Звёзды - это блюдо, которое подают холодным - Евгения Духовникова

class="p1">— Полагаю, что да. Если она ещё не начата, — осторожно произнёс инспектор Нортон.

— А что, на ваш взгляд, для этого требуется?

— Я не политик… — он несколько смутился. — Сложно сказать. Вероятно, война не начнётся, если станет невыгодна её зачинщику.

— Либо если у зачинщика появятся враги посерьёзнее.

— Вероятно… — задумался инспектор. — Пожалуй, да. Но к чему весь этот разговор?

— Неважно, — отмахнулась Клементина. — Просто подумалось… Забудьте. Скажите лучше, зачем я вам понадобилась на этот раз.

— Что?.. Нет, мы встретились случайно, — ответил инспектор таким тоном, словно заведомо знал, что девушка ему не поверит, и это его злило. — Я не искал с вами встречи.

Клементина скептически прищурилась, давая понять, что не верит ни единому слову.

— Это действительно случайность! — добавил он оскорблённо. — Сегодня суббота вообще-то. Могу я пойти отдохнуть в свой законный выходной?

— Разумеется. Приятного отдыха, — сухо улыбнулась Клементина, давая понять, что не намерена более продолжать диалог. Она пришла сюда просто покататься и не рассчитывала никого встретить. И уж тем более не желала ни с кем делиться своими сокровенными мыслями и своими планами.

Сосредоточившись на музыке, она закружилась по льду, выплескивая в пространство всю свою боль, всю любовь и ярость, весь страх и гнев. Эмоции, что успели накопиться в душе за последние дни и вконец переполнили её до краев, теперь выливались наружу, переплавлялись в танец — и стекали вниз, оседая пылью на траве и на листве деревьев, впитываясь во влажную землю, рассеиваясь в тёплом воздухе. Не замечая никого и ничего вокруг, она рисовала своими чувствами всё то, что не могла выразить словами — и постепенно бушующий у неё внутри ураган утихал, иссякал, уступая место холодной рассудительности и отстранённому спокойствию чистой, незамутнённой логики.

Если б её сейчас видел её тренер, наверное, он бы её похвалил…

Она танцевала как в последний раз. Впрочем, почему "как"? Она ведь для себя всё уже решила.

Прыжок за прыжком мир закручивался вокруг неё, с каждым новым оборотом всё больше утрачивая свою реальность, и сердце стучало в висках — самый неподкупный и непредвзятый метроном.

Когда она выбилась из сил, то просто рухнула навзничь, раскинув руки в стороны. Облака в небе вращались против часовой стрелки, постепенно замедляясь.

— Вы забыли свой телефон, — раздалось где-то рядом.

— Выкиньте его, он мне не нужен, — Клементина нехотя сфокусировала взгляд на лице склонившегося над ней человека. Инспектор Нортон выглядел озадаченным и встревоженным. — Хотя, погодите, — она взяла телефон и запустила удаление личных файлов. — Сама выкину.

— Клементина, что случилось? — впервые за всё время их знакомства мужчина обратился к ней "на ты". — Что ты задумала?

Девушка тихо усмехнулась, поднимаясь на ноги.

— Я ухожу.

— Куда?

— Далеко. Не пытайтесь меня остановить, — она вздохнула и добавила: — Есть дело, которое под силу выполнить только мне, — не дожидаясь, пока Бенедикт Нортон бросится за ней вдогонку, Клементина отвернулась и покатила к выходу. Последнюю фразу она произнесла по-флойдски, но она знала: инспектор Нортон достаточно умён, чтобы уловить смысл.

Телефон она опустила в ближайший контейнер благотворительного фонда, предварительно завернув в лежащую здесь же амортизационную пупырчатую плёнку. Там, куда она отправляется, телефон ей будет не нужен.

Заходить домой она не планировала, но потом всё же передумала.

Бросить коньки — в отличие от мобильника, их отдавать в чужие руки совершенно не хотелось, это было сродни предательству.

Переодеться, сменив платье и лосины на удобные вельветовые джинсы и толстовку с капюшоном.

Заказать такси — не пешком же топать через весь город.

Черкнуть записку Стефану.

Через полчаса она уже мчалась по Тауэр Бридж Роуд, рассеянно наблюдая, как закатное солнце пускает по воде Темзы огненно-рыжие отсверки. А через два часа стояла перед входом во флойдское консульство.

Один шаг — и назад пути не будет.

Впрочем, для неё и так уже не было обратного пути.

С подчёркнутым гостеприимством створки дверей разъехались в стороны; из недр здания пахнуло прохладой с тонкими нотками хвои. Окинув вестибюль беглым взглядом, Клементина уверенно зашагала к лестнице.

— Эй, постойте, мисс!

Голос, смутно знакомый.

— Вы контактёр?

Она ничего не ответила. Даже не обернулась.

— Приёмные часы окончены… Да постойте же!

Вверх по лестнице, стараясь не споткнуться о высокие ступени, не рассчитанные на человеческий рост.

Фау как-то упоминал, что резиденция их босса на самом верхнем этаже.

Воспоминание о Фау кольнуло в груди острой болью. Но Клементина тут же строго одёрнула себя. Выкинуть из головы все лишние мысли, сосредоточиться на предстоящем разговоре, не отвлекаясь ни на что…

Генеральный консул был в кабинете не один. За столом сидело ещё трое, и одного из них Клементина знала в лицо: это с ним они с Фау столкнулись как-то на катке.

Когда она вошла, флойды уставились на неё в немом изумлении, кто-то даже привстал с места. Похоже, она вломилась к генконсулу прямо посреди какого-то совещания. Наверняка крайне важного.

Ничего. Сейчас им будет не до совещаний.

— Господин Теол, надо полагать? — она церемонно кивнула представительному флойду, восседавшему во главе стола. — Приятно познакомиться.

— Это же та самая девчонка, — горячо зашептал кто-то в полной уверенности, что Клементина его всё равно не поймет. — Та, что вскружила голову Крейну.

— Ага. Это из-за неё мы упустили тенрийскую лазутчицу.

— Сама пришла. С ума сойти! Зачем, интересно?

Клементина и ухом не повела.

— Приёмная для контактёров девятью этажами ниже. — ледяным тоном отчеканил Теол, и шепотки за столом мигом смолкли. — Вы ошиблись дверью, сударыня. Настоятельно советую вам впредь быть внимательнее…

— Я не ошиблась, — Клементина покачала головой. Шагнула вперёд, положила руки на высокую спинку стула.

— Вы что себе позволяете, уважаемая? — прогремел консул, теряя остатки самообладания. — Я требую, чтобы вы немедленно…

Договорить господину Теолу не удалось: Клементина его перебила.

— Наши пути пересеклись, — раздельно проговорила девушка на чистейшем флойдском, — и это к добру. Во всяком случае, мне хочется в это верить.

В комнате воцарилась оглушительная тишина.

— Я знаю, как переиграть тенри.

Тишина стала просто невыносимой.

— Вы правы, господа. В случившемся действительно есть и моя вина, — бесстрастно продолжала она. — И я намерена это исправить. В конце концов, Земля — моя планета. И её судьба заботит меня уж точно не меньше, чем вас.

— Ты владеешь нашим языком, — ошарашенно пробормотал один из флойдов. — И ты говоришь без акцента. Но… как?

— Прерванная нейротранзакция, — Клементина была готова к этому вопросу. — Видите ли, в результате цепочки случайностей обстоятельства сложились так, что из меня вознамерились сделать биона. Вот только я всё понимала. Я сопротивлялась. Я до последнего стремилась сохранить сознание. Это было невероятно тяжело,