Академия Космического Флота: Спасатели - Селина Катрин

а тут на него свалились Ангелина и Ирина с бета-колебаниями, очевидно похожими на колебания Агаты…

— Мам, я уверена, что ты что-то не так поняла. Тебе самой-то Цварг нравится?

— Разумеется, Крис! Ты видела, какие у них тут розовые озёра? А водопады? Горы?! Даже какао из аппарата в клинике, — она раздражённо кивнула в сторону машины, — и тот лучше, чем всё, что я пробовала на Захране!

Так это же отлично.

— А Ивон Ир’сан тебе нравится?

— Он галантный и воспитанный мужчина. Очень… интересный.

Я аж поперхнулась воздухом. Ещё каких-то три месяца назад мама считала цваргов чуть ли не мутантами… Сейчас же я была готова поклясться, что Ир’сан-старший понравился моей маме! Взять хотя бы то, что она говорит о нём «мужчина», а не расовое «цварг», да и его обращение «милая»...

— Так ты не пробовала обсудить с Ивоном вариант, где остаешься на Цварге вместе с Ирой?

На меня посмотрели крайне печальными серыми глазами.

— Крис, солнышко, ну подумай сама: кому я нужна-то с шестью детьми, а? Да и вижу я, что не из этого Мира, вести себя не умею так, как здесь все ходят… Думаешь, я не замечаю, как на меня смотрят? Опять же, проблема в визе. Мне пограничный контроль чётко сказал, что как только Лёву выпишут, нас с Русланом выставят за орбиту планеты в тот же день.

— А ты Ивону это говорила?

— Нет. — Ангелина выглядела рассеянной. — Дочка, да он-то что сделает? Это же власти Цварга…

— О-о-о, мам! Уж поверь, единственное, что я усвоила за время учёбы в Академии: нет ничего невозможного для цварга, носящего фамилию Ир’сан! Конечно же, он решит все формальные проблемы, просто скажи об этом! А неформальные… тут только твоё желание нужно.

— Ты думаешь? — неуверенно протянула собеседница. — Но ведь… он даже не предлагал…

— Да он при мне попросил тебя на неделю задержаться на планете! А сколько раз ты при нём ругала его сына? Сколько раз говорила что-то плохое в адрес цваргов? Как ему догадаться, что на самом деле ты настроена не так категорично?!

Ангелина потупилась, а я вздохнула. Внезапно мама встрепенулась и заговорила совсем глухо и тихо:

— Крис, а я ведь извиниться перед тобой должна.

— За что? — Я так удивилась, что сразу и не сообразила, о чём идёт речь. — Если ты об акулах пера и о том, что меня отправили в лечебницу на Захране, то я понимаю, что вы это не со зла… Всё так получилось, как получилось.

Мама качнула головой.

— И за это тоже, конечно, но я сейчас о другом.

— О чём же?

Серые глаза, один в один как у меня, наполнились грустью.

— Ты такая взрослая стала, красивая очень.

— Да это просто форма парадная белая… — Я махнула рукой, но Ангелина перебила:

— Нет, Крис. Ты всегда была взрослой, умной и очень рациональной. На тебе держалась наша семья, а я этого никогда не понимала… Я прошу у тебя прощения за то, что тебе пришлось быть главной, следить за братьями, по сути, воспитывать и ухаживать, за то, что я бездумно рожала, не принимая во внимание тяжёлое финансовое положение и реалии Захрана, за то, что сделала из тебя няньку и фактически лишила детства.

— Мам, ну что ты…

Глаза резко защипало. Я почувствовала ком в горле, понятия не имея, как на это отвечать. Братьев и Иришку, конечно же, я любила, но обида на инфантильное поведение матери всегда была где-то в подсознании. Оказывается, за последние месяцы Ангелина изменилась.

— Не говори ничего. — Она шумно сглотнула, отводя глаза. — Ты уже действительно взрослая… собственно, ты ею и была всегда. Если тебе так нравится этот молодой лейтенант, я желаю тебе только счастья, доченька.

Я выкинула недопитый стаканчик и крепко обняла маму. Вот так вместе, в обнимку, мы и вернулись к палате. О том, что что-то случилось, я поняла, не обнаружив ни Антуана, ни Ивеса. Благо застала хмурого Луи, яростно переписывающегося с кем-то по коммуникатору.

— Лейтенант Луссель, подскажите, а где сейчас лейтенант Ир’сан?

Глава 37. Служба Безопасности Цварга

Кристина Соколова

За Луи я буквально бежала, пытаясь поспеть за широкими шагами. Сердце стучало как сумасшедшее, перед мысленным взором всплыла та пятёрка цваргов в чёрном. Служба Безопасности при Аппарате Управления Планетой — как пояснил взволнованный Луи. Оказалось, он задержался у палаты Ир’сана-старшего по чистой случайности и совершенно не планировал меня брать с собой, но я разрешения и не спрашивала. Просто увязалась — и всё тут.

— Как они могли его забрать? Куда? Он же лейтенант Космофлота!

«Пока ещё», — чуть не добавила от волнения.

— Да, эмиссары обычно занимаются только гражданскими делами, — сквозь зубы процедил Луссель, — исключение составляют только резонансные случаи, когда цварга подозревают в самом плохом. Тогда военный статус не даёт ему иммунитета.

— В чём же?!

Я аж запнулась на пустом месте и чуть не упала, с трудом поймав равновесие в последний момент. Сломанная нога отозвалась адской болью. Ох, вернусь на КС-700, попрошу Адама вернуть гипс.

Луи обернулся и смерил меня нечитаемым взглядом.

— В бета-воздействии на разумных гуманоидов.

— О-о-о… — пробормотала я.

Мы подошли к очередной палате тремя этажами ниже, где за прозрачным стеклом я увидела Ивеса и четырёх цваргов в чёрном. Пятый вместе с Антуаном стоял снаружи коридора.

— Они решили допросить его здесь, раз всё равно помещения звукоизолированные и есть свободные, а по результатам уже определяться, что делать дальше, — тихо прокомментировал лейтенант Мартен.

Луи кивнул и встал рядом с ним, а я направилась к дверям палаты.

— Куда?! — замерший мраморной статуей безопасник внезапно ожил, молниеносно пересёк несколько разделяющих нас метров и схватил за плечо.

— К лейтенанту Ир’сану.

— Туда нельзя. Ждите здесь. Как только наши поговорят с ним, возможно, его отпустят.

— Возможно? — Мне очень не понравилось, как прозвучала эта фраза.

— Возможно, — повторил эмиссар. — Если вина будет доказана или подозреваемый добровольно сознается в преступлении, то его сразу сопроводят в камеру предварительного заключения. Дальше, вероятно, Аппарат Управления определит, на какой астероид его перевести.

Что?!

Я задохнулась от возмущения. Ивеса?! Да мало того что Космофлот издевался, устроив квалификационную комиссию, теперь уже и эти… сородичи,