Маршрут перестроен - Олег Яковлев

звучал всё так же отчётливо и ровно, отчего присутствующим сделалось крайне неуютно. – Ничего, спишем на…

Изображение внезапно пропало.

– Эли, что там у тебя? – киборг коснулся мерцающего синим экрана связи. – Эли!

В эфире повисла тишина.

– Эли!

Картинка пошла волной, потом рябью. Затем вновь показалось лицо Деметры: скулы напряжены, челюсти сжаты, голос резок и отрывист.

– Командующий – экипажу. Незамедлительно прибыть к челноку. Все прошлые приказы отменяются. Оставить грузы и обременения, если они мешают исполнению настоящего приказа. При необходимости пробиваться, не считаясь с потерями.

– Да что происходит?! – хором заорали Жирафа и Солянка.

– Мы тут, – браво отрапортовали, влетевшие на мостик и не слишком умные для того, чтобы паниковать, Понка и Донка. Вошедший следом молчаливый Викки ограничился наклоном головы. Этот не стал бы переживать и в животе арктурианского трупоеда.

– Вы пропадаете с радаров, – Деметра, наконец, сочла нужным ответить.

– Это как? – спросил киборг.

– Мне-то почём знать? Вот только вы здесь, а потом словно тумблером щёлкнули, и – ничего. Ни в оптическом, ни в инфракрасном, ни в радиодиапазоне. Как будто выпадаете из пространства. Словно в нору проваливаетесь.

– Куда?

– Я думала, ты мне скажешь. Ты ведь инженер.

– Никогда о таком не слышал, – покачал головой Солянка и ехидно добавил: – А ты нас, часом, не разыгрываешь? Признавайся, не хочешь, чтобы мы напоследок карманы набили, вот и выдумала этот бред.

– Бросить бы вас здесь, – задумчиво сказала Деметра. – Да набрать новых…

– Пожалуйста, не надо. Не бросайте нас, – вдруг подала голос певичка. – У меня турне, я не могу куда-то там проваливаться, этого нет в контракте…

– Кишка тонка, – нахально ответил киборг на прозвучавшую угрозу старпома. – Задание-то не выполнено. Половина экипажа на борт не вернулась. То-то кэп обрадуется.

– Для этого ему самому необходимо выбраться. А он пока не выходит на связь. Боюсь, с ним что-то случилось. Я отправила Хвоста к нему в каюту, надеюсь он успеет…

Она замолкла на полуслове, экран снова погас. Певичка всхлипнула.

– Эли! – позвал Солянка.

Переговорное устройство молчало. Киборг переключил обзорный экран на ближний космос. За бортом были всё те же тонущие в мареве Кровавые Пальцы. А вот «Ренегата» рядом не наблюдалось. Да и сама туманность как-то подрастеряла очертания и словно начала распадаться на крошечные волокна, на глазах истаивая и исчезая. Такого зрелища никто из пиратов никогда в жизни не видел. Жирафа шептал что-то себе под нос, заворожённый этой картиной. О чём-то догадавшийся Донка выхватил из кобуры бластер и ткнул им в Солянку:

– Заводи двигатели, железяка! Пора сваливать!

– Куда сваливать, тупица? – заорал в ответ киборг. – Мы сейчас не в привычном пространстве, а один космос знает, где. Нас может разнести на фотоны, размазать энергетической волной, превратить в реликтовое излучение.

– Заводи двигатели! – продолжал настаивать Донка. Или всё-таки это был Понка? Солянка вечно их путал.

Киборг молниеносным движением выхватил из кобуры оружие и всадил заряд плазмы в плечо бунтовщику. Тот вскрикнул и выронил бластер. Викки Зор молча, мощным хуком отправил смутьяна в нокаут.

– Ты тоже желаешь прилечь? – полюбопытствовал Солянка, обращаясь к Понке. Или же Донке?

Тот отрицательно помотал головой.

