Аллан Коул - Возвращение императора

— Бедные противотанковые пускальщики! — сказал Килгур. — Сейчас я сделаю их готовыми к употреблению на столе хирурга.

И исполнил обещанное.

Килгур приказал своим снайперам («Давай мне лучших! Знаю я тебя, не пытайся заморочить голову!») занять позиции с флангов.

Когда Стэн отдавал приказ гравибронетранспортерам идти вперед, он почувствовал, как Синд придвинулась ближе к нему. В ее глазах он прочел растерянность перед неведомой опасностью. Она боялась. За него.

Расчеты противотанковых орудий засуетились, ловя цель, и были сняты снайперскими выстрелами. Другие поспешили заменить их, выскочив из здания. Кто они — солдаты? Офицеры службы безопасности? «Дикие гуси»?

Крякнули виллиганы, и новые артиллеристы повалились на старых. Третья попытка… Похоже, добровольцы кончились.

— Мистер Килгур?

Алекс выкрикнул приказания, и группа захвата вместе со Стэном залезла в транспортер по опустившейся крышке его десантного люка.

— Не давай себя вышибить из седла, — напутствовал Алекс командира машины. — Чуть-чуть огневого прикрытия. Пошел!

Транспортер пополз вперед; турельные пулеметы плевали свинцовыми очередями. Гусеницы машины прокатились по покинутой позиции противотанковой установки, подмяв под себя пушку. Многотонный монстр проломил вход в здание совета и оказался прямо в огромном атриуме.

Трап машины упал на землю. Стэн и его «офицеры задержания» вышли наружу. Стэн увидел покрытые зеленой патиной фонтаны и какое-то неизвестной породы мертвое дерево посреди двора. Их танк сбил дерево перед остановкой; команда тогда еще сидела внутри.

Стэн глянул на карманную карту, которую нес с собой:

— Вход в бункер находится вон там. Не спешите, черт подери! Не думайте, что вас назовут творцами истории, если станете последними трупами в этой войне.

«Неплохой совет, — сам себя похвалил Стэн. — Надо бы и тебе прислушаться к нему. Дохлый адмирал в качестве последней потери этой… войны? заварухи? восстания? Во всяком случае, события, которое будет упомянуто не только в примечаниях исторических книг».

Они спускались ниже и ниже, в недра того, что звалось лучшим творением совета. Синд и Алекс держались поближе к Стэну, прокрадываясь от одного укрытия к другому, подобно осторожным змеям.

Но в осторожности не было нужды. Сопротивления они не встретили.

В убежище обнаружили Мэлприн и Ловетта, которые, похоже, не слышали, что им говорят.

Синд, не отрывая глаз, смотрела на пару существ; даже и не существ — оболочек, которые раньше были правителями мира. Стэну показалось, что он видит жалость в ее глазах.

Килгур повторил приказ.

Наконец члены совета откликнулись на его рыканье. Поднялись, когда Алекс велел встать, без возражений перетерпели обыск на предмет ношения оружия или припрятанных где-нибудь приспособлений для самоубийства, а затем проследовали за солдатами наверх.

Казалось, они втайне радовались, что все кончилось.

Стэна интересовало, продолжится ли их апатия после того, как начнутся допросы.

Глава 36

— Присаживайся, Стэн, — сказал вечный император. — Но вначале налей нам обоим.

По долгому опыту в бытность свою командиром личной охраны императора Стэн знал, что, когда властитель требует выпить, он в духе. Но можно быть просто «в духе», а можно — «В ДУХЕ». Теперь Стэн чувствовал разницу. Много лет назад он, на пару с боссом, принимал на свою грудь удары стрегга. В то время Стэн считал, что слово «вечный» — не более чем символическая добавка к титулу, если вообще думал об этом.

Стэн обратил внимание, что император, взяв свой бокал, лишь рассеянно пригубил. Стэн последовал его примеру.

— Я не хочу благодарить тебя за все, что ты сделал, — сказал вечный император. — Слова звучат глупо. По крайней мере, так мне кажется.

Стэн поинтересовался, что произошло. Император, несмотря на разыгрываемую им позу неформальности, был существом чрезвычайно формализованным. Обычно такое его поведение гласило, что у императора в рукаве спрятан сюрприз. Стэн молился только, чтобы это не слишком его касалось.

Он смотрел, как император слегка нахмурился, затем бросил взгляд на почти нетронутый бокал в собственной руке. Брови его разошлись, и вечный император одним движением опрокинул бокал в рот. Толкнул бокал по гладкой поверхности стола, требуя налить еще. Стэн проглотил свою порцию и отдал честь. Он чувствовал, как стрегг пробивает себе дорогу в желудке, распространяя тепло, но «в духе» никак не становился.

