Краденая судьба (СИ) - Серебрянская Виктория

Забытая сумочка выпала из моей руки. Я счастливо расхохоталась, вцепившись в сильные плечи любимого:

– Паш, не глупи! Я же техник! Как ты себе представляешь меня в шелковом платье, с диагностом в руках и под брюхом какого-нибудь забарахлившего погрузчика?

– Никаких диагностов! Никаких погрузчиков! Ты вообще не будешь работать! Я сам тебя всем обеспечу! Я… – Пашка вдруг посерьезнел, тяжело сглотнул, поставил меня на тротуар и вопросительно заглянул мне в глаза: – Маш, я тебя люблю… Выходи за меня замуж…

На глаза навернулись слезы, и я сердито смахнула их ладонью. Пашка всегда стремился сделать мою жизнь лучше. Сначала в детском доме, потом, когда выпустился сам, каждое воскресенье таскал мне вкусности и мелкие подарки. Потом, когда выпустилась и я, долго выбирал самое лучшее жилье, доступное на наши деньги, вырученные от продажи его и моей комнат. Пашка умел парой слов и одним цветком из оранжереи астероида устроить мне праздник. Он всегда заботился обо мне. Теперь моя очередь позаботится о нем. Чуть успокоившись, я вновь принялась перебирать объявления о найме на работу.

Вскоре от бесконечных «требуется» в глазах зарябило. Но все это было не то. Пока мне попалось только три более-менее подходящих объявления. Я отложила их на крайний случай. Если больше ничего не найду. Но перспектива удручала. В двух объявлениях обязательным условием был десятилетний контракт. Только по прошествии этих лет я могла получить приличное вознаграждение. А до этого только полное содержание. Меня это не устраивало. Хотя, если больше ничего не найду, то придется просто выпрашивать аванс на лечение.

Третье объявление разыскивало желающих отправиться на колонизацию вновь открытого и активно осваиваемого астероида.  Расстояние от него до Земли было невообразимо огромным. А сам астероид пугал. Но контракт предполагал выплату аванса. Поэтому и это объявление я отложила.

Судебное разбирательство растянулось на два дня. И прошло тихо. Все обвинения с меня в итоге сняли, придя к выводу, что я действительно ничего не знала о взрывчатке. Я облегченно вздохнула. Но оказалось, что обрадовалась я рано. Пашке никто не мог задать вопросы. Он находился в искусственном сне в реанимационной капсуле. Его врач предоставил выписку, которая свидетельствовала о том, что пострадавший при взрыве Павел Лебедев не может говорить по причине полученных сильнейших повреждений. И что его гражданская супруга, с которой он проживал под одной крышей, обязалась оплатить лечение Павла в земной клинике по трансплантации и восстановлению поврежденных органов.

Законники удовлетворились тем, что Пашка так или иначе покинет астероид. Судебное разбирательство было закрыто. Но… клеймо неблагонадежной с меня никто снимать не стал. И предписание покинуть астероид в течении суток вступило в действие.

И вот теперь электронное табло, встроенное в стену, беспристрастно отображало хронометр, неумолимо отсчитывающий последние часы моего пребывания на этом проклятом куске космической скалы. А решение проблемы все не находилось. И отчаяние все сильнее стискивало мне горло.

Это объявление портал вывел на мой дисплей едва ли не самым последним в почти бесконечном списке ему подобных. Я подобралась сразу же, как собака, учуявшая след, едва только прочла первые строки:

«На разовую работу для сопровождения груза на дальнее расстояние требуется специалист, имеющий навыки работы с криокамерами для хранения и транспортировки биологически активных материалов. Срок контракта ограничен временем доставки груза…»

Увиденная в конце объявления сумма вознаграждения заставила меня подскочить на месте: денег точно хватало на лечение Пашки на Земле. И, возможно, хватит еще и на недорогое жилье. При условии, что работодатель оплатит мое возвращение. А даже если и не оплатит, это не беда. Найду что-то еще. Надежда на безболезненное решение проблемы расправила во мне свои огненные крылья. Только бы не оказалось, что специалист уже найден.

