Класс: Созидающий - Арлен Аир

Позже поставлю душ и унитаз и разберусь с водой. Я ведь артефактор, бытовые удобства должны быть мне по силам. Оставалось лишь продумать, как обустроить это пространство поудобнее, но на всё это у меня ещё было время.

Последним преобразованием я задала размер входа в схрон — ширину два метра и высоту два с половиной. Может, это и было с большим размахом, но я решила, что лучше сразу сделать вход достаточно широким для перемещения крупных предметов. Вдруг я надумаю внутрь диван притащить или какой другой крупногабаритный предмет?

Система потребовала пароль на вход и выход, и я, особо не заморачиваясь, установила простые команды: «Войти в схрон» и «Выйти из схрона».

Система подтвердила: «Принято, активировано».

Мыльный пузырь внезапно потерял свою прозрачность, и я оказалась внутри только что созданного схрона. Всё получилось почти так, как я заказывала. Полы были ровными и плотными, стены внизу тоже оказались твёрдыми, но чем выше, тем более податливыми при нажатии. Потолок вообще не имел постоянной формы и слегка пузырился, но это происходило на высоте около трёх метров и мне никак не мешало. К тому же он исправно излучал мягкий рассеянный свет.

Проверив будущий склад и пространство, отведённое под туалетную комнату, я удовлетворённо выдохнула. Внутреннее пространство схрона получилось вполне приемлемым, но теперь настало время заполнить его всем необходимым.

В книгах о выживании при апокалипсисе герои часто занимаются мародёрством, и я понимаю почему. Наш мир сейчас переживал нечто подобное апокалипсису, и не факт, что спасутся самые дружелюбные особи. Надежда на то, что со временем народ начнёт объединяться в группы, безусловно есть, но на данном этапе каждый действует сам по себе. И в условиях этой новой реальности первостепенное значение приобретают запасы — особенно продукты питания.

Мародёрство — не самое приятное слово, но сейчас это могло стать ключом к выживанию.

Моё первое творение в виде копья оказалось настоящим универсальным инструментом — хочешь, используй как оружие, хочешь, как резак. Лезвие было настолько острым, что казалось алмазным. Я аккуратно вырезала окошко в аппарате по продаже сэндвичей, словно это была не пластиковая панель, а кусок мягкого масла. Достала сэндвич с курицей и, жуя его, пошла к кофемашине, которая мирно ждала своего времени.

Взгляд автоматически устремился к окну на улицу. Тишина и безжизненность. Не то чтобы я ожидала увидеть толпы людей, но как-то слишком тихо. Конечно, многие наверняка выжили, но они скорее всего сейчас ищут более перспективные места. Возможно, направились в супермаркеты или склады — места, где запасов больше.

Однако абсолютная тишина за окном всё же тревожила. Твари, что остались после первых дней, рассыпались в пыль, и ближайшие монстры появятся только через три дня. Но люди… люди могут быть опаснее любых тварей. Тем более когда ограничены ресурсы.

Поправив браслет на запястье, мысленно успокаивала себя, что хотя я и не боевой класс, совсем уж беззащитной меня считать нельзя. В конце концов, есть скрытность, копьё и парализатор на браслете. Да, боевые способности у меня ограничены, но имеющегося достаточно, чтобы справиться с неожиданными опасностями.

Допив кофе и решив, что пора действовать, я приступила к своей «мародёрской» миссии. В конце концов я планировала запастись всем необходимым. Начать решила с холодильников в офисе — продукты нужно было забрать, пока они не начали портиться. Мой склад в схроне, по заверениям системы, гарантированно сохранит свежесть всего, что туда попадёт.

Но внезапно меня осенило, почему бы не запастись кофе? Если электричество отключится — а это вопрос времени — я смогу наслаждаться последними остатками цивилизации. Верочка уже больше никогда не будет ругать за то, что используют её кофейный аппарат. Вынув из тумбы под стойкой ящики, я стала аккуратно загружать в них стаканчики с латте, горячим шоколадом и американо.

После перемещения в схрон запасов горячего питья, я перешла к аппарату с едой. Сэндвичи, снеки, газировка — всё это нужно забрать, пока есть возможность. Тут возникла проблема с тарой — в чём хранить это богатство? Мне бы какую коробку или другую не менее вместительную тару. Удачно в подсобке уборщицы я нашла рулоны мусорных мешков. Отличное решение! Всё — от батончиков до напитков — отправилось в мешки.

Следующим шагом стала загрузка канцелярских принадлежностей. Бумага, ручки, карандаши — в условиях апокалипсиса это всё станет редкостью, так что запастись ими было разумно. Пачки офисной бумаги тоже перекочевали в схрон, а я поднялась на второй этаж в свой кабинет.

Посмотрев на мониторы, которые я так старательно настраивала для анимации, вдруг почувствовала прилив грусти. Моя работа уже больше никому не нужна и вряд ли снова возникнет в ней необходимость.

В общем, собрала в сумку свои туфли, зарядку и снова задумалась, как вернуться домой. Бросать личные вещи в квартире не хотелось. Но выйти из офиса было страшно.

Тамбур и входная группа были полностью прозрачными из особого закаленного стекла, что не помешало мне справиться вначале с первым препятствием, а потом и со вторым. Там, правда, немного неудачно получилось. Я вырезала проем, чтобы пройти, но не удержала стекло, которое начало падать не на меня, а в сторону улицы.

После того как стекло с оглушительным грохотом разбилось, я на мгновение застыла. Сердце бешено колотилось, а инстинктивная попытка спрятаться в тени оказалась провальной — никакого эффекта. Я замерла среди осколков, пытаясь понять, не привлёк ли шум каких-нибудь незваных гостей. Но, к счастью, никто не появился, и город продолжал хранить свою зловещую тишину.

Осмотревшись и убедившись, что вокруг нет ни малейшего признака жизни, я двинулась к парковке. Там находилось несколько автомобилей. Среди них была машина нашего начальника. Серёга рассказывал, что Илья Анатольевич в спешке даже двигатель не заглушил. Действительно, его автомобиль упёрся в бордюр, ключи торчали в замке зажигания. Бензин наверняка закончился, да и пятно под капотом явно намекало на проблемы с радиатором. В общем, бесполезно заводить.

Оглядывая машину начальника, я вспомнила, что мой опыт вождения как таковым не считается. Папа, пока был жив, всегда занимался техническим обслуживанием нашего автомобиля. Меня же он называл «ездюк» — мол, езжу только в ясную погоду и исключительно по пригородным дорогам. После папиной смерти мама продала машину, а в Москве я не видела смысла покупать личный транспорт — работа часто была удалённой, и содержание автомобиля казалось просто лишними тратами.

Теперь же, стоя среди брошенных машин, я начала прикидывать, как выбраться из этой