Стэн жутко хотел — если бы осмелиться! — спросить у вечного императора, как ему это удается. Где он был все эти годы? Что делал? И почему не умер ко всем чертям? Нет, лучше не задавать вопросов. Император всегда ревностно хранил свои секреты.

— В нашу прошлую беседу, — промолвил император, — я из кожи вон лез, уговаривая тебя принять повышение. Ты отклонил мое предложение. Надеюсь, ты не собираешься взять это в привычку?

О черт, начинается!.. Стэн собрался с силами.

— Как для тебя звучат слова «начальник корпуса „Меркурий“»? Я поднимаю его командный уровень и даю тебе вторую звезду. Ну как, адмирал?

— В отставке, сир, — ответил Стэн, сглотнув. Действовать надо без промедления. — Боюсь, что выгляжу неблагодарным и прочее, но — спасибо, не надо. Прошу вас.

Стэн заметил, как ледяной взгляд сверкнул из-под кустистых бровей императора. Затем глаза властителя немного потеплели.

— Почему? — Это был приказ, оформленный в виде вопроса.

— Сейчас попробую объяснить. Я прожил всю жизнь солдатом. Служение обществу, если пожелаете. И награжден гораздо более того, чем об этом мог мечтать. Кем я был? А никем — дэлинком, малолетним преступником, беспризорником на Вулкане. Теперь я адмирал. И вы хотите дать мне еще звезду… Благодарю вас, сир. Но — не надо, спасибо. Мне пора начинать строить собственную жизнь, найти свое место в гражданском мире. Раньше я смущался, боялся этого Может быть, и сейчас тоже, только совсем немножко. Теперь я гляжу вперед. Настало время заняться обычными, глупыми человеческими делами.

Стэн подумал о Лайзе Хейнз, о том, как совсем не глупо могла бы пойти его личная жизнь, если бы в нее не вмешалась жизнь общественная.

Говоря все это, он не поднимал головы. Теперь Стэн взглянул на императора и увидел, что тот вперился в него побелевшими, как молоко, глазами.

— Мне что-то не удается в полной мере выразить свои мысли, сир. Я плохо объясняю. Это трудновато высказать, особенно такому, как я.

Больше он не говорил ничего. Император сам даст ему понять, если понадобится сказать что-нибудь еще.

Император потушил яростный взгляд, отпил половину бокала, затем задрал ноги на стол и устроился поудобнее в кресле.

— Понимаю, — сказал он. — Я прошу тебя принести большую жертву. На самом деле — еще одну большую жертву. Но я не думаю, что ты осознал ситуацию. — Он прикончил бокал, потянулся к стреггу, налил себе и толкнул бутылку обратно Стэну. Оба они выпили и наполнили по новой.

— Только посмотри на неразбериху, творящуюся кругом, — продолжал император, как будто и не останавливался. — Население голодает. Миллионы не имеют работы. На какое правительство ни поглядишь — оно близко к параличу. Одна только доставка АМ-два в нужное место и без промедления стала нынче кошмаром. Ну и всякие другие мелкие заботы, которые я предвижу. И что же я буду делать со всем этим хозяйством — без чьей-либо помощи?..

Стэн покачал головой. Он не знал ответа.

— Так почему столь удивительно, что я прошу кого-то вроде тебя, со всем твоим опытом служения обществу, как ты говоришь, остаться сейчас со мной? Где я еще найду подобного тебе?

— Да, сир, — отозвался Стэн. — Я понимаю. Но…

— Но — без никаких «но», юный Стэн, — произнес вечный император. — Послушай. Я не прошу за себя. Я прошу за державу. Как можешь ты отказаться? Ответь мне. Как можешь ты смотреть мне в глаза и отказываться помочь? Ладно, не отвечай пока. Забудь о корпусе «Меркурий». У меня появилась идея получше. Я сделаю тебя моей главной палочкой-выручалочкой. У тебя будут любые полномочия. Будешь помогать мне в вопросах, возникающих с главами государств, в сложных сделках, при кризисных ситуациях. В качестве первого задания я хотел бы, чтобы ты помог с бхорами. Мне хочется сделать для них что-то особенное. Это самые преданные мне существа. Возвратить их было твоей идеей, как я припоминаю?

— Да, сир.

— Итак, они собираются провести большое празднество в Волчьих мирах. Прославлять мое возвращение и так далее и победу над негодяями, которые осмелились стать моими врагами. Я хочу, чтобы ты поехал туда и был моим представителем на церемонии. Не думаю, что найдется другое существо на целом свете, которое они ценят больше. Сможешь?