Барбинизатор - Константин Владимирович Денисов

не могла снизойти и с трудом взаимодействовала, так, как может. Такой вариант тоже нельзя было исключать.

Всё время нашего контакта, у меня было чувство жжения внизу живота. Как будто чакра нагревалась оттого, что через неё идёт обмен информацией. А он шёл именно через неё, именно там я чувствовал связь с кристаллом, а не в голове.

Пора было прекращать сеанс, я это понимал всем своим существом. И хотя вися в тумане, я ничего руками не касался, где-то там, моё настоящее тело по-прежнему держало ладонь на розовой грани кристалла.

Я послал команду мозгу, чтобы он убрал руку, и это сработало. Я как будто вынырнул из-под воды, оказавшись в реальном мире.

И первое, что я увидел, это было разгневанное лицо Магдалины.

— Что ты сделал? — строго спросила она.

Похоже, каким-то образом она понимала, что я был в контакте, но не знала подробностей.

— Почему ты сердишься? — спросил я, — разве я не должен был с ним познакомиться?

— Ты его расстроил! — гневно сказала Магдалина, — я это почувствовала! Все девочки наверху это почувствовали! Что ты сделал? Ты должен был просто прикоснуться и ощутить идущую от него созидательную энергию!

— То, что я должен был сделать, нужно было говорить раньше! — резко сказал я, — откуда я знал, что ты там себе нафантазировала? Я делал то, что получалось, и думал, что именно для этого ты меня сюда и привела! Я вошёл в кристалл, и мы с ним пообщались. Я его немного перенастроил!

— Что ты сделал? — чуть не захлебнулась от возмущения Магдалина.

— Заказал вам клубнику! — улыбнулся я, но тут же понял, что время для шуток сейчас крайне неудачное.

— Какую, чёрт возьми, клубнику? — едва ли не захлёбывалась слюной от негодования Магдалина.

— Напомни, сколько тебе лет? — сказал я, — семьдесят девять, кажется? И ты опытный и очень эффективный руководитель? Кто сказал тебе эту чушь! Ты совершенно не умеешь держать себя в руках, а это одно из необходимых качеств, при управлении людьми.

Магдалина ещё некоторое время смотрела на меня, яростно сверкая глазами и сжав челюсти, а потом с трудом взяла себя в руки и медленно выдохнула.

— Ладно! — сдерживая себя, сказала она, — что значит, ты вошёл в кристалл и вы пообщались?

— То и значит, — сказал я, — у меня нет других слов, чтобы сказать тебе то же самое.

— Это невозможно! Я прикасалась к нему сотни раз, и никогда никакого контакта не было! Ну, такого, о котором ты говоришь. Некая эмоциональная связь, да, была! Но чтобы общаться? Нет, это невозможно!

— Значит, возможно, — сказал я, — не знаю, почему у меня получилось, я ведь раньше никогда ни здесь, ни в другом подобном месте не был. Может быть, в контакт могут входить только мужчины… не знаю! — про открытую чакру я решил промолчать, это вызвало бы дополнительные вопросы, на которые мне отвечать совсем не хотелось.

— Только мужчины? — опешила Магдалина, и в глазах у неё я увидел сожаление о том, что она меня сюда привела.

— Подожди расстраиваться, — сказал я, — тебе повезло, что в контакт вошёл именно я. Но да, возможно, стоит подумать о том, чтобы ограничить доступ к кристаллу.

— Почему он расстроился? — спросила Магдалина, — я почувствовала мощную волну негатива!

— Скорее всего, это произошло в тот момент, когда мы обсуждали пробоину в стене, — сказал я, — помню, был всплеск эмоций. Ему не понравилось то, что его взорвали, и, вспомнив об этом, он, вполне естественно, расстроился.

— Ты говоришь о нём, как о человеке! — возмутилась почему-то Магдалина.

— Ты права, это не человек. И общались мы не словами, а скорее образами. Но сути это не меняет. Контакт возможен, а также возможна подстройка под некоторые нужды. Например, я предложил ему усилить стены арматурой. Полагаю, он постарается вырастить её внутри них. Да и сам материал попытается изменить в сторону упрочнения, — сказал я.

— Как это? — спросила Магдалина, не веря своим ушам.

— Не знаю! — честно признался я, — но должен тебе сказать, что я не первый, кто вошёл в контакт с кристаллом. И многое, что у вас здесь происходит, начиная с внешнего вида девочек и заканчивая формой средневекового замка, это всё искусственно запрограммировано. И эту программу можно изменять! Честно говоря, я взял на себя смелость немного её подправить. Но совсем несильно, только в том, что вряд ли вызовет споры. Например, если стены станут более прочными, не думаю, что кто-то будет против.

— Что ещё ты там поменял? — подозрительно на меня глядя, спросила Магдалина.

— Добавил вам в меню клубнику, — улыбнулся я, — сильно экспериментировать не стал, тут можно было встретить непонимание. Но если будут какие-то пожелания, могу ещё раз войти в контакт и подправить ассортимент!

— Хватит контактов! — вскинула руки Магдалина, — дай с этим сначала разобраться!

— Кстати, клубнику-то я заказал, но честно говоря, так и не понял, откуда вообще еда берётся? Не появляется же волшебным образом, как на скатерти-самобранке?.. или появляется? — удивился я.

— Появляется, но не как на скатерти. Если всё будет нормально после твоего вмешательства, я тебе, так и быть, покажу, откуда она берётся. И как растут новые здания, тоже покажу, это очень увлекательное зрелище, — устало сказала Магдалина.

— Не знаю, как растут ваши здания, — сказал я, — но знаю, во что они хотят вырасти.

— И во что же? — напряглась Барби.

— В яйцо! — усмехнулся я и обвёл рукой зал вокруг нас, — Барбинизатор стремится к форме яйца!

— В яйцо? — недоверчиво повторила Магдалина, — ты ничего не путаешь?

— А что тебя удивляет? — пожал я плечами.

— Просто я себе плохо представляю, как наш замок может превратиться в яйцо, — сказала она.

— Я сказал, что он стремится к форме яйца. Если посмотреть на Барбинизатор издалека, то, в общем-то, его постройки геометрически укладываются в сферу, — я изобразил это руками.

— Бред какой-то — покачала головой Магдалина.

— И ты была права, у вас с ним особенная связь. Это симбиотическое сообщество. Вы нужны ему, а он нужен вам. Он даёт вам всё для жизни и счастья… наверное… —