Боец с планеты Земля (СИ) - Тимофеев Владимир

Паорэ на днях утверждала, что орден «призна́ет» убийцу новым хозяином, только если сочтёт его достойнее предыдущего. В противном случае, при попытке надеть, кристалл просто прожжёт шею, на которой висит. А что определяет степень «достойности» в мире Барьера? Думаю, тот самый «индекс барьерного сходства», и выше, чем у меня, на Флоре его, наверное, нет ни у кого, даже у князя.

Мою шею кристалл не прожёг. Как и предполагалось. Ничего особенного при этом я не почувствовал. Решил стать бароном и стал им. Всегда бы так…

Паорэ, Нуна и остальные наши появились в замке спустя пять минут. Сигналом послужила вывешенная на башне красная тряпка.

В святая святых прежних владельцев баронства мы пошли вместе: я, Гас и Пао.

Главная и самая защищённая комната замка, своего рода местный донжон, располагалась на первом этаже под личным кабинетом хозяина. Пройти туда понизу со двора было нельзя, только через галерею, а потом вниз по узкой винтовой лестнице.

У порога нас встретил какой-то мужик. Без оружия, сухощавый (или, скорее, худой), средних лет, с выцветшими глазами, высокий…

— Мастер Нарруз, если не ошибаюсь? — проявил я осведомлённость в вопросе.

— Вы не ошиблись, милорд, — склонился в поклоне коллега небезызвестного Растуса.

— Понятно. Служишь любому, кто платит?

Лицо мастера осталось бесстрастным.

— Я храню знания, господин барон. И в меру сил помогаю тому, кто владеет замком, поддерживать в окру́ге стабильность и безопасность.

— Ладно. Проехали. Давай показывай, где здесь что.

— Репликатор, — шепнула на ухо Паорэ.

— Миледи может не шифроваться. Я знаю свои обязанности, — проговорил Нарруз.

Нотки язвительности в его голосе не услышал бы только глухой.

— Прошу, милорд, — указал он на дверь. — Вы должны открыть её сами. И сами должны определить круг тех, кому туда будет позволено заходить. Я покажу, как это можно сде…

— Лучше, если это покажу я, — перебила его Паорэ.

Выскользнув из-за моей спины, она подошла к двери и ткнула пальцем в какую-то выемку на стене:

— Сюда надо приложить кристалл. А сюда… — дама ткнула другим пальцем в другую выемку. — надо приложить ладонь.

— Правую или левую?

— Любую. Эту будет команда на доступ всем, кто приложит свои ладони ниже.

— Отлично! Прикладывайте. Ты, — кивнул я Паорэ. — Ты, Гас, — повернулся я к «третьему». — Ну и ты, Нарруз, заходи, — небрежно махнул я рукой…

Окон в «реакторной» не было. Зато была ещё одна дверь.

— Это подземный ход, — пояснил мастер. — Он ведёт за пределы замка, его может открыть только милорд.

— Кристаллом?

— Да.

— А это что? Репликатор? — указал я на полупрозрачный куб с дверцами, сильно напоминающий вытяжной шкаф в кабинете химии.

— Да, милорд. Это и есть репликатор.

— А где амулет барьера? — снова вмешалась Паорэ.

По лицу мастера мелькнула едва заметная тень.

— В сейфе.

— Где он?

— Здесь.

Нарруз откинул какую-то ширмочку (точь-в-точь как в кабинете Салватоса). За ней обнаружилась дверца.

— Ключ? — протянул я руку.

— Ключ — ваш кристалл, милорд.

Кристалл коснулся замка, дверца открылась. Внутри обнаружился сухой древесный обломок. Точно такой же, помнится, мы вынесли полгода назад из «алтарного домика» барона Асталиса.

— Порядок! — я закрыл дверцу и повернулся к мастеру. — Ну что же. Надеюсь, мы с вами сработаемся.

— Я вас не подведу, милорд, — низко, едва ли не в пояс, поклонился высокий и тощий, как жердь, Нарруз…

Глава 17

— Стоп! Где камбуля́?! Где камбуля́, я сказал?!.. Так! Все на первую точку, повторяем по-новой. Дверь приоткрыли, бросили камбулю́, и только потом входим и зачищаем, понятно?!

— Понятно… Ясно… Так точно, селенц… — отозвались бойцы.

