На осколках мира - Виктор Владимирович Колесников

— Ясно. А что же ты не взял все? Оставлять припасы — нынче дурной знак! — Итан скрестил руки на груди и ехидно улыбнувшись, добавил, — указывающий на то, что ты идиот. Согласен?

— На своей яхте я не мог утащить все. Взял столько, сколько смог.

— Когда мы тебя нашли, в лодке оставалось еще куча места, — недоверчиво заметил Итан.

— Примерно две недели назад на мою яхту налетел ураган. Пару дней я боролся со стихией, а потом очередной порыв ветра сорвал парус, потом лодку накрыло волной. Это был сильный удар, я не удержался на ногах и упал. Когда очнулся, ветер стих, а яхта была разбита. Все это время я дрейфовал. Естественно, еды было вдоволь, и я первое время ни в чем себе не отказывал, ну а когда запасы начали заканчиваться — пришлось экономить.

— А потом ты попался нам, — добавила Нона. Крэйг утвердительно кивнул.

— Да. Последние дни я умирал от жажды, так как танк с пресной водой пробило во время урагана и все мои запасы растворились в соленой воде проклятого моря.

— Так, ну хорошо. То есть, ты говоришь, что где-то неподалеку есть корабль, забитый под завязку жратвой и солярой. Так? — Олдридж задавал вопросы тоном, присущим следователю. Джеймс Крэйг молча кивнул. — А чего же сам там не остался?

— Куда ты держишь путь? — добавил Мартин.

— Я шел домой в Ирландию.

— На хрен тебе в Ирландию? — Олдридж окончательно засомневался в словах гостя. — Мне кажется… хотя нет, не кажется! Я уверен, что ты темнишь, а я таких ослов как ты вижу насквозь!

— Итан, да что он может скрывать? Посмотри на этого бедолагу. Он едва дышит, — сказал Лэйн.

— Так ли, едва дышит? По мне он выглядит куда лучше, чем ты.

— Все нормально. Я прекрасно понимаю Итана. Время сейчас такое. Доверять никому нельзя. Здесь, в каких-то ста милях, не больше двух дней ходу, дрейфует брошенное торговое судно. Сухогруз. По каким-то мне не понятным обстоятельствам, на борту не оказалась команды. Я взобрался на борт по якорной цепи. Судно, кстати, разбито. Нижние палубы затоплены, машинное отделение я открыть не смог.

— Что там есть? Еда, вода, бензин? Все, что ты назвал? — воодушевленно произнес Стэнли.

— Навалом. Нужно только найти корабль. Но это не проблема. Дайте мне координаты шхуны, и я приведу вас к «Норд стар». Вы же делали аналитическое счисление пути? — поинтересовался Крэйг, и вся команда перевела взгляд на Мартина Уоррена.

— Дело в том, что наш капитан на днях умер, так что мы двигались по составленному им маршруту, ну а после того, как дошли к назначенной точке, двигались строго на восток, — объяснил ситуацию Марти.

— Понятно. Тогда мне нужна информация, касающаяся вашей скорости и времени в пути.

— Это без проблем, — сказал помощник капитана и направился за судовым журналом, а пока Итан вновь принялся за свое.

— Только давай так. Ты, пользуясь нашей добротой и гостеприимностью, вместе с нами добираешься до хавчика, мы делим запасы по справедливости и ты валишь в противоположную сторону от нас. Идет?

— Хорошо. Я продолжу путь домой, только бы отремонтировать яхту.

— Да не! Ирландия утонула, так что придумай себе другое увлечение перед смертью, — напоследок сказал Олдридж и, выхватив из рук Стэнли консервный нож, принялся открывать одну из банок.

— Как вы думаете, что произошло с нашей планетой? — спросила Джессика Харрис.

— Точно не скажу, но поговаривают, что эта аномалия вызвана вспышками на Солнце. Возможно, это правда. Я слышал, что это возможно.

— А в божью кару вы не верите? Или происки инопланетян? — взялась за свое Джесс.

— В божью кару охотно, а вот в пришельцев — не очень.

— А мне кажется, Бога нет! — неожиданно для всех заговорила молчаливая Агата.

— Это почему? — Эдвард опередил остальных, хотя было непонятно, хотел ли кто-то из присутствующих отвечать на этот вопрос. — Он создал нас и этот мир. Он подарил нам жизнь и вместе с тем дал возможность любить и быть любимыми. Мы можем радоваться и творить добро. Все это и есть Бог. Он живет в каждом из нас!

— Да, дедушка. Но кроме любви и радости на свете существует боль, гнев и даже смерть, а ты говоришь, что Бог — это добро и он всесильный, а это значит, что в нашем мире не может быть места разочарованию и невзгодам, ведь так? Но если горе присутствует в жизни, то получается — или он не всесилен, или его нет.

Все молчали и ждали, пока Лэйн парирует этот мастерский удар.

— Все не так просто, Агата. Заметь, все, что с нами происходит, скорее дело наших собственных рук. Люди совершают ошибки и способны на самые страшные преступления, — после этой фразы Джессика, Ноа и Крэйг опустили взгляд, но на это кроме Марти никто не обратил внимания, — Бог не должен нам ничего, ведь дал все и даже больше. Ты можешь прожить счастливую жизнь — радоваться и любить. Для этого у тебя есть все. Просто люди сами разрушают свои жизни и судьбы других. Счастье не в материальной оболочке, а в бессмертии человеческой души! Что еще можно желать?

— Бессмертие при жизни! — бросил Итан.

— Хотя бы сушу на горизонте! Ну, или припасов, — добавила Нона.

— Вы слепы. Господь не бросает вас и сейчас, — Лэйн ткнул пальцем в Джеймса, — раскройте глаза. Еще вчера у вас не было ничего, а уже сегодня вы имеете шанс пополнить запасы провизии и заправить шхуну. Что это, как не промысел Божий? — на его слова решили не отвечать. Только Уоррен, вернувшийся с журналом, согласился с Эдвардом, сказав, что Бог все время оберегает его и он верит в Господа, даже несмотря на всемирный потоп.