Водородная Соната - Иэн Бэнкс

четырехместным шаттлом. Если это так, то существует в свою очередь шестидесятипроцентная вероятность того, что один или несколько жизнеспособных биологических организмов могли быть перемещены с обломков на "Ошибка Не…" — корабль Культуры, за которым мы в данный момент следуем.

— Почему эта информация не была извлечена из данных своевременно? — спросил Агансу.

— Данные с сенсоров, — сказал капитан, — особенно в боевом пространстве, поступают нестабильно, спорадически и с опозданием. Данным в реальном времени отдаётся приоритет, полковник.

— Понятно. Эта лейтенант-коммандер Коссонт — я не вижу упоминания о ней ни в списках спецназа, ни в списках разведки.

— Мы полагаем, что она не из спецназа и не имеет отношения к военной разведке, — сказал капитан. — Её полугражданский статус не был прикрытием, на наш взгляд, а её ценность для высшего командования Четырнадцатого могла быть оппортунистической и внезапной — скорее всего, обстоятельства, понудившие Четырнадцатый вызвать её, стали известны только непосредственно перед самим вызовом.

— И в чём может заключаться её ценность? — спросил Агансу.

— Мы пока не знаем, — признался офицер. — Лучшее предположение — возможно, она связана с личностью Культуры Нгароэ КьиРиа, который упоминается в сообщении Зихдрена, найденном на Аблэйте.

— Есть сведения, что человек или люди с таким именем посещали Гзилт несколько раз в прошлом, — добавил капитан, — хотя и не в течение столетий.

— И о чём нам это говорит? — спросил Агансу.

— Возможно, о том, куда направляется лейтенант-коммандер Коссонт, — сказал капитан. — До сего момента корабль Культуры следовал курсом, который делал его конечный пункт назначения трудно предсказуемым даже на уровне системы. Однако за последние полдня стало почти очевидно, что он направляется куда-то в систему Оспин. Имеется запись о путешествии Вир Коссонт на орбитал Бокри, к Централизованным Базам Данных Оспина.

— Когда это было? — спросил Агансу.

— Шестнадцать лет назад, через три с половиной года после того, как она вернулась из поездки по обмену студентами в рамках программы Культуры. Мы полагаем, что наиболее вероятным местом её назначения в Бокри являлся орден Инкаст. Возможно, она передала им какой-то предмет, например, состояние разума. Грузовой манифест корабля, на котором она путешествовала, несколько двусмыслен в отношении точной природы того, что она могла там оставить, хотя какой-то предмет, классифицируемый как "автономное устройство хранения общего назначения, принадлежащее иному виду, подписанное, сложное, неизвестной ёмкости", упоминается как часть её багажа по пути на орбитал, но не обратно.

— Мы делаем попытки получить ответ на этот вопрос от Инкаста, — сказал офицер. — Пока безрезультатно — есть проблемы с конфиденциальностью. Кроме того, у них элементарная нехватка персонала. — Виртуальный образ офицера разведки посмотрел на капитана и полковника. — С имеющимися у нас на месте активами мы могли бы просто взломать их, но поскольку в данный момент мы автономны, то не сможем многого сделать, пока физически не доберемся туда.

— В любом случае, это пока только предположение, — заметил полковник.

— Верно, — согласился капитан.

— Но это лучшее предположение, которое у нас есть, — сказал офицер. — Любые другие указания на связь отсутствуют.

— Корабль Культуры уже сейчас идёт так быстро, что мы едва можем за ним угнаться, полковник — сказал капитан. — Если он начнет прыгать внутри системы Оспин, то есть все шансы, что он либо скроется от нас, либо высадит кого-то или что-то там, где захочет, а мы просто не сможем этого заметить, либо и то и другое. Я думаю, что этот человек из прошлого Коссонт и его предполагаемая связь с хабитатом Бокри представляют собой серьёзную зацепку, и что нам необходимо неуклонно следовать за кораблём. Предлагаю попытаться проследить за их передвижениями вокруг Оспина и по возможности выяснить, что они там делают, в дальнейшем действуя уже по обстановке.

Полковник Агансу задумался. Как всегда, он с болью осознавал, что, даже ускорившись до максимума, он думает ужасно медленно по сравнению с капитаном, офицером разведки и остальными членами виртуального экипажа 7*Уагрена. Он также осознавал, что ему, вероятно, придется покинуть спокойную обитель корабля, эту огромную, мощную оболочку вокруг него, и снова передвигаться как обычный человек, снова стать солдатом. Солдатом в разработанном для сражений боевом костюме, заключенном в слои силовой защиты, но все же просто солдатом, с оружием в руках, даже с учётом того, что боевой арбитр будет рядом, чтобы поддержать его. В каком-то смысле перспектива наполняла его тоской, при мысли о том, что он, наконец, сможет исполнить свое предназначение. Но в то же время она наполняла его ужасом, в чём он, конечно, никогда и никому бы не признался.

Наконец он сказал:

— Очень хорошо. Я согласен с вами, капитан. Пожалуйста, сообщите маршалу Чекври всё, что сочтёте нужным, о лейтенант-коммандере Коссонт…

— Мы уже передали ей информацию, — сказал капитан.

— Отлично. Очевидно, следует срочно исследовать все возможные контакты Коссонт, включая мадам Вариб Коссонт, которой та, по-видимому, доверяет.

* * *

Приспособление выглядело тонким, похожее на золотистое, украшенное древними драгоценностями средство предохранения, бессмысленное в своей обезоруживающей открытости.

Орпе уставилась на него, лежащее в роскошном футляре с подушечками, среди складок пурпурно-золотистой ткани, как на что-то запретное — наполовину недоступное, наполовину роскошное. Она подняла руки к лицу, словно пытаясь отгородиться от открытого футляра, испытывая при этом непривычную нервозность. Рот её открылся, а большие глаза впились взглядом в предмет.

— Я не… Это так выглядит… Я не уверена…

— Давай просто попробуем, хорошо?

— Что оно… делает? Для чего оно?

— Я имею при себе нечто похожее. Оно впивается в плоть совсем немного, на полволоска. И только носитель знает, что оно там. Когда мы вместе, и устройства соприкасаются, они добавляют удовольствие. Всё просто.

— Может ли это… могут ли они причинить какой-то… вред?

— Нет, разумеется. Они предназначены исключительно для удовольствия. Они более стерильны, чем хирургические инструменты и не имеют эффекта, помимо тех случаев, когда работают в паре со своим двойником, другой их половиной. Тогда они рождают экстаз. — Банстегейн улыбнулся, проведя пальцами по кольцам её волос и коснувшись щеки. — Есть немало способов достичь такого эффекта — наркотики, импланты, аугментации… Однако прелесть в том, что только эти устройства созданы друг для друга, и не имеют другого назначения, даже если, — он с сожалением улыбнулся, — у человека есть другие любовники. Их нельзя почувствовать, их едва можно заметить, даже если специально искать, и они не создают помех никаким жизненным процессам — люди даже рожали, имея их на себе, хотя, как я понимаю, это не рекомендуется, — и все же носитель знает, что оно там, а другой носитель соответственно знает о наличии второй половины. В данном случае можно говорить об обязательстве, тайных узах.

Она робко