— Всё! Поехали заново… Штурм!

Я стоял на площадке башни и, опершись на парапет, наблюдал, с каким удовольствием мой приятель гоняет по полосе четверых новобранцев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тренировочный полигон располагался в низинке, за частоколом. Что именно там происходит и как всё устроено, можно было увидеть только отсюда.

Вбитые в землю колья обозначали улицы и дома, брошенные наземь палки — заборы и другие препятствия, палки в руках бойцов — арбалеты и «карамультуки», заткнутые за пояса деревянные чурбачки — гранаты, те самые камбули́, о которых ругался Гас. Почему я их так назвал? Да просто, когда «изобретал» их, неожиданно вспомнил одно старое видео, где наши военные инструкторы и советники обучали кого-то там в Африке высокому искусству войны, а обучаемые обучались хреново и всякий раз норовили швырнуть «камбулю́» совсем не туда куда нужно…

— Так! Первый пошёл, второй прикрывает! — доносились снизу команды. — У! Рваная холка! Качнул маятник и назад! Не спать! Показал, что и сколько, зачистили, двинулись дальше! Давай, следующая пара!..

Сегодня бойцы отрабатывали штурм здания. Вряд ли нам это понадобится в ближайшее время, но в перспективе — запросто. О будущем надо заботиться. Даже если тебе самому места в нём не найдётся…

— Как там? Известия были? Что-нибудь новое есть?

Я повернул голову. Поднявшаяся на башню Паорэ остановилась в двух тянах справа и, приложив ладошку ко лбу, чтобы прикрыться от солнца, смотрела на тренирующихся. Как она подошла, я опять не услышал. Похоже, умение ходить бесшумно и появляться внезапно — это у неё от рождения.

— Ты бы хоть плащ надела, простудишься. Вон ветер какой.

— Не бойся, я ненадолго, — улыбнулась подруга, погладив себя по выпирающему животу.

Я покачал головой, но спорить не стал. Спорить с беременной женщиной — то ещё удовольствие.

— Ты, кстати, мне не ответил.

— Не ответил? На что?

— Я спрашивала, новости есть?

— Новости? — почесал я в затылке. — Да, в общем-то, нет. Голубя не было, радио тоже, поэтому всё по плану, ничего неожиданного.

— А завтра?

— А завтра, надеюсь, будут…

Сказал и тоже приложил руку ко лбу. Сегодняшняя тренировка, скорее всего, будет последней. Завтра, если ничего неожиданного не случится, это полуотделение уйдёт на юг, без замены. Здесь, кроме меня и Гаса, останутся всего двое, наиболее опытные, выдержавшие все, какие только возможно, проверки, в том числе, самую главную — боем. Старые соратники по мятежу — Таг и Калер. А потом ещё должен вернуться Борс, и вот тогда мы действительно сможем встретить любых гостей. Хоть роту, хоть корпус, хоть целую армию…

— Знаешь, я всё никак не пойму, он что, и вправду такой дурак, ничего не видит?

Я вновь посмотрел на Паорэ. Проследил за её взглядом…

На самом краю полигона под небольшим навесом сидела Нуна. Она всегда туда приходила, когда Гас проводил занятия. Сидела, не вмешивалась, что-то вышивала или вязала… Гас на неё внимания не обращал, но и не прогонял. Когда тренировки заканчивались, девушка уходила и принималась за свои привычные дела — руководить слугами и управлять замком. Эти обязанности я возложил на неё с согласия Паорэ и Гаса. И Нуна неплохо справлялась с ними. Видимо, сказывались опыт и выучка со времён службы у господина наместника. Почему они с Гасом так и не сошлись? О первой причине мне поведал сам Гас, и рассказывать об этом Паорэ я не хотел. А вот что касается второй причины…

— Зачем ему это?

— Что это?

— Зачем ему повторять то, что случилось с нами?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— С нами — это другое. Совсем другое, — покачала головой женщина.

— Я знаю. Но со стороны это выглядит… ну, в общем, как-то не очень выглядит. Просто представь себе. Он улетит. Улетит навсегда, а она останется. Соломенная вдова, брошенная, никому не нужная…

— Ну, я же ведь тоже останусь, — пожала плечами Паорэ. — Да, кстати, — сменила она неожиданно тему. — Я утром просила Арку́ша, чтобы он девок прислал.