Гранд-адмирал. Том третий. Часть 2 - Илья Сергеевич Модус

того, как аналитики разберутся в архивах Убиктората. Не могу себе позволить сохранить жизнь высококлассным оперативникам-преступникам и законченным маньякам.

— … Я продолжу собирать для Палпатина агентурную информацию, — продолжил Пестаж. — Собственно, она уже готова…

— Вы наметили для него цели, — произнес Пеллеон.

— Да, — закивал Пестаж. — Я скажу какие.

— Доминион в числе этих целей? — спросил я.

— Не первым номером, — затряс головой Пестаж. — Палпатину наплевать на Доминион — он уверен, что стоит ему лишь показать себя и все имперцы перейдут под его начало. Но вот ты… Тебя боятся его приближенные. Ты слишком хорошо воюешь…

Тот самый случай, когда твой талант — твое проклятье.

— Значительная часть всей войск Имперских осколков видит в тебе лидера, — произнес Пестаж. — Многие из них бы уже дезертировали, как капитан Абисс, но боятся, что Убикторат поступит с их родственниками так же, как и с родными экипажа «Странника пустоты»…

— Вы уничтожили лайнер с родными не для того, чтобы остановить «Странник Пустоты», — сказал Пеллеон. — Вы хотели сделать «урок» для остальных военных…

— Да-да-да, — закивал Пестаж. — Фанатики из Убиктората за постэндорские годы убили военных не меньше, чем повстанцы — всех, кто так или иначе хотел покинуть Империю. Убикторат сдерживает их под страхом…

«Всех», это, конечно, преувеличение…

— Пока я не услышал то, что заставило бы меня сохранить вам жизнь, — на самом деле это не так. Но присутствующим знать сие необязательно.

— Я буду твоим агентом, — напомнил Пестаж. — Сделаю так, что Палпатин будет лично заинтересован в том, чтобы ты выжил. Сделаю тебя иконой вооруженных сил — и тогда ни один сановник и приближенный не смогут ему перечить. Там же не совсем дураки — понимают, что если тебя убить, то это приведет в бешенство всех тех, кто тебя чуть ли не боготворит. Среди военных начнется брожение, а убийца явно нарисует себе мишень на лбу после такого. Я же сделаю так, чтобы он на самом деле не смотрел в сторону Доминиона — чтобы позволил тебе забрать себе часть территорий и существовать автономной внутри Империи. А взамен ты завоюешь для него галактику! У тебя же это превосходно получается, разве нет?

— Нет, — заявил я.

— Но ты уже подмял под себя больше десятка секторов, — изумился Пестаж. — А с силами Палпатина сможешь всю галактику захватить за год-другой…

— Неплохое предложение, — оценил я.

— Соглашайся, — глаза Пестажа буквально сочились алчностью и предвкушением. — А потом…

— А потом мы уничтожим Императора, вы займете его место, а я стану при вас Верховным Главнокомандующим? — уточнить все же нужно.

— Лучший расклад, — закивал Пестаж. — Не оставлять же безумца на троне…

— А никто и не говорил, что это допущение будет реализовано, — заявил я.

— Траун… — насторожился Пестаж. — Что ты хочешь сказать…?!

— Ровно то, что сказал в самом начале нашего разговора, Великий Визирь, — заявил я. — Вы и понятия не имеете о том, каковы мои цели.

У мужчины задергался плавый глаз.

— Капитан, — обратился я к командиру «Химеры», — проложите курс до базы. И приготовьте для господина Пестажа комфортабельную камеру — ему предстоит отдохнуть перед встречей со своей судьбой.

Великого Визиря стала бить крупная дрожь.

— ТРА-А-А-А-У-Н!!!! — с вылезающими из орбит глазами, мужчина бросился вперед, выставив вперед руки, в надежде задушить меня.

Ударом кулака в лицо, Рукх сломал «агенту Блэкхоулу» челюсть и отправил в небытие.

Как символично…

Небытие его и ждет.

Глава 67. Цена

Девять лет, десять месяцев и пятнадцатые сутки спустя Битвы при Явине…

Или сорок четвертый год, десять месяцев и пятнадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Пять месяцев и тридцать пятые сутки с момента попадания).

Командир «Штурмового ястреба» сидел в своих апартаментах, попивая витаминизированный напиток из полулитровой керамической чаши.

Вообще-то, когда он приобрел весь сервиз лет десять назад на рынке Корусанта, эта чашка называлась «бульонная».

И предназначение ее, согласно нормам столового этикета — подача первых блюд, вроде супов, каш и прочего.

Но с годами, проведенными на службе, Моргот счет, что более целесообразно будет использовать ее непосредственно для питья — во время походов требуется большое количество питья.

Кто-то из его коллег в бытность имперского флота, держался на стимуляторах, кто-то употреблял алкоголь.

Моргот, в силу своего простого воспитания на Нез-Пирон, предпочитал каф или простые витаминизированные напитки.

Сидящая напротив него миловидная женщина, облаченная в серую имперскую форму с капитанскими планками на груди, предпочитала тот же подход к поддержанию бодрствования.

Ее звали Танда Прил, и, несмотря на ее миловидную и непопорченную временем красоту, женщина уже подходила к рубежу четвертого десятка прожитых лет.

Как и Моргот, она являлась командиром звёздного разрушителя типа «Имперский». И ее бывшая «единичка», «Гром», с частично замещенным доминионцами экипажем, сейчас следовала в гиперпространстве сквозь всю галактику к заветной цели.

Прямиком от сектора Тапани, сквозь подконтрольную Новой Республике территорию, непосредственно в Доминион.

Трюмы обоих кораблей доверху набиты грузами вооружения и шифровальной аппаратуры, которую Танда и ее корабль охраняли на базе Убиктората в секторе Тапани.

Последний уголок, подконтрольный кровавой организации, сдался трое суток назад, когда гранд-адмирал Траун нанес удар по Убикторату.

Без единого выстрела, без попыток саботажа «Гром» и его команда сложили оружие.

И это при том, что фактически в сражении корабль Танды мог не просто нарезать на мелкие безобразные куски «Штурмовой ястреб», оба «Аккламатора» поддержки и «Венатор» с ионной пушкой, но и закусить «на сладкое» корветами прикрытия.

Но командир «Грома» решила иначе — она сдалась.

Выторговав своим подчиненным и себе службу Доминиону.

На общих для офицеров государства условиях.

И сейчас они возвращались домой.

— Выглядишь спокойной, — произнес Моргот, отпив небольшой глоток.

— Ты дал слово, что все пройдет нормально, — напомнила женщина, поставив свою крушку с дымящимся ароматным кафом на столик и по привычке пригладив тугую косу светлых волос.

Блондинка с глазами голубого кобальта казалась равнодушной, но Моргот довольно хорошо знал свою давнюю знакомую, чтобы понимать простую истину: она нервничает.

Капитан Танда Прил.

— Мне импонирует, что ты опираешься на мое слово, — заметил он. — Хотя получила все необходимые заверения и гарантии безопасности и отсутствия преследования от гранд-адмирала по голосвязи.

— С Трауном я знакома лишь по операции против военачальника в системе Польн, — произнесла Танда. — Остальное лишь слухи и пересуды. Тебя же я знаю с первого курса Академии. И доверяю твердости суждения.

— Звучит как комплимент, — заявил Моргот.

— А еще знаю, что ты не примкнул бы к кому-то, если б считал, что он действует во вред твоим собственным принципам, — продолжила гостья.

— Ты как всегда дипломатична, — одними губами усмехнулся командир «Штурмового Ястреба».

— Благодарю, —