– Вот поэтому я и прошу вас поторопиться, – «Ренегат» снова вышел на связь. – Периоды разрыва становятся всё длиннее. Полагаю, тут не обошлось без нашего скользкого друга.

– Возражение. – раздался за спинами пиратов рокочущий клекот. – Непредвиденные последствия. Непреодолимое воздействие.

Чужой, сгибаясь и едва ли не складываясь пополам, протискивался в невысокую, по его меркам, дверь на мостик. Наконец, Маклер оказался внутри. Следом появился хмурый и взъерошенный Дик.

* * *

На то, чтобы добраться до места, у Стаса ушло семь минут. К его немалому удивлению, каюта кэпа располагалась не в ультралюкс зоне, а на границе пассажирских апартаментов с техническим уровнем.

– Капитан? – Стас толкнул дверь. Та оказалась незапертой, ещё в рубке они с Солянкой разблокировали все помещения на корабле. Чтобы не вызывать подозрений, для каюты кэпа исключения не делалось, при том, что в списках на грабёж она, понятное дело, не значилась. Инсценировать собственное ограбление кэп должен был сам.

– Капитан? Вы тут? – Стас шагнул внутрь.

Импресарио сидел к нему спиной, обмякнув в глубоком кресле перед многосекционным коммуникационным экраном, разделённым на множество фрагментов, каждый из которых показывал в реальном времени коридоры, отсеки и каюты лайнера. Среди изображений Стас сразу узнал мостик и главный шлюз. Одну из секций занимала карта звёздной системы, где среди прочих небесных тел и расчетных орбит, мерцающим символом отображалось положение лайнера. Время от времени картинка пропадала, словно забиваясь помехами. Но мэтр никак на это не реагировал, он тяжело и отрывисто дышал, глаза были прикрыты, а голова неестественным образом запрокинулась вверх. На полу валялась злополучная бутылка «Мрачной твари». Тёмно-красная жидкость пролилась на ковёр, при этом брызги попали на белоснежный пиджак и такого же цвета брюки.

– Кэп?! – Стас презрительно скривился, отпихивая носком ботинка бутылку. – Надо сказать, вы выбрали не лучшее время напиться…

Нужно было срочно приводить в чувство эту «личную просьбу». Окинув взглядом номер, Стас быстро нашёл то, что искал: универсальная аптечка располагалась в стенной нише напротив, к тому же, почему-то была открыта. Возможно, сам хозяин пытался ей воспользоваться, но не успел. Это вселяло надежду. Уж капитан точно знал, что может понадобиться. Подойдя ближе, Стас понял, что не ошибся: в дозаторе лежала пара таблеток без надписей и маркировки.

Рядом, на столе, обнаружился и графин с водой. В том, что это вода, Стас убедился, плеснув себе на руку и немного слизнув.

– Давай, глотай уже, нет времени, – Стас бесцеремонно затолкал обе таблетки в рот спящему и напоил водой из графина. Половина содержимого пролилась на костюм. Импресарио закашлялся, но глаз так и не открыл. Стас встряхнул его за шиворот – без результата. Затем принялся лупить по щекам. Раза с десятого раздалось ворчание.

На одиннадцатый его запястье перехватила рука в кремовой перчатке, да с такой мощью, что едва не хрустнула кость. Стас готов был поклясться, что эти пальцы не могли принадлежать человеку – их хватка скорее походила на стальные тиски. Сдержаться и не заорать во весь голос стоило огромных усилий.

– Любой, кто имел дело с нейрогенными препаратами понимает, что срок их действия не мгновенный. Должно пройти двадцать-тридцать секунд после приёма, – спокойным менторским тоном, никак не вязавшимся с жёсткой реакцией, проинформировал кэп. Затем, посмотрев в лицо своему спасителю, добавил: – А теперь ты скажешь мне, что здесь происходит. Давно меня вырубило?

– А я почём знаю? – Стас принялся возмущённо растирать руку. – Пить надо меньше!

– Это не алкоголь,