Трясущимися руками я набрала указанный в объявлении код.

Несколько секунд, пока не произошло соединение, мне показались вечностью. Наконец отозвался сдержанный мужской голос:

– Слушаю.

Я не сразу поняла, что абонент снял трубку просто потому. Что видеоканал был блокирован. Обычно, особенно официальные номера, всегда оставляли видеоканал включенным. Как бы подчеркивая, что у них все прозрачно и они ничего не скрывают. Да и вообще, так было принято. Но я сама в последние дни не желала никого видеть, неизменно отключая видеоканал на зумме, поэтому меня ничего не смутило.

– Говорите.

Словно очнувшись, я смущенно прокашлялась:

– Здравствуйте! Я по объявлению. Вакансия еще не занята?

Мой невидимый собеседник несколько секунд озадаченно молчал. Я уже думала, соединение было разорвано, как услышала тихий недоуменный вопрос в сторону: «А какие еще у нас есть вакансии? Тут девушка по поводу работы…»

Я прикусила кончик языка, ловя рвущийся наружу истерический смешок. Надо же, а я думала, что уже нет на белом свете таких мужиков, которые делят профессии по гендерному признаку.

Что ответили моему невидимому собеседнику, я не услышала. Но спустя пару секунд он осторожно поинтересовался:

– А вы по поводу…

– Техник на разовую работу.

– И … вы… для себя уточняете?

Вопреки всему настроение стало потихоньку подниматься ввысь. Слишком уж забавный у нас выходил диалог.

– Ну да, для себя.

– А ваша специализация? Опыт?

Интервьюер все еще говорил осторожно, словно не верил тому, что слышит. Или подозревал подвох. Но, нащупав привычное направление в нашем разговоре, принялся за свою рутинную работу – интервью соискателя.

– Дистанционное обучение в Центральной Земной Академии Космических Профессий и три года работы на перерабатывающем предприятии астероида RZ-111 в качестве техника-технолога роботизированных систем.

– Да? А почему вы оттуда уволились? – В голосе эйчара слышалось неподдельное изумление. И осторожность. С таких работ обычно просто так не уходят. Накатила горечь.

– Меня сократили. В связи с тем, что предприятие переходит на полную автоматизацию процессов.

Далее последовало еще с десяток стандартных вопросов. Мы изучали данную сторону в академии. Далеко не всем ее выпускникам везло как мне и Пашке сразу после выпуска устроиться на денежную работу. А платили на астероиде неплохо.

В заключении интервью эйчар поинтересовался:

– Мария, вы понимаете, что контракт разовый? Что продления не будет?

– Да, понимаю. Пока меня это устраивает. А можно спросить, почему контракт разовый?

– Да, конечно. – Голос поскучнел. – У нас есть несколько собственных техников-экспедиторов, сопровождающих такие грузы. И обычно один или даже два находятся на месте в ожидании задания. Но в этот раз случилась накладка: никто еще не вернулся из командировки, а нашему старому, проверенному заказчику срочно требуется переправить биоматериал. Такие контейнеры нельзя отправлять без сопровождения, нужно следить за работой консервирующих капсул. Малейший сбой может привести к катастрофе: от порчи материала до заражения местности химией, ядами или вирусами. Поэтому нам срочно нужен техник. Иначе мы потеряем доверие Клиента.

Вот тут я слегка засомневалась. Я, конечно, понятия не имела о специфике работы таких предприятий. Но чтоб вот так, сразу, потерять доверие? Я позволила себе высказать сомнение. Невидимый собеседник замялся:

– Мне вообще-то нельзя об этом говорить, но у нас уже был крайне неприятный эпизод именно с этим Клиентом. Поэтому нам крайне важно в этот раз сделать все в лучшем виде. Да и время поджимает. Поэтому сумма вознаграждения такая большая. А контракт разовый, потому что еще один человек нам в общем-то не нужен. Но, если хорошо себя проявите, то возможно…

Я скептически хмыкнула. Крючок с наживкой был шит белыми нитками. Да и меня пока не интересовала постоянная работа, связанная с командировками.