Зомби-Киев - Петр Семилетов

тебе? Ты вроде сама стоишь на ногах…

— Жека, — пристыдил его Борис.

— У меня повреждена моторика после череды замыканий. Я не знаю как и когда это проявится, потому что отказ двигательных подсистем продолжается, кроме того еще раньше меня ударило обломком самолета, теперь мою мимику время от времени клинит. Всё, прекращаем болтать, надо идти в Протасов яр. И мне нужна повязка на глаз и чем-то перемотать руку, хорошо бы изоляцией. Если пойдет дождь, меня снова коротнет и боюсь навсегда.

Борис обратился к пассажирам:

— У вас нет изоленты?

От головы поезда подошли еще какие-то люди, с чемоданами. Кира помахала им культей, корча дикие рожи. Пассажиры отлетели к стене вагона, заслоняясь руками и вещами.

— Не пугай их, ты нас тоже пугаешь, — попросил Борис.

Кира прошла несколько метров, нога ее подогнулась, потом выпрямилась и застыла.

— Очнулся — гипс, — сказала Кира.

— Так тебе помочь идти? — Борис нерешительно приблизился.

— Какой ты участливый. Дайте мне чем-то руку перемотать, — она снова повернулась к пассажирам и начала оттягивать себе веко вынутого глаза.

Жека снабдил ее банданой — Кира перевязала культю, а Борис наделил носовым платком — его Кира запихала вместо глаза.

— Порядок!

Борис поддерживал ее под плечо, а Кира прыгала на одной ноге, и потом он стал идти впереди и вести ее за руку, так было удобнее. За оградой, возвращавшиеся на поезд пассажиры шарахались к соседнему ряду рельсов.

Миновали состав. ТРЦ остались далеко позади. По другую сторону железной дороги показался приземистый зеленый холм, вглубь от шоссе отходила улица.

— Вот туда нам надо было свернуть, чтобы идти к Жулянам, — сказала Даша.

— Пойдете к своим Жулянам, — утешила ее Кира, — Но там такая же жопа, как и здесь.

— Да нет, там охраняемый объект, — возразила стюардесса.

— А чем они там остановят зомби?

Шли, шли, камни под ногами хрустели и гремели. Тучи остановились и распухали, но дождь еще только готовился.

— Кира, ты ничего нам рассказать не хочешь? — спросил Борис.

— Минуточку.

Возле столба линии электроснабжения, в кучке травы торчала спичечным коробком серая будка. На ней была нарисована красная молния в желтом треугольнике. Кира со скрежетом отодрала дверцу и всмотрелась в переплетения проводов. Вытащила несколько и оголила зубами.

— Я догадываюсь, что ты будешь делать, — скривился Борис.

— Не я. Мы. Аварийная подпитка, — Кира показала два пальца, средний и указательный. Выкрашенные черным короткие ногти приподнялись, из-под них выдвинулись клеммы с ушками.

— Очень удобно, — пояснила Кира, — Теперь засунь туда в дырочки вот эти два провода.

— Сегодняшний день запомнится мне надолго, — сказал Борис.

Когда они добрались до большого моста через Лыбедь, где река дальше исходила из глухого бетонного коридора с высокими стенами, Кира бодро запрыгала в сторону трубопровода и железнодорожного переезда над шоссе сразу за мостом.

— Ты куда? — спросил Жека.

— Мы по верху пойдем, через Байково кладбище.

— Я против, — возразил Борис.

— Я тоже, — присоединилась Даша.

— Мы так срежем угол и обгоним пионеров, к тому же на кладбище по-любому народу меньше.

— А мертвецы?

— Воскресают только носители вируса.

— Тогда да, — согласился Борис.

Они пошли к тоннелю под переездом. Даша шепнула Жеке:

— Я знаю как от яра добраться к Жулянам.

— Хорошо, — кивнул рокер.

— А я всё слышу, — сказала Кира, — Ну пойдете потом в свои Жуляны, если мне не верите.

— А зачем тебе в лабораторию? — спросил Борис.

— Ты можешь пересказать в двух словах «Войну и мир»?

— Нет.

— Вот тебе и ответ.

Глава 80

Вода в Лыбеди прибывала, а кровь из Жука убывала, и пока Пуджа искала, чем перевязать ему перерезанную, где-то в трубе стеклом, вену на запястье, диггер почти заснул мертвым сном. Вхождение в этот сон было странным, в ушах бился пульс, а частота восприятия звуков сместилась и Жук слышал недоступное другим — колебания от изменений водной поверхности и медленное движение туч.

— Держись!

Жук непонимающе перевел взгляд на Весту. Было всё равно. Отлетала душа. Голос незнакомой девушки говорил:

— Он кровью истечет.

— Умирают от падения гемоглобина, — спокойно ответила та, кто накладывала повязку, — Но мы быстро всё сделали. Только могло всякое говно в рану попасть. Антисептика же нету.

— А? — спросил Жук, — Жить буду?

— Если заражения крови нет. Тебе в этой трубе могло попасть в кровь что угодно.

— Я недалеко живу, — сказал Пантюхин, — Есть аптечка.

— Да тут же чисто внешне обработать, остальное только ждать и лечить по симптомам, — Пуджа развела руками.

— Надо идти, — заторопила Веста, — Вода прибывает. Видно севернее начались дожди.

Лыбедь текла еще быстрее обычного и почти переливалась через края внутреннего желоба. На много километров выше по течению с нею слева и справа соединялись притоки, большие и малые, наземные и подземные. Легкий дождик собирался в лужи, лужи двигались ручьями в решетки ливневой канализации, откуда вода по трубам поступала в коллекторы упрятанных под землю речушек — притоков Лыбеди.

— Ищем где выбраться на Ямскую, — сказал Паша, — Дальше до моста идти опасно.

Они были зажаты во внешнем бетонном желобе русла, между глухих задних стен и заборов различных промышленных объектов. Первые же шаги дались Пантюхину с трудом — он сказал «опа» и упал на колени, уперевшись рукой в грязь. Ире казалось, что ее ноги и руки налились жидким металлом.

— Может на ту сторону Лыбеди? Там склады «Киев-Товарного», — предложила Веста.

— Вот только через Лыбедь сейчас брести, чтобы унесло, — Паша продолжал заглядывать куда-то вперед, ища в стенах зазор.

— Обратно через Ямку, — сказала Яна, и сама пожалела, — Не, это дурость.

— Туда, — позвал Паша.

Проникли на задворки, непонятный пустырь, потом долго ломились в ворота бетонного забора — на воротах с обратной, внешней стороны была цепь с замком. Наконец подставили деревянные ящики и перебрались с их помощью. На Ямской было пусто. Забор подходил к тому вросшему в землю одноэтажному дому, мимо которого Паша с Яной проходили всего несколько часов назад вместе с Токсиком.

Рядом пужился в тучи высотный новострой. Напротив был длинный цеховой корпус с отверстиями вытяжных труб, и дальше виделись маленькие домики по узкой улице.

— Не расслабляемся, — сказала Пуджа, и повернулась к Пантюхину:

— Где ты живешь?

— Да прямо надо идти, до самого конца, к мосту. Ребят, может вы все ко мне домой завалите? Я так понимаю вы еще куда-то собрались?

— Вообще да, — сказала Веста, — У нас тут в рюкзаке кое-что есть.

— Инопланетная технология, — добавила Яна.

— Рука и глаз настоящего робота, — пояснил Паша, — И вот Веста знает, куда их втулить, чтобы попасть в секретную лабораторию.

— Вы нас разыгрываете, — не поверила