ЧО-1011 - Влад Борисов

— Сиди, а то размажут и мокрого места не останется.

В тот же миг мимо, едва не касаясь зеркал, промчались длинные черные мобили с сияющими мигалками. Волна воздуха ударила с такой силой, что переставила желтый мобильный минимум на метр в сторону.

— Куда они так спешат? Кому-то стало плохо? — не поняла девушка.

— Нет, просто кому-то слишком хорошо, — подал голос водитель.

Эвлар понимающе хмыкнул, а девушка не рискнула задавать вопросы, чтобы не показаться непонятливой.

— Разве так можно ездить? — не поверила она, когда Эвлар подхватил ее под руку, чтобы уберечь от головокружения.

— Нет, конечно. Но водитель зарабатывает деньги, и время для него — потеря дохода.

— Деньги, деньги… — буркнула Первая. — На что только вы готовы ради них!

— На многое. Скажи, что ты не такая!

— А вот и скажу!

— Потому что ты в них не знала нужды, вот почему ты так говоришь.

Эта фраза прозвучала, как обвинение и Первая очень хотела возразить, но не нашлась что ответить. Конечно, Эвлар был неправ. Но неправ только наполовину. В Мерате не было денег, но был Обрейт. Был ли готов каждый житель ради него на все? Вряд ли, ведь это самое «все» и есть его основа. Основа плохая — рейтинг низкий и наоборот. Получался обратный эффект — чем ты больше стараешься поднять рейтинг нечестным путем, тем больше он падает. Рейтинг нельзя было подарить и им нельзя было наградить. Нельзя было дать взятку или еще каким способом передать другому. Рейтинг — это то, что ты собой представляешь. Как это объяснить Эвлару?

Но говорить ничего не пришлось. Подъезд многоэтажки, в который они свернули с улицы, встретил их бетонным холодом и неприятных затхлым запахом. А еще — обрюзгшим мужиком в грязной майке и вытянутых тренировочных штанах. Он стоял, покачиваясь, ухватившись для равновесия за перила.

— Это сосед, Кирьян. Но все зовут его Флакон, потому что он любит частенько закладывать за воротник. Ничего не бойся, главное — не обращай на него внимания и держись позади меня, — шепнул Эвлар девушке и смело пошел вперед.

Первая не поняла какой воротник может быть на майке, за который любил закладывать этот мужчина. Но, что именно закладывать, как и другие подробности его жизни, знать она не желала. Она постаралась держать к Эвлару поближе, чтобы проскочить мимо за спиной парня. Она остро чувствовала себя здесь чужой и хотела как можно меньше соприкасаться с этим миром.

Сосед был начеку. Он сделал шаг в сторону и перегородил дорогу на удивление большим животом.

— Привет, Флакон, — изобразил добролюбие Эвлар.

— А, это ты… куда? — сосед явно жаждал пообщаться.

Судя по его виду, он уже сделал то, о чем предупреждал парень и теперь чувствовал себя центром Земли.

— Дай пройти, Флакон, надо мне, — уже раздраженно произнес Эвлар и в этом была его ошибка.

— Хм… Ему, видите ли, надо… А мне нет?

Глаза Кирьяна налились кровью и опасно вылезли из орбит. Брызнув слюной и хрюкнув что-то нечленораздельное, он широко размахнулся и раскрытым кулаком засветил Эвлару в ухо. Тот попятился, схватившись за голову, оступился и, если бы не девушка, кувыркался бы по ступеньками.

Первая хотела громко возмутиться и пристыдить хама. Она неосторожно выступила в сторону и едва не угодила в расставленные руки соседа.

— К-к-куда, цыпочка… — выдохнул он смесью лука и перегара.

Как в ее руках оказался пилум, Первая не помнила, а пришла в себя только перед захлопнувшейся перед ее носом дверью, за которую энергично ретировался сосед Эвлара.

— Я убью тебя! — донесся его крик, заглушенный дверным металлом.

— Он… в порядке? В смысле я его не задела? — девушка в растерянности повернулась к парню.

Эвлар смотрел на нее с удивлением. Его ухо распухло и причиняло ему боль, но он нашел в себе силы криво улыбнуться:

— Нормально. Пара ударов тупым концом твоей палки явно пошла ему на пользу. В миг протрезвел! Идеальное средство от похмелья.

— Я не хотела. Не знаю, что на меня нашло…

— Ладно тебе. Пошли, воинственная амазонка. Точнее, пришли — моя дверь рядом.

Первая хотела спросить почему у них все двери железные, но вспомнила о Флаконе и промолчала. Тот, как раз, снова напомнил о себе громким криком и шумом упавшего тяжелого предмета.

— Заходи побыстрей, — Эвлар отпер свою дверь длинным ключом, нервно оглянувшись на дверь соседа.

Обстановка единственной комнаты Эвлара не впечатляла. Старые обои на стенах, местами отслоившиеся и свисающие отклеившимися углами. Пожелтевшие местами от времени, тиснением и расцветкой они намекали, что помнили лучшие времена, когда сверкали сдержанной позолотой. Продавленный диван некогда красного цвета, облупившийся шкаф, стол и пара стульев — вот и вся нехитрая мебель.

Но было нечто, перед чем блекли и стены, и убогая меблировка. На столе стоял широкий плоский монитор, а рядом с ним футуристического вида коробка, которую Эвлар с гордостью назвал системником.

Еще одним предметом, вызывающим у него гордость, был большой экран, занимающий треть пустой стены. «Телек, — небрежно прокомментировал парень, — вещь бестолковая с информационной точки зрения, но в качестве второго моника и фильмов из сети — вполне годная».

По-видимому, он ожидал,