда весь ваш культ в пределах внешней стены исчезнет нахер с лица Карцера! — зубоскаля, ответил Эспен и ударил кулаком по формации.

«Чёрт, на прочность как ростовой щит!» — отметил про себя паразит.

— В таком случае, — ухмыльнулся Говорящий, — желаю удачи. А вас, — обернулся он к оставшимся подчинённым, — я попрошу одолжить мне свои трусливые жизни.

— Что?!

— Команди-и-ир!

Парочка пасов руками — и дюжина нелюдей обернулись иссохшими мумиями, предварительно, отдав Говорящему всю тёмную энергию, что была в их телах.

— Слишком светло у вас тут, — сказал маг и развёл руки в стороны. — Velum tenebraum!

«Вуаль тьмы» — Эспен уже слышал это заклинание в трактире «Булатный ботинок». В тот день, когда они с Энасом невольно стали соратниками в борьбе против культа Аммаста. Однако по мощности, сорвавшееся с уст истинного «Человека», оно превосходило все вообразимые масштабы.

Пожар, факелы и даже лучи Спонсы — всё исчезло во всеобъемлющем мраке. Эспен не видел ничего дальше… нет, даже собственного носа он не видел. Ощущения были сродни слепоте. Будто и не было никогда глаз, и не видел он света в жизни.

«Как назло, я не знаю ни одного заклинания света! Мать твою за ногу! А если пальнуть огненным шаром? Нет, тогда своих задену!»

— Кто здесь?!

— Ау!

— О! Ты кто?

— Я Барни!

— О, это ты! Я Джек!

— Включите свет!

— Я ослеп!

— Эспен!

— Капитан!

«И ведь он сделал это не для того, чтобы сбежать!» — скрипнул зубами Эспен и рубанул мечом перед собой. Белый клинок не встретил сопротивление, а значит, что стенка формации исчезла.

«Только вот почему он не воспользовался этим, чтобы убить меня? Или им больше это не нужно? А впрочем — какая нахрен разница?! Проблема в другом…»

И не успел Эспен назвать имя этой проблемы у себя в голове, как та сама заявила о себе в лице агонии несчастного рейнджера.

— Вендиго?!

— Твою ма-а-а… — ещё одного сожрали.

Тут и там раздались крики и паника. Люди пытались защититься, стреляли огненными шарами, ненароком попадая друг в друга, но всё было тщетно.

Лишь лейтенант, что ещё в самом начале своего Пути Тельмуса нарвался на свиток воина-огневика — как их называли в народе, — мог, банально, видеть угрозу. Его меч объяло пламя. И вытянув его перед собой, как единственный соперник для вендиго, офицер привлёк внимание духа-людоеда.

— Что же ты за дрянь… — тяжело вздохнул лейтенант, когда в свете клинка прямо перед ним возникла громадная морда вендиго.

Глава 34. Друг для паразита

Назвать меня везучим сложно. С одной стороны, я единственный, кто выжил после рождения из двенадцати детей. С другой, на этом моменте удача от меня и отвернулась.

Матушка слегла, едва я оторвался от сиськи. Отец работал в шахте и мне не оставалось ничего другого, кроме как учиться махать кайлом у него, стоило только сделать первый шаг.

Затем потянулись годы рутины и тяжкого, неблагодарного труда на пустеющей шахте. Градоначальник, — чтоб он сыром срал! — доил максимум из рудника. С каждым днём мы были вынуждены спускаться всё ниже и ниже, работая во тьме, которая, кажись, питалась светом, а не боялась его, как должно.

В конце-концов, мы пробурили такую дыру, что потревожили Нижнее Царство. Древний демон, гад, заточённый под толщей породы, вырвался на свободу и порвал всех, кого я знал, включая отца.

Но пиком моего возмущения стало то, что чудом выбравшись наружу с несколькими парнями, я получил ответ: «Хоть усритесь, но шахта должна продолжить работать!»

«Что нам делать с демоном?!»

«Убейте его… не знаю… девственницу отдайте! Это не моя забота, короче!»

Вот же сука… Ни инквизиции, ни рыцарей в тех местах не было. Задрипанное болото на дальней границе Доминос — кто станет в таком месте следить за чертовщиной? Сюда даже сектанты заглядывать брезговали.

Само собой, на наш протест отреагировали силой. Одному парнишке, — совсем юному, и десяти ещё не было, — показательно отрезали язык и уши за ругань в адрес градоначальника.

Вот тут-то мои нервы и канули в Бездну. Я продал дом совсем уж дёшево, даже несмотря на то, что у нас не было хозяйства или скотины. Мне нужны были деньги только на меч и лук со стрелами.

Мой отец был лучником в ополчении ещё в те времена, когда через наши земли мигрировали племена варваров. Собственно, этому и научил между делом. А что до меча, то его я, как и любой мужчина, обязан был уметь держать, несмотря на то, что кроме как у охраны градоначальника ни у кого более клинков и не видел.

Месть моя слегка затянулась. Года на два, если быть точнее. Я присоединился к шайке воров. Первого человека убил в четырнадцать. В то время, я и читать-писать не умел.

Однажды нам попался особенно богатый купец. Пол-банды положили, прежде, чем с его охраной разобрались. Но вот в ларце у покойного обережника — мага-огневика, я нашёл свиток медитации. Сам я верил в Покровителя Нашего — Равина,