Робинзоны космоса. Бегство Земли - Франсис Карсак

скорость, не сводя глаз с экрана интегратора. Внутреннее напряжение коры теперь нарастало очень быстро, волнистая линия через каждые несколько миллиметров прерывалась новыми вспышками. Через два часа я услышал голос Рении:

– Хорк, прикажи эвакуировать Гилюр. По прогнозу сейсмологов, при данном темпе ускорения уже часов через пять случится землетрясение магнитудой девять баллов.

Девять баллов! Это означало, что город обречен. Я отдал приказ, встал и обратился к Совету:

– Властители, я думаю, нам следует прекратить любое дальнейшее ускорение!

Гдан, властитель растений, поднялся со своего места:

– Каково будет наше положение при теперешней скорости удаления?

Хани сверился с показаниями приборов, сделал быстрый подсчет:

– Мы все еще будем в зоне, где глина спечется и почва будет уничтожена.

– В таком случае, – сказал Гдан, – полагаю, нам следует продолжать.

Хани воспользовался своим положением старейшины.

– Пусть те, кто хотят продолжать, встанут!

Пересчитав голоса, он повернулся ко мне:

– У них большинство, Хорк. Сожалею…

Прислонившись спиной к пульту управления, я обвел собрание взглядом. Это самое большинство сократилось. Гелин, властитель людей, присоединился к нам. Рения выглянула из окна своей кабины. Я указал ей глазами на пульт. Она покачала головой в знак несогласия.

– Что ж, – тихо проговорил я. – Тогда я отказываюсь подчиняться.

Повисла оцепенелая тишина. Все были потрясены. Никогда еще со дня образования Совета ни один текн не осмеливался открыто восстать против его решений. Пожав плечами, Кельбик с удрученным видом начал взбираться по лесенке к геофизической кабине, удаляясь от меня как от чумного.

– Я не ослышался? Вы отказываетесь повиноваться, Хорк? – вопросил властитель растений. – Но это безумие!

– Безумие или нет, но я отказываюсь! И я думаю, что, скорее, безумец тут – вы, вы, намеревающийся взорвать планету!

– До этого еще далеко! Во второй и в последний раз, именем Совета, приказываю вам подчиниться!

– Во второй и в последний раз – отказываюсь!

И коротким нажимом кнопки я прекратил любое новое ускорение.

– Что ж… Гелин, прикажите вашим людям арестовать его!

– Я сделаю это сам, – промолвил Гелин, подмигнув мне, и небрежно вытащил фульгуратор, держа его за ствол. Я выхватил из-за пазухи свой и направил на властителей:

– Гелин, стойте там, где стоите! Я не знаю, на моей вы стороне или же нет. Вы все, бросьте оружие! Быстрее!

С выражением ужаса на лицах властители поднимались с мест, один за другим, и избавлялись от оружия. На верхней площадке лестницы сверкнула фиолетовая молния, и Белуб, помощник Гдана, рухнул на пол, – Кельбик оказался шустрее. Я чувствовал смертельную усталость и отвращение: события последних дней измотали меня до предела. Я не спал уже двое суток.

– Гелину можно доверять, – крикнул мне Кельбик. – Он наш, с самого начала.

Гелин уже отдавал приказания по своему микропередатчику. Тотчас же зал управления заполонили агенты полиции текнов и начали собирать оружие. Хани печально смотрел на нас.

– Хорк! Кельбик! Такого я от вас не ожидал! Восстать против Совета…

– Ничуть, властитель, – возразил ему Кельбик. – И Хорк здесь ни при чем. Его личный бунт, его отказ исполнять идиотские приказы только помогли нам, Гелину и мне.

Он быстро подошел к ошеломленному Гдану и сделал резкий жест, словно хотел вырвать ему глаза. Затем отвел руку, держа в ней нечто дряблое. Искаженное страхом лицо, смотревшее на нас, было уже лицом не Гдана, а совершенно незнакомого нам человека.

– Властители, представляю вам нашего заклятого врага, истинного врага, главаря фаталистов – во всяком случае, я так думаю – и вероятного убийцу настоящего Гдана! Пока Хорк героически сражался с заговорщиками наверху, я провел небольшое расследование. Я давно уже, еще со дня нападения на наши планеры, заподозрил, что прямо здесь, в Совете, скрывается предатель. Мысль о том, что настоящий текн может быть фаталистом, мне представлялась абсурдной. Стало быть, кто-то в Совете был не тем, кем хотел казаться. Но неопровержимое доказательство я получил лишь вчера. Пластическая маска этого самозванца, несмотря на все ее совершенство, имеет один недостаток, который я обнаружил по чистой случайности: она флуоресцирует в слабом ультрафиолетовом излучении. Вчера, примерно в тот момент, когда Хорк подлетал к Кильгуру, этот лже-Гдан явился ко мне в лабораторию, чтобы попытаться убедить меня в необходимости еще большего ускорения. У меня была включена ультрафиолетовая лампа, и его лицо случайно попало под ее излучение. С этой минуты я знал все. Я предупредил Гелина, и мы решили подождать. Целью этого субъекта было уничтожение Земли, ни больше ни меньше! У нас давно уже не было такой запутанной политической ситуации: в последние годы текны Карноля полагали, что это они управляют фаталистами, а на самом деле все было ровно наоборот!

– Но как так вышло, – прервал его Хани, – что он столько времени успешно выдавал себя за властителя?

Рооб, властитель психических наук, поднялся со своего места:

– Некоторые из наших тайн столь опасны, что мы стараемся не делиться ими даже с властителями. Вот уже несколько сотен лет у нас есть аппарат, который позволяет очистить человека от всех его знаний и перенести в сознание другого. Остальное – пластическая хирургия и прекрасная маска. Вы и сами знаете, что не все наши хирурги – текны. Но как фаталисты смогли разузнать о планах психоскопа?

– Самое занятное, – продолжил Кельбик, – то, что плодородию Земли ничто не угрожает, – во всяком случае, о полном разрушении почвы речь точно не идет. Загипнотизированные аргументами лже-Гдана, вы упустили в своих вычислениях вот что: прежде чем температура повысится до точки спекания глины, солнечное излучение сначала восстановит атмосферу, затем испарит огромные массы воды, которая, в свою очередь, образует защитный экран из пара и облаков. Вот исправленные расчеты. Можете перепроверить, если хотите!

Желающих не нашлось.

На сей раз восстание фаталистов затухло уже окончательно. Кадуль, главарь, действовавший под маской Гдана, был передан в руки психотехников, которые, воспользовавшись аппаратом, смогли предоставить Совету все необходимые имена. Казней было совсем немного. Мы уже устали от резни и убийств, и подавляющее большинство заговорщиков просто-напросто переправили на Луну, переделанную в большую тюрьму.

Как и предвидел Кельбик, плодородный слой нашей почвы в основном сохранился.

У Земли снова была атмосфера, сотрясаемая грозами невиданной силы. Ураганы тщетно пытались разорвать плотный свод клубящихся туч, которые бо́льшую часть времени скрывали от нас пылающую сверхновую. Мы потеряли некоторое количество воздуха и воды, потому что в верхних слоях атмосферы молекулы под влиянием высоких температур достигали скорости освобождения, однако и воду, и воздух можно было восстановить в будущем. На поверхности жара была удушающей, постоянно бушевали циклоны, и лишь редкие группы геологов и агрономов выходили из подземных городов, чтобы подсчитать наши потери. Больше всего мы пострадали в период