Воплощение Похоти 4. 18+ - Игорь Некрасов

пока его крики разносились по небу, наполняя воздух отчаянием. Израненный, истекая кровью, он пытался улететь подальше, но боль вынуждала его опускаться всё ниже и ниже.

Лагерь был уже совсем близко, когда зверь рухнул на землю. Не удержавшись, Гаазэф повис на верёвке, что была привязана к поясу. А отстегнувшись, схватил зелье и метнулся к клюву зверя.

— Держись! Пей, Чичи, пей!

Он начал заливать ей в пасть зелье, пока Чичи в это время смотрела на него истошным взглядом и устало хрипела от боли. Как только флакон опустел, он сразу же достал следующий, но тут перед тем, как вынуть пробку, Гаазэф услышал гогот, топот и крики со спины.

Он резко обернулся и увидел гоблинов верхом на волках, стремительно приближающихся к нему.

— Чичи! Вставай! Взлетай-взлетай! — зверь постарался изо всех сил выполнить приказ, чуть поднялся, но его ноги задрожали, и он снова упал, совсем обессилев. — Чёрт!

Мужчина резко обнажил меч, собираясь защищать зверя, но тут, когда волчьи всадники уже были примерно метрах в десяти, перед Гаазэфом возник высокий мужчина с татуировками на коже, сопровождаемый порывом ветра, поднявшим пыль и грязь с земли.

За спиной у него была дубина, которую он резко достал и исчез, подняв еще больше пыли, затем он появился перед волчьими всадниками и, взмахнув дубиной, прикончил сразу семерых, чуть ли, не стерев их тела в порошок. Удар был такой силы, что тела гоблинов и волков разлетелись на куски на десятки метров вокруг.

— Хрум! — закричал Гаазэф, и мужчина с дубиной обернулся, а затем, взглянув на раненого зверя, произнёс:

— Мне жаль.

После своих слов он крепко сжал дубину и вновь исчез, после появившись перед новой партией из четырёх волчьих всадников, прикончил их одним ударом.

В этот же момент к Гаазэфу подбежали еще несколько вооружённых человек, окружили Чичи и встали в оборону, затем один из них крикнул:

— Газзеф, нужно убираться отсюда! Идём в лагерь, пока командир прикрывает!

— Сейчас! Нужна только пара минут, чтобы Чичи поправилась!

— Нет времени!

Газзеф нервно прикусил губу и подумал:

Он прав, чёрт…

Мужчина с грустью посмотрел на зверя, после чего положил руку ей на мордашку и с горечью в голосе произнёс: «Прощай».

— Газзеф! Враг подступает! Хруму-то ничего не будет, но мы не факт, что справимся! Нужно уходить!

— Чёрт! Ладно! — он опустил голову, когда Чичи медленно закрыла глаза, и встал, сказав: — Уходим!

Отряд устремился к лагерю, а их отход преграждал грозный Хрум, который с каждым ударом лишал жизни нескольких волчьих всадников, превращая их тела в кровавые ошметки.

* * *

Прибыв, я продолжал осматривать лагерь, в который всё еще прибывали новые люди. В основном это были авантюристы и несколько наёмников, причем все были явно под градусом, так как успели отметить недавнюю победу.

А гоблины неплохо подгадали момент! Неужели первое нападение было для отвлечения? Хотя нет, слишком уж по-тупому их слили.

Медленно скача вперёд, я начал искать место, где можно привязать упрямца, и между делом подглядывал в системное окно.

Хм, а сферы-то уже начали заполняться негативной энергией, видимо, солдаты совсем не ожидали нового нападения и сейчас в ужасе.

Фух, значит, я успел вовремя! Зря только переживал!

Проскакав еще немного, примерно до центра лагеря, я заметил мужчину, стоящего у палатки в окружении солдат и со шлемом в руке.

— О, капитан Вилус! Какой план на битву?

— Погоди, Сэм. — произнес он и нырнул в палатку, затем туда вошли еще двое мужчин с пёрышками на шлемах, как у него, но другого цвета, и по их виду они явно были не в лучшем состоянии, будто их сильно приложило похмелье.

Хм, у них там совещание что-ли? А чего мне делать? — задумался я. — Вообще хочется посмотреть на армию гоблинов, на их более крутых воинов, только вот…

Я начал оглядываться в поисках удобного места, например, какой-нибудь возвышенности, и заметил, что часть солдат бегут и занимают оборону, а другие будто сворачивают лагерь, собирая припасы, оружие и прочее в телеги, упряжные лошадьми.

Они что, собираются отступать? Может, планируют вдруг что занять оборону в городе? Но тогда вся прилегающая территория отойдёт гоблинам… а нужно ли мне это?

Не уверен…

Проскакав чуть дальше, я нашёл деревяху вбитую в землю, к которой были привязаны другие лошади, и оставил упрямца там, затем снова начал осматриваться с мыслью:

Возвышенности никакой нет, может, на упрямца встать?

Нет, буду выглядеть глупо.

Тогда, может, мне побесить солдат и побольше очков маны для сфер заработать?

— Эй, ты занят? — спросил парень, только что прибывший на лошади, гружёной кучей мешков.

— А? Чего?

— Ты занят? — повторил он, после чего спрыгнул с лошади и начал отвязывать один из мешков.

— Вроде нет, а что?

— Тогда держи и идем со мной.

Он сунул мне в руки мешок с какими-то по ощущениям коробками внутри и, взяв такой же, потянул за собой внутрь палатки, стоящей напротив той, где скрылся Вилус.

Блин, и почему он именно меня припахал, тут же столько народу⁈ — задумался я, после чего, войдя внутрь, увидел интересное зрелище.

Кучка магов сидели на полу и заливались зельями, их лица и те части тел, что были открыты, переливались синими линиями, а подойдя ближе, я понял, что это так пульсируют их вены под кожей.

Чёрт…

У них что, кровь посинела? — я сконцентрировался на девушке, чьё декольте привлекло моё внимание, но там не было ничего сексуального, все вены под кожей пульсировали, будто сейчас лопнут. — Ух, видимо, да, даже склера глаз у них синей стала…

Это всё из-за того, что днём они потратили ману, а теперь пытаются её восстановить?

Да уж, по их виду я понимаю, что зельями и вправду можно отравиться, ну, если ты обычный человек, конечно.

— Ух, сейчас сдохну, — прохрипел один из магов, — чую, что тело разваливается…

— У меня также, — кивнула девушка, после чего у неё из носа вытекло что-то синее.

— Давайте, парни, больше без вашей помощи наши тела не выдержат.

Один из сидящих обратился к нескольким рядом, стоящими за их спинами, и те сразу же начали читать заклинания.

— Укреп-кости-укреп-крови!

— Заща-ота-я-да! Сила-жизня-воль!

— Лечи-тело-свят!

Хм, по всей видимости, это жрецы… — подумал я, а после того как