Петр Викулов - Свободный среди звёзд: пилот (СИ)

   Во-первых, зачем ему делать что-то, что может повредить Маше, во-вторых, его собственное поведение в данной ситуации тоже было не безупречным. Михаил вполне может решить, что юноша сам спровоцировал его жену на такой поступок. Как в том анекдоте: то ли у вас шубу украли, то ли вы шубу украли, в общем, что-то нехорошее с вами случилось.

   - Честно-честно не расскажешь?

   - Честно-честно не расскажу, - уверил он её. И потом неизвестно зачем признался: - Машенька, поверь, мне самому этого очень хотелось. Но Миша - мой друг, я не буду его обманывать.

   - Мне бы тоже хотелось, - печально вздохнула девушка. Помолчав, прибавила: - Пашенька, а можно я у тебя одну вещь попрошу?

   Парень едва не расхохотался в голос. Но отвечая, постарался удержать прущий из него сарказм и даже изобразил в своём голосе участие:

   - Хочешь сделать ещё одну операцию?

   - Да, - воодушевлённо подтвердила Маша. - Пашенька, любимый, там нужно выпрямление костей на ногах сделать.

   - Костей? - Павел решил, что ослышался.

   - Ну, чтобы ноги не кривые были, - пояснила она.

   - Но они же и так не кривые, - ошарашено ответил юноша.

   - Нет, Паш, они кривые! - плаксиво воскликнула девушка. - Раньше это не так заметно было, но теперь я липосакцию и подтяжку на бёдрах сделала, это сразу видно! Пашенька, миленький, любимый мой, мне это очень-очень нужно! Ты же не хочешь, чтобы я некрасивой была? Пожалуйста, хороший мой, я что хочешь для тебя сделаю!

   Павел промолчал, потеряв дар речи. Расценив его молчание, как знак согласия, Маша обрадованно продолжила:

   - Пашенька, там всего восемь тысяч нужно. С половинкой. Ты можешь мне дать, это же немножко, правда?

   "Сколько-сколько?!!" - чуть не поперхнулся парень. - "А не охренела ли ты, голубушка?" Восемь с половиной тысяч - это стоимость приличного флаера. А она на ноги хочет такие деньжищи потратить! Кривые они у неё. Как будто он сам эти ноги не видел только что. Во всей красе. Если они кривые, то юноша был готов сожрать свой бластер.

   - Нет, Маша, - неожиданно спокойным голосом ответил Павел.

   - Нет? - разочаровано протянула девушка.

   - Нет, - твёрдо повторил он. - Просто так я такую сумму отдать не могу. Если только в долг.

   - В долг?

   - Да. С возвратом. И ты пообещаешь мне под протокол, что вернёшь их.

   - Паша... - в её голосе послышались слёзы. - Я думала, ты меня любишь. А ты!...

   И, всхлипнув, Маша разорвала связь. Но буквально через десять минут позвонила снова:

   - Пашенька, миленький, а если в долг, можно я тогда больше возьму?

   - Больше?

   - Да. Пашенька, мне пятьдесят тысяч нужно.

   У парня глаза полезли на лоб.

   - Маш, зачем тебе сразу полсотни?

   - На операции, - с готовностью ответила девушка. - Там ещё подтяжку кожи лица нужно, а то у меня рябое всё, и родинки свести, и плечи разной высоты, их исправлять нужно, и уши тоже разные. Вот сколько операций!

   - Это тысяч двадцать, - навскидку прикинул Павел. - Никак не полсотни.

   - Да, - согласилась Маша. - Ещё мне на фотографа хорошего нужно.

   - Фотографа?

   - Портфолио сделать.

   - Чего-чего сделать?

   Павел непроизвольно полез в сеть смотреть значение незнакомого слова, не сразу сообразив, что разговор шёл на русском и расшифровки земного слова "портфолио" в здешней инфосети, скорее всего, не окажется. Но Маша успела объяснить раньше:

   - Когда серию твоих фотографий делают, чтобы в агентстве сразу видели, как ты перед камерой получаешься. Это называется портфолио.

   - В каком агентстве? - спросил он.

   - В модельном. Пашенька, я фотомоделью хочу стать. Сниматься в рекламе всякой, в журналах...

   - Понятно, - заключил юноша. - Ну что ж, Маша, я могу дать тебе взаймы пятьдесят тысяч. Сроком на пять лет, под четыре процента годовых, с отсрочкой первого платежа на три года. - Когда Маша собралась возразить, он перебил: - Поверь, это очень хорошие условия, ни один банк тебе такого не предложит. Но только две вещи ещё. Во-первых, простого обещания под протокол тут будет мало, мы составим договор. Во-вторых, Михаил должен выступить поручителем по этому кредиту.

   - Миша? Но он же... Пашенька, я не хотела ему говорить...

   - Не хотела говорить что?

   - Ну, что я буду моделью работать...

