Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 7 (СИ) - Афанасьев Семён

Кроме того, что же все-таки были за намёки на второй концентратор у Масы?

Посидев минут пять и подумав, Ватару уже не был так уверен в чудом проснувшихся рукопашных талантах сына. Скажем честно: до сего момента, Масахиро только расстраивал приёмных родителей. Чтоб сказать очень сдержанно и мягко.

– Домой, – бросил он в итоге в затылок Рицу и потянулся за смартфоном и ноутом.

Поработать ближайший час можно и из машины, а такие беседы с детьми надо вести лично, не по телефону. Тем более что Масахиро и девочку Аизава сегодня отшил. А Ватару, честно говоря, кое на что рассчитывал в адрес её матери.

* * *

Обувь сына стояла у порога.

– Ау, ты дома?! – громко спросил Ватару, разуваясь в прихожей.

– Да! Я на кухне! – раздался голос сына, чуть заглушаемый странными звуками.

Помыв руки, отец тут направился на шум.

Белобрысый пацан стоял в старых спортивных трусах перед плитой и что-то готовил, используя сразу три посудины.

– Что у тебя тут происходит? – немного опешил родитель от удивительного зрелища.

– Привет, – весело махнул рукой приёмный сын, оборачиваясь и доставая из ушей наушники. – Вот, есть готовлю. Как чувствовал, запасся на всех…

– А почему ты дома? По своим заведениям, как обычно, не пошёл? – не удержался от подколки Ватару, имея ввиду квартал игровых автоматов и карточных столов.

Куда, формально, сыну вход был воспрещён. Но если подходить к вопросу не догматически… Кстати, его траты по этой расходной статье начинали всерьёз беспокоить главу семьи. Единственное, чем он утешался, было то, что после такого личного опыта пацан, возможно, будет кое-что в направлениях бизнеса Семьи понимать из первых рук, а не понаслышке.

– Какие могут быть сейчас заведения, отец? – абсолютно не среагировал на сарказм сын. – Смотри, что у меня по школе. Химия, надо срочно разбираться. Я тут столкнулся с тем, что кое-чего элементарного не понимаю. Ну, на этом уровне элементарного, – зачем-то поправился он. – Ладно, алгебра, физика и геометрия – тут я уже сделал всё на неделю вперёд, и там я хоть всё понимаю… но вот ещё по истории языка дебри, а без этого будет недопуск к тестам уже по просто истории. В общем, пап: мне сейчас не до заведений.

– А ты сейчас серьёзно говоришь? – заинтересованно склонил голову к плечу Ватару, усаживаясь на табурет возле обеденного стола.

Ранее подобной тяги к знаниям он за приёмным сыном не наблюдал.

– Вполне! – покосился на него пацан. – Я же туп, как дерево, в целом ряде дисциплин. Без них будет достаточно сложно двигаться дальше. Дельта пока не критичная, догнать можно; но чем заняться, мне есть и без кабаков и карт.

– Ладно, я должен это всё обдумать, – вынужденно признался глава семьи, не будучи готовым именно к такому повороту событий. – Спорить и ругаться, пожалуй, не будем… А что готовишь?

– Да купил мяса, лука и картошки. Ещё овощей, шут его знает, как оно все в том пакете называется, – Масахиро указал взглядом на распотрошённые пластиковые поддоны в мусорном ведре. – Мясо жарю с луком, картошку – тоже жарю, но уже на жире от мяса, а овощи будут вместо горячего салата. Кстати, готово через полминуты! Вовремя ты подъехал, – Масахиро, обернувшись на мгновение через плечо, искренне и как-то по-новому улыбнулся отцу.

Далее приёмный ребёнок, продолжая поражать родителя до глубины души, бухнул на стол две большие тарелки.

– Будешь же кушать? – полувопросительно, полуутвердительно сказал он главе семьи, принимаясь за еду на своей стороне.

– Спасибо. – Сдержанно кивнул начальник отдела одной не сильно популярной среди простого народа финансовой группы.

Да и не особо известной, если честно. Потому что такие дела и бизнесы любят тишину.

– Вкусно. – Уже даже почти не поразился Ватару ещё через минуту, быстро съев всё предложенное. – Сиди, я сам возьму! Кстати, а зачем ты решил подать вилки, не палочки?

Последний вопрос был риторическим и ответа на него он не ждал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Метаморфозы с ребёнком требовали осмысления. Желая чуть сменить обстановку, отец поднялся и прошёл к кухонной плите, чтоб положить себе ещё овощей.

