Кто ты, Лиди? - Анатолий Штольц

вообще, я не помню практически ничего о себе и своём прошлом, кроме профессиональных навыков и всего того, что произошло после моей выписки из госпиталя.

— А что произошло? — осторожно поинтересовался я. — После выписки из госпиталя.

— Меня забрали в отдел «С».

— И…

— Сделали из меня офицера контрразведки.

— За месяц? Не верю! — покачал я головой. — Не верю!

— За два дня, Жорж, за два дня — устало улыбнулась Лиди. — За два дня нахождения в специальной капсуле, мой мозг, опустошённый комой и клинической смертью полностью перепрошили и напичкали такими знаниями и умениями, что я теперь настоящий профи, я волкодав, натасканный на выполнение любых заданий. Вот так.

Сказать, что я просто человек уже нельзя.

Я с недоверием уставился на Лиди.

— Веришь мне, Жорж? — спросила девушка.

— Верю. Но, это всё так необычно. Такое уже возможно в наше время?

— Как видишь, да.

— Хорошо — я быстро оправился от шокового признания девушки. Хотя, это всё можно и легко придумать. — Скажи, а Лидия Конелли — это твоё настоящее имя и фамилия?

— Нет. Меня звали Дора Гонсалес. Можешь посмотреть в Сети некролог на всю нашу группу, здесь всё без обмана. Я тогда погибла с моими товарищами. И меня больше нет. Нет той Доры Гонсалес, нет ни для кого — ни для родителей, ни для друзей. И теперь у меня тёмные волосы и глаза, вместо шатенки со светло — карими глазами. И официально я числюсь андроидом — симбиотом Лидией Конелли, а на самом деле — лейтенантом Флотского отдела «С».

— Приплыли, Дон Педро! — искренне удивился я. — Фантастика какая — то! А ты не выдумываешь всё это?

Лиди в ответ печально улыбнулась и ничего не ответила.

— Ну, допустим — это правда — продолжил я. — Тогда у меня есть два вопроса.

— Давай, спрашивай! — кивнула Лиди.

— Во — первых: какое это имеет отношение ко мне? Ты же сказала сама, что это всё как — то связано со мной. А во-вторых, зачем ты мне это всё рассказала?!

— Во — первых, Жорж: твой скан мозга, твои эмоции, которые имеют все признаки гиперстойких переживаний, сбросили мне — другого скана не нашли — было всего несколько часов для поиска. Теперь твой скан эмоций — база моего эмоционального блока памяти, другого у меня нет. Смешно получилось — женщина с эмоциональной памятью мужчины. Я помню всё, что связано с твоими воспоминаниями о твоей жене — я тоже прожила вашу жизнь, я та женщина — которую ты любил по — настоящему, та — которая стала частью тебя, Жорж. И я знаю о доме в Бельтамо ровно столько, сколько и ты.

А второму вопросу ты должен знать — до Марса ты не долетишь, вернее — не должен долететь живым. Ты должен погибнуть от несчастного случая.

— Это твоё задание? — мрачно спросил я.

— И это тоже.

— Тогда, зачем было всё это… наше личное?

— Мне было интересно узнать тебя поближе.

— И как?

— А как ты думаешь? Неужели теперь твоя Элли даст тебя убить? Мозговерты в погонах Флота недооценили многое, и не просчитали все варианты. И не удивительно — я экспериментальная модель симбиота, а значит, совершенно непредсказуемая.

— Бешенная! — сдержанно уточнил я. — Я так назвал тебя, после твоего лечения в Автодоке

Лиди рассмеялась:

— Ну, спасибо, дорогой! Это что- то новое.

— Новое? Ты не можешь читать мои мысли? Или я где-то проговорился при тебе?

— Не новое — это часть меня, Доры Гонсалес, я действительно такая — бешенная, темперамент у меня такой, мой, настоящий. А вот эмоции — это эмоции Элли.

— Элли… — протянул я и внезапно вскипел: — Не трогай больше это имя! Никогда! Я надеюсь, ты поняла меня?!

— Да, Жорж, я поняла. Прости меня! Я не знаю, почему я это рассказала, я просто не понимаю. Прости меня!

Наступила тягостная пауза.

И вдруг я почувствовал, что корабль увеличивает скорость и меняет курс. И мы с Лиди переглянулись. По едва заметному изменению выражения её лица я понял, что она тоже уловила изменения и это её встревожило.

— Ты чувствуешь это? — спросил я, отставляя в сторону ненужный уже стакан с недопитым соком.

— Да, Жорж, чувствую.

— Почему Кай не предупредил о смене курса?

— Не знаю. Этого не должно быть в принципе. Может, метеоритная атака?

— Здесь? В этом секторе трассы? Не может быть здесь ничего!

— Тогда, что? Кай проигнорировал протокол общения с капитаном корабля? — осторожно предположила Лиди.

— Не знаю, пока. Нужно разобраться. Завтрак закончен! Срочно выдвигаемся на мостик — скомандовал я. И секунду спустя, добавил: — Не нравиться мне всё это.

Файл 14

Мы заняли свои кресла пилотов на мостике и подключились к системам управления кораблём.

— Кай, ты сменил скорость и курс? — спросил я.

Кай не ответил

— Кай, ещё раз спрашиваю — почему ты сменил курс и скорость корабля и не поставил меня в известность?

Кай не прореагировал на мой вопрос.

— Лиди, проверь коннект с Каем

— Да, капитан.

Я проверил вручную смену параметров движения корабля: скорость увеличена за счёт включения маршевых двигателей, курс «Веги» изменён, автопилот отключён. Всё это проходит по командам Искусственного Интеллекта корабля, то есть Кая. Это понятно и так: или Кай вышел из строя, или контроль над ним перехвачен извне — третьего варианта нет.

— Лиди! Есть коннект с Каем?

— Есть коннект, капитан.

— Докладывай!

— Нечего докладывать — Кай в коннекте, но на мои вопросы и команды не отвечает.

— Установи причину.

— Слушаюсь, капитан.

Я тем временем определил направление движения «Веги». И меня уже не удивили результаты: «Вега» двигалась не к Марсу, а в открытый космос, в никуда. Кай решил сыграть свою игру.

— Что там у тебя, Лиди? — спросил я, когда получил результаты проверки траектории.

— Кай в рабочем состоянии. Все параметры в норме. Кроме того, Кай заблокировал все возможности отключить его и перейти в ручной режим управления.

— Бунт машины?

— Не думаю, капитан. Кай абсолютно исправен, но у меня складывается впечатление, что он под внешним управлением.

— Проверь. Сможешь?

— Да, две минуты, капитан.

Я тем временем просмотрел протокол действий пилотов в случае выхода бортового искусственного Интеллекта из — под контроля: я помнил только некоторые, общие моменты этого протокола, потому, что за все годы полётов на разных кораблях ему никогда не приходилось сталкиваться с такими проблемами.

— Ну, что, Лиди?

— Минуту, капитан! Вот, даю инфу вам на экран.

Информация была неожиданной: прямо в реальном времени на экране я мог наблюдать, как отключались все аварийные программные шлюзы