Бракованные мужья для землянки - Майя Хоук

меня дух перехватывает от открывшегося мне зрелища. В комнате уже дожидаются меня трое раздетых догола мужчин. Они также идеальны, как и на сцене. Только теперь они гораздо ближе и молча смотрят на меня.

В первую очередь мой взгляд останавливается на Айте. В его глазах друг друга сменяют радость, удивление и страх. Он переглядывается с другими мужчинами.

Я понимаю, что они явно ожидали увидеть кого-то другого, уж точно не меня.

— Вы можете осмотреть покупку. — Подходит ко мне молодая светловолосая женщина, тоже одетая в белое.

Я замечаю в ее руках что-то вроде пульта и тут же понимаю, что руки каждого из мужчин заведены за спину. Когда они выступали на сцене, я уверена, что такого не было.

— Если вам что-то не понравится, муниципалитет готов забрать товар.

«Это не товар», — чуть было не вырывается у меня.

— Может быть, для начала их одеть?

Встречаюсь с непонимающим взглядом девушки.

— Так вы не сможете оценить состояние.

Позволяю себе прокашляться.

— Простите, но что сейчас я должна оценить?

— Здоровье. Ссадины. Шрамы. Все, что может свидетельствовать о неподобающем отношении к мужчинам до их передачи хозяйке.

Я замечаю в руках девушки планшет, на котором она, очевидно и собирается фиксировать нарушения. А, капелька гуманизма в этой странной традиции по торговле людьми! Снова столкнувшись с внимательным взглядом служащей, я понимаю, что от процедуры нам всем не отвертеться.

И что она точно унизительная для всех. Я вижу, как Айт смотрит в пол и как вздуваются вены на его руках. Двое других попросту отводят взгляды.

— Мы обязаны зафиксировать, — подгоняет меня служащая. — Смотрите на увечья внимательно. Все новые повреждения, которые будут обнаружены, припишут вам.

— Послушайте, да не собираюсь я их избивать! — выдыхаю.

Брюнет в этот момент двигается, и я понимаю, что своими пререканиями только затягиваю то, что не нравится нам всем.

В итоге я обхожу мужчин кругом и выясняю, что руки за спиной у них действительно сцеплены — представительница муниципалитета говорит, что это в целях безопасности. Я перечисляю пару шрамов у блондина чисто для протокола и смотрю на нее.

— Теперь я могу их забрать?

— Мужчины отправятся к медику. После этого да.

Повисает молчание.

— Могу еще вам кое-что подсказать, если позволите, — произносит та. — Бракованные теряют право собственности.

— И что это значит?

— У них вообще ничего нет. В то время, которое у вас освободилось, вы можете купить им одежду.

Это признание сбивает с толку. Я киваю и выхожу из помещения. Итак, вместо благотворительности и посещения городской администрации, я, кажется, влипла в то, на что совершенно не рассчитывала: в теневую жизнь благополучной и приличной с виду Виеты.

Ладно, Кьяра. Нужно взять себя в руки. Иначе мне придется тащить домой, где, кстати, нет ни одного стула, трех голых мужчин. Интересно, как мы ночевать там будем?

Зана на сей раз делает вид, словно я для нее невидимка. И мне от этого даже немного легче. К счастью, в контракте прописаны все параметры моих новых мужчин: рост, вес и прочие моменты. Ничего не стоит подобрать им одежду, ориентируясь на эту информацию.

Заказываю срочную доставку из первого же попавшегося магазина. На ценники плевать, на вид одежды — тоже. Я все еще не отошла от того, что только что произошло.

Все время прокручиваю в голове фразы, которые я собираюсь озвучить своим «охранникам». Вот, покутила, наделала глупостей, теперь нужно залечь на дно.

Мы будем ремонтировать мой особняк. Айту и прочим я скажу, что выкупила их в качестве рабочих. Идеальный план!

Однако когда я заканчиваю с заказом, мне почему-то явственно представляются соблазнительные и подтянутые тела моих приобретений.

В это же время людей в холле, где я сижу, отчего-то прибывает. До меня долетают возбужденные разговоры о лоте номер один, создается неприятное впечатление, что все вокруг ищут таинственную покупательницу. Я замечаю, что пару новых приобретений уже вывели с аукциона, и они далеко не так красивы, как мои. Что ж, у этой исчезнувшей Лары, похоже, был отменный вкус, и мне от этого не по себе.

Спешно собираю свои вещи и поднимаюсь с удобного диванчика. Сердце заходится неприятным предчувствием.

В комментарии к заказу помечаю, что одежду надо доставить прямо к медику в здание аукциона. Затем отправляюсь к стойке администратора. Мне нужно место, где я могла бы переговорить с моими мужчинами с глаза на глаз.

В то же время чувство тревоги в животе скручивается в плотный узел. Что я скажу? Что меня могут преследовать? Но какого черта я тогда выкупила лот номер один?!

«Во всем виноваты Дорн и Зана», — проговариваю себе, когда мне показывают уютное помещение с тремя креслами и милым чайным столиком, установленным между ними.

Отодвигаю занавеску и натыкаюсь взглядом на ряд шикарных транспортных средств, которые окружают здание. То, на чем приехала я, по сравнению с этими экипажами — просто колымага.

Застываю, когда понимаю, что на ступенях, кажется, собралась пресса. Я ведь ее и раньше видела, только не обратила внимания! Я не думала, что кому-то будет дело до моих приобретений, но теперь, судя по шепоткам…

Позади меня открывается дверь, и я едва не подскакиваю, но вскоре понимаю, что там Зана.

— Ты должна была мне сказать, кто они такие. — Ловлю себя на том, что практически начинаю шипеть.

— Я и сказала. — Разводит руками белокурая.

И то правда.

Я снова бросаю взгляд на прессу и добавляю на полтона тише.

— Я не ожидала этого. На моей табличке не просто так было написано «анонимно».

Та улыбается.

— Ты ведь работаешь на разведчиков, ты должна была понимать…

Зана прислоняет палец к губам.

— Мне нужно увидеть Айта, — почти неслышно произносит она. — Не спрашивай