Подготовка. Том 1 - Алекс Бредвик

три таких, и это — третий. Первый выпил наш текущий староста, когда родился едва живым и рос немощным. После этого его тело окрепло, и сейчас никто в деревне не сравнится с ним в силе. Второй выпил воин, который помог отразить нападение степных налетчиков. Он был на грани погибели, хоть и мог переродиться, что-то говорил о каких-то штрафах. Ни одно зелье здоровья не брало его, лишь оттягивало гибель! И я в знак благодарности позволил ему выпить второе зелье. Его тело окрепло, и теперь его никакие яды не берут, даже самые смертельные. И вот… третье. Я не знаю, какой будет эффект, но знаю одно — ты точно станешь сильнее.

— Пить сейчас не обязательно? — всё же скептически я относился к чему-то, на что система Реатума реагировала знаками вопроса.

— Конечно нет, — криво улыбнулся старикан, понимая, что я не особо доверяю зелью. — Лучше выпей, когда будет острая нужда, когда надежды не будет. Вот тогда его эффект может раскрыться в истинной своей сути.

И в этот момент знаки вопроса сменились на название более уточненное. И я даже удивился, так как обмен получался вполне себе равноценный.

[Неизвестное зелье «острой нужды»]

Ранг — 3

Убрав зелье в инвентарь, я передал книгу старику, который тут же прижал ее к груди, словно ребенок мягкую игрушку, и мечтательно заулыбался. И при этом он не отзывал своего обещания о выдаче золота потом, даже напомнил, чтобы я подошел после, когда дела в деревне пойдут куда как лучше. И он был уверен в том, что дела точно пойдут лучше.

Далее заглянул в административное здание конюшен, хотя у него, наверное, есть собственное название, но я его не ведал. Там рассказал о том, что сделал, где находил мертвые туши скакунов, показал, где дыра в заборе… и в итоге мне выдали ровно столько, сколько в задании и было прописано. Сначала золотой за уничтожение логова — тут поверили на слово, потому что никто не хотел лезть в Старый Ол из-за сложившейся дурной репутации, — а потом за семь соконулов, которых я уничтожил по пути.

— Соконулов могло быть и больше, — на всякий случай проговорил я.

— Даже если больше, то они уже не могут тут закрепиться. Хоть твари и странные, но их поведение мы знаем, не первый раз боремся с ними. И если логово уничтожено, как и самые агрессивные твари, остальные отступают на старые территории, — проговорил администратор, мужик в возрасте, заваленный кипой бумаг из города.

Этих нюансов я не знал, но причитающиеся мне две золотые и пять серебряных монет выдали, репутация подскочила сразу на полторы тысячи с лишним, а задание улетело в список завершенных. Неповторяемое. Но радовало то, что у меня снова было пять золотых в кармане, а завтра эта сумма станет даже немного больше.

Но на этом можно было официально заканчивать день в Реатуме. Усталость чувствовалась, причем с каждой минутой, казалось, она только усиливалась. Скорее всего, это самообман, но давление самого Реатума на организм никто не отменял, особенно учитывая мою синхронизацию.

Прореху нашел достаточно быстро, юркнул в нее и… не увидел охранников, наших двух Блуждающих. Покрутил головой, потом заприметил их в научном здании мамы, мелькали там их силуэты, причем всех троих, включая маму. Мешать я им не планировал, сто процентов, там какие-то опыты или испытания проводят, так что мерным шагом направился в мастерскую. И да, возле нее сидел дварф с трубкой в зубах, просто ее жевал.

— Малец, — приоткрыл дварф один глаз. — Хм-м-м… сын Макса?

— Да, — кивнул я. — Сын Макса…

Последние слова вырвались с тоской, а мастер на это лишь многозначительно хмыкнул, после чего потянулся и вскочил на ноги. Мне он был примерно по солнечное сплетение, так что дышал он мне в прямом смысле в пузо. Но это ему не помешало обойти меня, выругаться, постучать каким-то инструментом по металлу, после чего заявить:

— Ты из какой задницы вылез, что так ушатал свою снарягу? — при этом в голосе не было какого-то раздражения, а какое-то странное спокойствие, даже никакого интереса.

— Да так, свалился со второго этажа в подвал.

— Сквозь пол? — открыл он второй глаз, а вместе с ним приподнялась бровь над ним же.

— Скорее через, — усмехнулся я. — В какой-то степени мной его пробили. Чудом жив остался. Или снаряжение отработало как надо.

— То, что оно отработало почти по максимуму, я вижу, — покрутил он носом, словно хотел чихнуть. — Да и то, что его нужно приводить в порядок. Снимай давай, до завтра всё сделаю.

— Мне чем-то надо платить? — уточнил я на всякий случай.

— Матери твоей счет выставлю, на нее же работаю, да и у меня уже инструкция, что всё твое я должен чинить молча, вопросов не задавать. Так что давай-давай, всё боевое, — вновь окинул меня взглядом коренастый. — А где твое оружие?

— Вот, — тут же призвал я клинок.

И тут дварф выругался. Можно было понять почему, ибо меч до конца от всех следов ржавчины не избавился, хотя их оставалось не так много, с одной стороны лезвия вообще всё еще присутствовали зазубрины, да и выглядел он, мягко говоря, не особо внушающе. Хотя очень сильно изменился по сравнению с тем, каким был. Так что рано или поздно он примет облик обычного клинка, будто только что откованного.

— Ты его в металлодробилку засовывал⁈ — вот теперь не выдержал гном. — Да его обслуживать надо!

— Не надо меня обслуживать! — Индри не мог говорить в форме меча, так что только я его слышал.

— Не надо его обслуживать! — тут же повторил я слова моего духа. — Это магический меч, он сам со временем восстановится. Ему подпитка душ нужна! Или вы собственную душу хотите отдать?

— Провались ты под землю к самому ядру! — явно это было что-то ругательное в представлении гнома. — Ты с какого валуна рухнул, чтобы такое у меня спрашивать⁈ Если не хочешь отдавать меч, то сразу бы сказал, что не хочешь, а не выдумывал бы какие-то небылицы!

Я со скепсисом еще раз посмотрел на дварфа, после чего через инвентарь снял всё боевое снаряжение и через специально появившееся окно передал на ремонт. Там даже время показалось