Водородная Соната - Иэн Бэнкс

Хонн, и зарезервируйте транспорт — афору, на неопределенный срок, минимум четыре дня. Заверьте их, что я достаточно опытна в обращении с такими животными, но, не раскрывайте при этом мою личность.

У маленького дрона внезапно появилось поле ауры, принявшее голубовато-серый оттенок.

— Животное? На четыре дня? — спросил он. — Уверены? Я способен переместить вас с субмиллиметровой точностью туда, куда вы захотите.

Тефве поднялась и опустилась на пятки, сжала руки в кулаки и снова расслабилась.

— Я уверена, — сказала она. — Личность, с которой я собираюсь встретиться, весьма придирчива в такого рода вопросах. Необходимо соблюдать определенные стандарты, придерживаться установленных процедур. Мне совсем не гарантирована аудиенция, если я не появлюсь там с таким видом, будто путешествую давно — меня почти наверняка проигнорируют.

Дрон на мгновение замолчал, а затем сказал:

— А вы не могли бы просто притвориться?

— Нет. И буду честна: это может занять пять дней. Может быть, больше. Четыре дня — это только время в пути.

— У меня сложилось впечатление, что смысл задания состоит в том, чтобы ускорить дело.

— Так и есть. Каково было бы время в пути от нынешнего местонахождения ЛСВ "Вы Называете Это Чистым?" до орбитала Дибальдипен на Очень Быстром Пикете?

— Приблизительно сто тридцать два дня. Но после встречи вы можете сразу же вернуться с нужной вам информацией или просто передать её любому вашему последующему воплощению.

— Теоретически. На практике предполагаемый информатор может проверить способ моего возвращения, расстроиться и отказаться от встреч со мной в дальнейшем.

— Будет ли любой последующий случай, когда вы захотите посетить этого информатора, иметь такое же моральное или общее значение, как нынешний, когда было решено предоставить в ваше распоряжение весь флот Быстрых Пикетов, если позволят другие обязательства?

— Вероятнее всего, нет. Хотя кто может знать?

— Пожалуйста, тщательно обдумайте целесообразность передачи мне любой относящейся к делу информации сразу же после её получения и возвращения.

— Непременно. Я буду исходить из того, что мои будущие отношения с этой личностью имеют относительно небольшое значение.

— Эта личность представляется — если позволите — эксцентричной.

— Эксцентричный — слишком щедрое определение, — сказала Тефве. — Неадекватный, раздражительный и неразумный — ближе к истине.

— Могу ли я предположить, что это исключительно старый человек?

— Нет, — сказала Тефве, — это исключительно старый дрон.

Аура корабельного дрона вспыхнула веселым красным цветом, а затем исчезла.

— Я посмотрю, как продвигается завтрак, — задорно сообщил он.

* * *

— Следишь?

— Возможно.

— Насколько возможно?

— Около четырнадцати процентов, в среднем.

— В среднем от чего? Что это вообще значит?

— В среднем по разным сценариям. В обычное мирное время вероятность будет меньше пяти процентов. В условиях тотальной войны — ближе к сорока.

— Как это в среднем составляет четырнадцать?

— Есть и другие критерии, которые нужно принять во внимание, — сказал ей аватар. — А еще есть взвешенный параметр.

Коссонт открыла рот, чтобы задать вопрос, но решила, что, пожалуй, не стоит.

— Обычно вы — люди — начинаете реагировать на всё, что превышает пятнадцать процентов, — сообщил Бердл, явно стараясь быть дружелюбным.

Пиан кашлянула.

— Нам угрожает опасность? — спросила она.

— Незначительная, — признал аватар.

— Тогда, имеются ли на борту спасательные капсулы?

Бердл посмотрел на Коссонт.

— Она это серьезно?

— Настолько серьезно, насколько она умеет таковой казаться.

— Я говорила серьёзно!

— Помолчи.

— Это и моя жизнь тоже!

— Заткнись! — Коссонт снова посмотрела на Бердла. — Это что-то меняет?

Они все еще находились в модуле, сидя на удобных, но обычных с виду диванах. Аватар привольно разлегся.

— Возможно, будет лучше отвязаться от них до того, как мы посетим Оспин, — сказал Бердл, — или использовать какой-нибудь метод, чтобы скрыть точное место назначения — о коем я пока и сам знаю в общих чертах.

— Я сообщу, когда мы прибудем на место, — пообещала Коссонт, чувствуя себя немного виноватой. Она только что с тревогой вспомнила, что когда села на корабль в прошлый раз, чтобы добраться до Оспина и сдать на хранение сверкающий серый куб с состоянием разума КьиРиа, путешествие продлилось несколько недель. Если бы оно вновь отняло столько времени, Сублимация уже свершилась бы к моменту, когда они добрались туда.

— Примерно восемьдесят пять часов. — прочитал её мысли Бердл — Меньше, если поторопимся.

— Почему бы не поторопиться?

— Потому что это повредит мои двигатели. Они все еще ремонтируются после рывка к Изениону.

— Так как же ты собираешься оторваться от корабля, который следует за нами?

— С трудом, возможно.

— И какова альтернатива, о которой ты упомянул?

— Использовать какой-нибудь метод, чтобы скрыть точное место назначения. Это должно быть не сложно. Андроид Эглиль Паринхерм может быть полезен в таком деле. Я бы хотел его разбудить.

— Хорошо. И попробуй по возможности убедить его, что это не симуляция.

* * *

ЛОУ Каконим

МСВ Падение Давления

— Итак, наша маленькая группа увеличилась за счет включения в нее “Вы Называете Это Чистым?”, а также Эмпирика. Помимо этого, мы установили связь с нечто под названием "Терпимая Усмешка" — ещё одним сообщником долгоживущего КьиРиа. Только, если взглянуть на мое издание соответствующих списков кораблей, "Терпимая Усмешка" исчез без следа примерно за 140 лет до того, как был построен "Ограниченно Участливый", а сам он появился на свет чуть менее четырех тысяч лет назад, так что остается открытым вопрос, кто ещё мог помогать и содействовать неуловимому чудаку в его многообразных начинаниях. Есть идеи?

∞

— Никаких. Требуется дальнейшее исследование.

∞

— Подождите — ка. Мне необходимо запротоколировать это.

14 (С -14)

— Она прикасается к тебе вот так?

— Ах… — да, очень похоже. Просто… вот так.

— И целует тебя так?

— …Ну, нет… немного не так. Но только немного.

— Только немного?

— Она целует меня чуть-чуть по-другому. О, я ведь не должна… Я действительно не должна рассказывать тебе такие вещи. Ты ужасный, ужасный человек.

— Знаю, знаю. И ненавижу себя. Разве я не самый ужасный, из ныне живущих?

— Ты такой… О, и что теперь?

— Дай подумать… она тебя так целует?

— Нет. Опять же, нет, совсем не так.

— Как-то по-другому?

— По-другому.

— Как?

— Сколько существует способов целоваться? Я лично понятия не имею. Я не так хорошо разбираюсь в этом, как ты. Возможно.

— …Ну, тогда. Сейчас, дай подумать. Она целуется… более легко, так же… страстно, но с меньшей… меньшей интенсивностью? Меньшей анрогенностью?

— Андрогенностью?

— Ну, она же женщина.

— Мгм. И ещё прикосновения.

— Ах, да, да. Иногда я…

— Мм?

— Вот так?

— Нет, нет… видишь ли, её руки более стройные, пальцы длиннее, они более нежные. Твои… другие, более…

— Толстые?

— Да. И более хваткие.

— Цепкие? Хваткие? Я в шоке, Вирисс! Я