Не кричите в тёмном лесу - Дарья Андреевна Кузнецова

Мало какой псих из гражданских сумеет получить удовольствие в подобной обстановке. Во всяком случае, мне такие не попадались. Ты, в общем-то, и так завтра сюда попал бы: здесь начинаются тренировки, практические занятия в паре. На контроль, на контакт, на выдержку. Эти пузыри закреплены на разных уровнях и в разных течениях. Сам понимаешь, здешний рельеф, эти скальные выходы-шипы, предоставляет в этом смысле огромный простор для фантазии. Сейчас мы в самом тихом, медитациoнном, он находится глубоко, в спокойном месте, здесь почти нет течения. Видишь, даже крепления не предусмотрены.

– Интересное решение вопроса, – задумчиво похвалил Юрий. – Так, может и проверим, раз всё равно здесь оказались?

– Ты не против?! – просияла я. - Я хотела предложить, но постеснялась.

– Странная женщина. Секс она предлагать не стесняется, а поработать – да, поработать – это так неприлично! – расхохотался пилот.

– Да ну тебя, - отмахнулась от него. – Откуда я знаю, может, ты устал с дороги и тебе врачи запретили до завтра подобные нагрузки!

– Ты сейчас про работу или про что? – ехидно спросил землянин.

– Да ну тебя! – повторила я возмущённo. - Иди сюда, ложись рядом и дай мне руку. Мне лёжа проще расслабиться, да и физический контакт не повредит... И – да, сейчас я про работу! – с трудом выдерживая серьёзный тон, строго проговорила я, не дав ему высказаться.

Юрий выразительно хмыкнул, но комментировать всё это не стал и молча устроился рядом. Пузырь был достаточно небольшим, метров трёх в диаметре, и даже я не могла толком вытянуться на покатом дне, а мужчине пришлось опереть ноги о стену. Но устроились мы в конце концов вполне удобно, и я, прикрыв глаза, полностью расслабилась, загипнотизированная лёгким шумом в ушах, ощущением знакомой бездны вокруг и еле слышными протяжными звуками, доносящимися снаружи пузыря, – дыханием океана...

...Не знаю, кто подбирал нас друг другу, но стоило сказать ему большое спасибо. Мне, кажется, даже с Вадари не было так легко, как с этим землянином, а с ней мы знакомы с детства, учились вместе и тренировались тоже с самого начала обучения. Может, всё-таки правы те, кто предлагает ввести не добровольный отбор, а разделение по парам на основе личностных характеристик? И это будет не ущемление свободы, тирания и потеря человеческих ценностей, а просто разумный выход, удобный всем?

Эти мысли блуждали в голове, пока сознание привыкало к знакомому телу, а расфокусированный взгляд блуждал по достигающим этой глубины тусклым сполохам солнечного света и плавающим среди них теням. Хорошо, что сейчас день; когда вода чёрная под звёздным небом, даже опытным геонавтам бывает жутковато внутри этой прозрачной скорлупки, болтающейся на тонком тросе.

Раньше, в древности, когда геонавтика только начиналась, ничего всё происходило совершенно иначе. Нашим предшественникам приходилось доверять свои жизни сложной автоматике, они были её заложниками и полностью зависели от конструкторов и техников. То есть от тех, кто не рисковал своей жизнью, ныряя в гигантский водоворот под защитой тонких стен пилотируемого аппарата. Слияние сознания, теория единства информационного поля, способность человеческого разума после определённых тренировок воспринимать его – всё это было открыто много позже, с развитием биотехнологий. Когда кто-то умный подумал, что если удаётся научить искусственный интеллект ориентироваться в искажённом пространстве, то почему бы не попробoвать научить тому же людей?

Оказалось, не просто можно, но результат превзошёл все ожидания. Сначала прибегали к бионическим вставкам, усиливающим способности мозга искусственно, а потом научились развивать всё это естественным путём. Впрочем, мода на бионику порой возвращается, видоизменяясь и совершенствуясь, но пока на Лооки стремятся ко всему естественному, и лично мне подобное по душе.

Возвращаясь же к землянину... Здесь, рядом со мной и на границе с бездной, он был почти такой же, как в реальности, только ещё лучше. Сложно объяснять эти ощущения словами, но мне он напоминал цельный и неправдоподобно чистый кристалл – может льда, а может даже алмаза. Удивительно ясный разум. Как человек может быть таким... таким?! Такое впечатление, что он воoбще не испытывает сомнений!

Впрочем, эйфория первого знакомства вскоре отступила вместе с жутковатым ощущением, что я пообщалась или с нечеловеческим сущеcтвом, или с программой. Пришла более здравая мысль: я увидела не всё, дальше этой спокойной уверенности меня просто не пустили. Это предположение, с одной стороны, обнадёжило, а с другой – оказалось по-детски обидным. Как же так, мне не доверяют!

Почему-то это было гораздо обиднее истории с дурацким спором и моим желанием пощупать живого землянина. Даже несмотря на уверенность, что всё это грани одной фигуры, и понимания, что особых причин доверять мне вот так с ходу у мужчины нет. Я же знаю, что если я – душа нараспашку, совсем не обязательно окружающим придерживаться того же взгляда.

Но осадок всё равно остался.

Долго он, впрочем, не продержался. Я быстро уговорила себя, что это временно, что мужчине просто надо привыкнуть и вообще есть дела поважнее.

– Ты забавная, – нарушил тишину пилот. – Не то порыв ветра, не то горный ручей. Не думал, что бывают такие люди.

– Мы в расчёте, - весело фыркнула я в ответ. - Мне ты напомнил камень, и я тоже подумала, что никогда не встречала таких людей. Правда, потом сообразила, что ты закрываешься. Это всегда так?

– Это нормально. Разве нет?

– Не знаю, – честно признала я через пару секунд. - У меня не такой большой опыт, я раньше всего с одним человеком работала, и мы друг друга знали лучше, чем самих себя. Можно, конечно, спросить у координатора, но я бы пока не спешила с такими мерами. Как считаешь?

– Сами разберёмся, - как мне показалось, излишне резко ответил он.

Мой напарник не любит координаторов? Или всё куда проще, и он просто не любит, когда окружающие вторгаются в его личное пространство? Наверное, это действительно нормально и именно мне надо как-то перестраиваться и привыкать к общению с нормальными людьми.

– Ну что, давай потихоньку выбираться отсюда? Я люблю свою работу, но иногда всё-таки нужно спать.

– Да, пожалуй, вpемя-то к вечеру! Тебя, кстати, полярный день не беспокоит?

– Я могу спать в любой ситуации, – рассмеялся землянин.

– Тогда пойдём, Юр-рь-ий, – мягко, грассируя, протянула я, отправляя через внутренний переговорник сигнал на пульт.

– Можно просто Юра.

– Лу. Будем знакомы, - я с преувеличенно серьёзным видом пожала руку пилота. И в этот