Полукровка 2 (СИ) - Горъ Василий

— Мы догадывались, что в квартирах этого жилого комплекса есть все необходимое для комфортной жизни, поэтому дарим на новоселье годовой абонемент в салон красоты «Афродита», расположенный двадцатью этажами выше. И пусть Тору всей прелести этого подарка не понять… да и я ее, каюсь, тоже никак не пойму, но… раз ты закончила ИАССН и вернулась в Большую Жизнь, значит, по мнению девчонок, без «Афродиты» не обойдешься.

Завадская поблагодарила их за «жизненно необходимый» подарок и клятвенно пообещала наведаться в салон в ближайшие дни… если, конечно, я ее туда отпущу. Народ, конечно же, посмотрел на меня, и я воспользовался представившейся возможностью последовать примеру Власьева. Но подарил Каре не абонемент, а «комплект» капсул для ее «Химеры». Вернее, сообщил, что он там появится ближе к вечеру.

Напарница засияла, как маленькое солнышко, и заставила Верещагину озадаченно хмыкнуть:

— Судя по реакции Марины, мы чего-то не понимаем. Но это не помешает порадоваться вместе с ней.

— У вас вот-вот появятся и другие причины для радости… — предсказал я, встал из-за стола, вышел в прихожую и вернулся буквально через тридцать секунд. С четырьмя коробками наперевес. И раздал их девчатам.

Первой под подарочную упаковку заглянула Ольга и уставилась на меня настолько ошалелым взглядом, что ее примеру последовали Рита, Настя и Маша. Последняя их мнение и высказала. После того, как положила свой экземпляр на стол:

— Тор, ты что, одурел⁈ Эти портативные меддиагносты стоят бешеные деньги и в лучшем случае имеются у одного процента практикующих врачей с серьезнейшим опытом, а мы еще…

— А вас я уважаю. За редкую самоотверженность, целеустремленность и настоящий, а не изображаемый патриотизм. Так что потратил часть «боевых» на подарки, которые гарантированно будут использоваться по назначению и каждый божий день. В общем, упираться абсолютно бесполезно… а мои щеки еще почему-то до сих пор не зацелованы.

Зацеловали. Добросовестнее некуда. И пообещали «отомстить». Потом заставили себя оторваться от сумасшедших инструментов, реально способных облегчить ежедневную возню с ранеными, вспомнили, что мы отмечаем, и немного потерроризировали Марину. Вопросами, отвечать на которые было и комфортно, и весело. Увы, в какой-то момент комм Настены завибрировал, и она, прочитав прилетевшее сообщение, презрительно фыркнула:

— О, мои решили провести молодежный бал, попробовали прислать вам приглашения, уперлись в блокировки коммуникаторов и требуют, чтобы я «слила» эти файлы напрямую.

— А какого числа они планируют его провести? — полюбопытствовал я.

— В пятницу, двадцатого…

Я злобно ухмыльнулся:

— Можешь их расстроить, сообщив, что в этот день нас тут уже не будет.

— Не-не-не, расстраивать ТАК будет неправильно! — протараторила она. — Они переиграют планы, придумают веские причины наплевать на традиции и перенесут бал на понедельник или вторник. Поэтому пусть ждут пятницы и надеются на лучшее.

— А мне пишет чуть ли не вся телефонная книжка… — мрачно вздохнул Матвей. — Парни выпрашивают прямой контакт Марины, а девушки — Тора. И обещают за помощь… всякое-разное.

— На первый взгляд, этот ажиотаж вызывает презрение… — начала Рита и приятно удивила сообразительностью: — … а на второй бесит. Ибо часть этих интересантов наверняка используется агентурой спецслужб государственных образований Коалиции. Так как если для нас словосочетание «фантастически удачная диверсия в Каганате» — это подвиг, то для тюрков — плевок в лицо и повод для мести. И еще: пока мы отдыхаем, группы прикрытия Тора и Марины наверняка работают в поте лица. То есть, контролируют подступы к этому ЖК, сканируют каждый флаер, пролетающий мимо, анализируют звонки жителей и так далее.

