Империи глубокого космоса. Прелюдия. Моя тысячелетняя любовь - Алекс Кинсен

тоже рад тебя видеть. — Всё ещё не понимая, что происходит пошутил Кэл. Но увидев моё отчаяние, посерьезнел. — Что?

— Лаор скоро будет здесь. Я не успела. Всё к чертям.

В отчаянии я долбанула лбом о прутья клетки и сползла вниз. В отчаянии попыталась взломать замок ещё раз. Тишина. Кэл опустился вслед за мной с другой стороны. Его ноздри раздулись и он втянул воздух. Да когда ж они все перестанут обнюхивать меня словно свора космических собак. Был у меня секс, не было. Это моё личное дело, а они узнают об этом по одному вздоху. Надоело!

— Я убью его! — И его рёв не имел ничего общего с человеческим. Грудной звериный звук, казалось, исходил от льва или тигра, а не от моего тихого молчуна Кэлона.

— Это не важно. Кэл. Переживёшь. Я же пережила. Самое ужасное, что теперь, когда я не успела, нам всем сейчас придется очень сложно.

И он явился. Я почувствовала это ещё спиной, злобно развернулась, вытащив из-за спины оба мачете. Начало было грозным, но мы оба прекрасно понимали, что с моей стороны эта попытка выглядит почти что фарсом по сравнению с его силой и опытом.

— Мой непокорный котёнок.

— Да пошёл ты.

— Эй, матери моего будущего ребенка не следует так выражаться.

— Лаор, ты полностью утратил связь с реальностью. Ты общаешься с какой-то женщиной с моим лицом, но в своем воображаемом мире. Я никогда не буду твоей. Если я не смогу убить тебя, то убью себя, слышишь? Но больше ты меня не получишь.

Кэл в своей клетке странно затих. А вальяжность в глазах Лаора постепенно растворилась, уступив место лёгкой обеспокоенности.

— Кончай дурить, котенок. Разве ты не хочешь к своим друзьям на Гайю? В свою семью? Я обещаю, что отвезу тебя туда.

— Я может и землянка, но не полная дура. Ты никогда не сделаешь этого.

— Ты даже не помнишь своё имя! Кто ты? Куда тебя возвращать, родная? После регенератора ты чистый лист. Но я был первый и написал на нем своё имя! Ты моя!

И я напала. Всего через несколько прыжков Лаор перехватил один из мечей их моих рук. Конечно, он отбивался в полсилы. Я видела, что он лишь не даёт себя ранить, но в ту же секунду, когда захочет напасть на меня, я буду уже мертва. И всё же он отступал, не желая вступать в настоящий бой. И это давало призрачную возможность подтолкнуть его к клетке, за которой недвижимой статуей хищника, готового к атаке, притаился Кэлон.

— Я, знаю, кто я! — Проревела я, орудуя мечом в пафосном священном экстазе. Мне нужно было, чтобы он поверил в то, что я действительно намерена его убить. Ведь именно это устремление он не воспринимал серьезно. И пока он потешался над моим барахтаньем, отступая и едва отбиваясь, он шёл к своей смерти.

— Я архаит Хагнарат империи Рауйарат, жена мужа Сганнара из клана Ти-Драгов, мать двух сыновей Гайи, я друг квидека Трагаона с Кви-Драгала.

Каждое выкрикиваемое мной имя сопровождалось звоном мечей.

— Подруга аллиона Регев из клана Агисов, раата Кэлона из клана Ллиаритов, аллиона Троя, славного парня с гравинида Тигниа Иррааон. И мой дом теперь с ними. А за своими детьми я вернусь всё равно. И не тебе, грёбаный насильник, решать, когда это будет, и шантажировать меня этим.

— Как будто Сганнар не насильник.

— Я уже выбрала его! — Заревела я, усиливая наступление.

— Он не давал тебе выбора, глупая девчонка. Ты выбрала меня, меня! Когда добровольно отдалась мне там, прямо возле стены в медотсеке. — С этими словами Лаор легким движением выбил мой меч, схватил меня и впился своим жестким болезненным поцелуем. И я ответила на него. Ошеломляя его неистовым напором своего языка, вцепившись руками ему в волосы, от чего он всегда приходил в восторг, мне удалось заставить его сделать ещё два шага назад. И когда он прижался спиной к клетке Кэлона, я оторвалась от его губ и прошептала:

— И всё же я выбрала его. Всегда выбирала. — И услышала треск ломающихся костей. Когда Лаор упал, в руках Кэлона остался его окровавленный хребет.

Через несколько секунд осознания произошедшего, я упала на колени и меня стошнило.

— Ты просто конченный психопат, Кэлон Ллиарит. — Руки тряслись и я никак не могла попасть по электронному замку клетки из плазменного пистолета, который трясущимися руками вытащила у Лаора из-за пояса. Кэлону оставалось только уворачиваться от летящих в него плазмоидов.

— Не обязательно было делать это у меня на глазах. Черт возьми! — Завизжала я, окончательно срываясь. — Не обязательно было вообще это делать! Нельзя было его просто оглушить или вырубить? Теперь у меня будет травма на всю жизнь. У меня же с ним был секс! А теперь я каждый раз буду закрывать глаза и видеть эту картину! — Орала я на него, не глядя выпуская весь заряд по замку.

Кэлон молча схватил меня в объятия, когда я, наконец, перестала палить по уже давно простреленной дыре. Он просто укачивал меня, как всегда не находя никаких нужных слов.

Мы отошли от тела Лаора и мне было почти что жаль его. Не могу это объяснить. Хотя он изнасиловал меня всего лишь несколько часов назад, убил Ирана, нейтрализовал Сганнара, убил всех тех, кто оставался на Тигнии в момент взрыва, разрушил мой портал, бросил моих ребят умирать на Тиоре, но в чём-то он был прав. Он был чем-то вроде моего первого парня в этой новой жизни, наполненной новыми воспоминаниями. И он был прав в том, что здесь я никто. Глядя на его останки, я поймала себя на мысли, что его смерть не принесла мне облегчение, а заставила содрогаться в ужасе и неверии.

Надо было уходить. Но Кэл ждал, когда я вернусь в реальность. И когда, наконец, на меня спустилось принятие того, что именно так всё и должно было произойти, я подняла его омытые кровью Лаора руки к своему лицу и начертила его пальцами кровавые дорожки на своих щеках. По четыре с каждой стороны. Кэлон напряженно смотрел на меня, пока я не прочла в его глазах откровенное вожделение. Его приоткрытые губы и затуманенный взор медленно и неумолимо, словно под гипнозом, приближались ко мне. Мы опять выжили вдвоем. Выстояли, и оказались в объятиях друг друга. Теперь он навсегда у меня под кожей. Мой Кэл. Мой

— Кэл, блин! — Извернулась я, выдергивая его из гипнотического состояния. — Мы столько пережили вместе, что ты стал частью меня,