   - Маш, ты собираешься сниматься в журналах, - с иронией спросил он, выделив последнее слово, - и рассчитываешь, что твой муж ничего об этом не узнает?

   - Но, Паш...

   - Это обязательное условие, - отрезал парень. - Миша должен всё знать и выступить поручителем по кредиту. Иначе я ничего не дам.

   - Паш, я... я подумаю и потом перезвоню, хорошо?

   - Хорошо.

   Пообедать Павел решил в ресторанчике. Он всегда так делал, когда прилетал на Марну. Продуктов в его холостяцкой квартире не водилось с тех пор, как съехала Маша, да и готовить юноша не умел. И именно за обедом его застал звонок от Михаила.

   - Паш, ты сейчас где?

   - В центре, а что? - настороженно переспросил Павел.

   - Встретиться нужно. Давай на точке, где я дежурю, я тут на минут на дцать в одну местную обжираловку отлучусь поесть, заодно поговорим.

   Павел некоторое время размышлял, что может понадобиться его знакомому. Это как-то связано с его визитом к нему домой? Или Маша уже успела поговорить с ним насчёт кредита? Ладно, чего гадать, сейчас всё узнаем.

   - Хорошо, называй место, - ответил парень.

   Михаил назвал адрес в центре.

   - Через пятнадцать минут сможешь туда подъехать?

   - Да, я там буду, - подтвердил Павел. - До встречи.

   То, что Михаил назвал "обжираловкой", оказалось вполне приличным небольшим ресторанчиком, наподобие того, в котором только что откушал Павел. Располагалось это заведение на первом этаже большого офисного здания. Сам Михаил, как выяснилось, дежурил в этом же здании, только на другом этаже. На встречу он заявился прямо в той амуниции, в которой работал. Именно эту броню Павел подарил ему когда-то. Сам юноша к тому времени уже пять минут, как сидел за столиком и потягивал прохладительный напиток.

   - Привет, Пашка, - начал здоровяк, грузно опускаясь на жалобно скрипнувший стул. - Был у моей благоверной сегодня?

   - Был, - ответил парень, осторожно кивнув.

   Скрывать этот факт не имело смысла. Михаил мог проверить его в течение секунды, просто связавшись с искином того дома, где они с Машей приобрели квартиру.

   - Трахнул её? - продолжил расспросы наёмник, нехорошо ухмыляясь.

   - Нет, - невозмутимо отозвался юноша. - Сам этим занимайся. Это твой супружеский долг.

   "Который ты не исполняешь", - закончил он про себя. Михаил расхохотался.

   - Ладно, Пашка, не ссы, - успокоил он парня, вытирая выступившие от смеха слёзы. - Знаю я, что ничего у неё не получилось.

   И объяснил, видя его недоумение:

   - Я ж систему видеонаблюдения у себя дома установил. Так что всё видел.

   Павел некоторое время помолчал, переваривая информацию, потом нейтрально заметил:

   - Интересное, наверно, кино получилось.

   - Да уж, зрелище ещё то! - энергично кивнул Михаил и повернулся к подошедшей официантке, чтобы сделать заказ. Окончив, снова повернулся к юноше: - А ты молодец. Признаюсь по секрету, я б на твоём месте не выдержал.

   - У него есть достойная альтернатива, правда, Паша? - раздался из-за спины парня знакомый голос.

   На соседний стул уселась Жанна. Павел с изумлением уставился на свою знакомую.

   - Я Жанне всё рассказал, - пояснил Михаил, принимая принесённые тарелки. - Даже кино показал.

   Павла покоробила мысль о том, что его знакомый не только снял парня на скрытую камеру, но и продемонстрировали получившееся видео без спроса кому-то ещё, но вслух юноша говорить об этом не стал. Только сделал заметку в памяти, касательно Михаила.

   - Спасибо, Паша, - нежно сказала журналистка, взяв парня за руку и с обожанием глядя на его лицо. - Я знала, что ты не захочешь изменить мне с этой шалавой, и рада была убедиться, что не ошиблась. Это самый лучший подарок, который ты мог бы мне сделать.

   - Эй, поосторожней в выражениях! - фальшиво возмутился здоровяк, ненадолго отрываясь от приёма пищи. - Речь идёт о моей жене!

   - Я тебя люблю, - беззвучно прошептала девушка одними губами, не отрываясь своих глаз от юноши.

   Павел покраснел. Если честно, при встрече с Машей парень вообще не вспоминал о существовании Жанны. И уж тем более, не терзался вопросом, стоит ли ей изменять. Но если журналистке приятно думать, что он удержался от соблазна по причине великой любви к ней, пусть так считает, ему жалко, что ли?

   Хотя, надо сказать, такие сильные проявления чувств с её стороны его несколько беспокоили. Уж очень это было не похоже на то, как он привык думать о своей знакомой. Но с журналисткой вообще никогда нельзя было быть уверенным в том, что полностью понимаешь мотивы её поступков, поэтому данную проблему парень пока решил отставить в сторону.