– Ты что, на всех приготовил? Не на себя одного? – демонстративно спокойно уточнил Ватару, обнаружив на столике у плиты почти до конца заполненные готовой едой три чугунные посудины.

– Ну да, – словно бы не понял подоплёки заданного вопроса сын. – А что, что-то не так?

– Да нет, всё так… слушай, не могу не спросить. За какие деньги ты это всё покупал? С банковского счёта не ушло ни гроша. Из магазина я уведомлений о твоих покупках не получал, – пояснил свой интерес отец.

– Бумажными из бумажника расплатился, – пожал плечами парень.

– Ух ты. Ты на этой неделе не собираешься идти играть вообще? Если все бумажные деньги на еду для семьи потратил? – сделал логичный вывод родитель.

– Нет, играть не собираюсь. В спортзал пойду. Пока бежал из школы, видел пару штук по дороге. Решил, как уроки сделаю, сгоняю туда. – Масахиро чуть встревожено смотрел на родителя. – А чего ты напряжённый такой? Что не так-то?!

– Всё так. Спасибо за обед. – Ватару решительно хлопнул ладонями по столу. – Было очень вкусно. Я поехал дальше по делам. Ещё только пара вопросов… У меня в уведомлениях светится, что твоего смарта и концентратора в доме сейчас нет. Ты их что, где-то потерял?

– А-а-а, вот чего ты взъерошенный, – чуть неуместно посмеялся сын. – Нет, не переживай. Паренька знаешь с третьего блока? Доан Юдзи? Мы с ним на пару недель махнулись. С возвратом! – поспешил добавить Масахиро, глядя на выражение лица отца. – Хочешь – прямо сейчас его наберу, он подтвердит?

– Не надо.

Эта информация была более чем проверяемой, причём ровно за секунду. Разумеется, Ватару и собирался проверить, но не при ребёнке же, чтоб не травмировать пацана своим недоверием.

Слишком уж отличался его сегодняшний приёмный сын от всего, чем и кем он был раньше.

– Это твоя техника, ты вправе с ней обращаться так, как считаешь нужным. Если тебе удобнее бегать с этим допотопным хламом твоего нового товарища – это твоё личное дело. – Без экивоков пояснил отец. – Ну и, если у тебя были какие-то свои основания помочь на время тому пацану, это я тоже понимаю… В ДЕЛА ТВОИ НЕ ЛЕЗУ.

Последнее было не совсем правдой, но декларировать всегда нужно то, что правильно. А не то, что хочется. Это потомственный член одной не слишком законной организации знал очень хорошо.

– Он сказал, что пару недель поиграет в каких-то турнирах с моего комплекта, – охотно подтвердил догадку родителя сын. – А мне пока и этой техники за глаза. Я решил чуть подправить приоритеты.

– Так ты и онлайн ни во что не собираешься эти две недели рубиться? – удивлению главы семьи по-прежнему не было предела.

Неужели он действительно…

– Пап, какой онлайн? – Ватару готов был поклясться всеми богами, что сын сейчас смотрел на него с сочувствием и даже снисходительно. – Химия, раз! Биология, два! Это если из совсем серьёзного. Ещё – история языка, собственно история и…

– Давай. – Коротко перебил возлияния финансист, предупредительно поднимая вверх раскрытые ладони. – Действуй. Я понимаю. Надеюсь, ты сейчас всерьёз… – не удержался он от ремарки. – И ничего больше в двойном дне не держишь? – тут он позволил себе толику вопроса.

– Только спорт. – Твёрдо сказал Масахиро. – Сегодня дрались с одним кренделем из класса. Я понял, чем буду заниматься дальше.

Он так и сказал: «буду», а не «хочу».

– Кстати, хотел тебя об этом расспросить, – сделал вид, что только что вспомнил, Ватару. – Мне из твоей школы звонили на эту тему. Говорят, ты ему деньги на живот высыпал при всех?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Пап, по его морде с самого начала было видно: он унизить хотел. – Поморщился ребёнок совсем по-взрослому. – Ладно бы, был голый конфликт. Ну, пацаны есть пацаны, всё бывает… подрались – помирились. Но ему мало быть просто сильным самому, понимаешь? Он хочет, чтоб другие оставались при этом унижены. Не знаю, как словами ощущения передать… А мне всегда казалось, что сила должна быть доброй. Как минимум – конструктивной; и не гасить никого вокруг себя лишь затем, что ему так захотелось.