— Таковы правила игры… — «успокоил» ее я и помог ребятам съехать с этой темы на значительно более комфортную: — Поэтому мы и не напрягаемся: спокойно делаем то, что должно, а в свободное время либо отдыхаем, либо отрываемся. Кстати, об отрывах: Марина собирается прикупить себе «Волну». В такой же комплектации, как у меня. Благо, имеются и более чем серьезные навыки пилотирования, и финансовые возможности. Так что в скором времени у нас на постоянной основе появится два свободных места в флаерах для самоубийц. А после того, как нормальный пилотаж освоят Матвей, Миша и Даша, наша компания сможет перемещаться по Белогорью в о-очень веселом режиме.

— По словам моего инструктора, я потяну полеты на «Волне» к концу марта-началу апреля… — сообщил Власьев и грустно вздохнул: — А полноценно почувствую этот флаер только к лету. Поэтому завидую вам белой завистью!

— У тебя «правильная» зависть… — улыбнулся я. — Вместо того, чтобы захлебываться желчью, ты тренируешься, как проклятый…

— … под контролем телохранителей. Ибо его дед очень не хочет, чтобы Матвей последовал примеру Мишки и улетел на Индигирку учиться в ИЛА. Кстати, наверняка дергается и сейчас. Ведь ты, Тор, можешь поддержать это решение… — злобно продолжила Оля, почувствовала, что завелась, заставила себя успокоиться и спросила, как дела у Даши.

— Даша жжет: сдала несколько сложнейших тестов и добилась перевода на наш, первый факультет.

— О-о-о!!! — хором протянул весь стол, включая Кару, а потом Рита жестом попросила тишины, приняла чей-то звонок, секунд двадцать-двадцать пять играла желваками, потом послала собеседника или собеседницу к чертовой матери, в сердцах сбросила вызов и закатила глаза к потолку:

— Решение Ахматовых устроить молодежный бал вызвало цепную реакцию: мне приказали прозондировать почву на предмет целесообразности проведения аналогичной вечеринки, но на горнолыжном курорте Братеево. Во вторник или в среду…

…К семи вечера мы успели обсудить очередной успех «наших ВКС», большинство «животрепещущих проблем» и добрый десяток чужих планов на наше будущее, вырубить все коммуникаторы, кроме моего, абстрагироваться от «суеты» сильных мира сего, записать групповые сообщения Даше и Мише, провести ходовые испытания меддиагностов, посмотреть новую программу юмористического трио «Три-О» и нахохотаться до колик в животе. Но лично меня больше всего порадовало другое — то, что за эти несколько часов Марина успела врасти в нашу компанию и настолько расслабилась, что практически перестала «фильтровать» речь. Поэтому в тот момент, когда ожил дверной звонок, пребывала в благодушном настроении и настолько не хотела вставать с кресла, что попросила искин развернуть изображение с потолочной камеры коридора в центре гостиной.

ИИ, естественно, повиновался, и я с интересом уставился на аристо лет, эдак, двадцати трех и двух классических телохранителей, обнаружившихся перед дверью. Но оценить внешность незваного гостя, его манеру держаться, потенциальную опасность и т.д. не успел. Из-за того, что услышал скрип зубов Матвея, слово «Сука…» из уст напарницы и еще четыре восклицания разного уровня экспрессивности.

— А теперь чуть понятнее, пожалуйста… — попросил я, переключившись в боевой режим.

— Это Станислав Евгеньевич Мищенко, мой бывший жених… — гневно процедила Завадская, а Рита желчно добавила:

— Прибыл «добавлять огня» угасшим, было, чувствам своей, вне всякого сомнения, горячо любимой невесты…

— Интересно, а через кого он получил доступ в летный ангар «Иглы»? — спросил Власьев и разозлил Ольгу:

— Плевать: главное, что этот урод уже тут и вот-вот устроит какой-нибудь спектакль!!!

— Не устроит! — одновременно заявили мы с Карой, вскочили с кресел и двумя танками поперли в прихожую.

Дверь открыл я, сходу уставился в глаза господина Мищенко и, забив на вежество, хмуро поинтересовался, что ему надо. А он меня «не заметил» и «не услышал» — поймал взгляд Марины, остановившейся слева от меня, расплылся в счастливой улыбке и толкнул поздравительную речь, написанную серьезным профессионалом или очень дорогим «профильным» искином. Вернее, начал ее толкать. Но предложения после седьмого-восьмого был перебит на полуслове. Моей напарницей, уставшей сдерживать гнев: