Ниточка к сердцу - Эрик Фрэнк Рассел

нас тут целая толпа. Один из них точно нам все расскажет, или я уйду со службы. — Он встал с камня и приготовился.

— Дайте дорогу! Дайте дорогу!

— Стреляйте по колесам, если он попытается прорваться! — приказал Бидуорси солдатам.

Но стрелять не пришлось. Машина сбавила скорость и остановилась в ярде от ожидавшей ее шеренги. Водитель высунул голову из кабины. Пассажиры тоже с любопытством выглянули из салона.

Собравшись с духом, Бидуорси решил произвести впечатление своего в доску. Он подошел к водителю и сказал:

— Доброе утро.

— Что-то плоховато у вас с чувством времени, — заметил тот. У водителя был синий подбородок, сломанный нос и деформированные уши, похожие на цветную капусту. Он выглядел как один из тех водил, которые обожают устраивать яростные гонки на трассе. — Вам что, часы не по карману?

— Хм?

— Сейчас не утро, а самый что ни на есть конец дня.

— Ах, вот, значит, как, — проговорил Бидуорси, натянуто улыбаясь. — Добрый день.

— Я в этом не уверен, — задумчиво проговорил водитель. Он облокотился на руль и с угрюмым видом принялся ковырять в зубах. — Одним днем ближе к могиле.

— Может быть, — согласился Бидуорси, мрачные слова не произвели на него особого впечатления. — Но меня сейчас тревожит совсем другое и…

— И без толку тревожиться о том, что было раньше или происходит сейчас, — посоветовал водитель. — Ведь впереди нас ждут куда более серьезные заботы.

— Может, и так, — согласился Бидуорси, в глубине души чувствуя, что время и место для размышления о темной стороне бытия было выбрано не самое удачное. — Но я предпочел бы решать свои собственные проблемы, когда захочу и так, как сочту нужным.

— Проблемы каждого человека — это не только его проблемы. А кроме того, время и методы, которые он выбирает, ему тоже не принадлежат, — заметил суровый оракул. — И про нынешний момент можно сказать то же самое, правда?

— Не знаю, и мне плевать, — ответил Бидуорси. Его самообладание таяло по мере того, как поднималось давление. Он понимал, что Глид и солдаты наблюдают за ним, все слышат и, возможно, улыбаются про себя. А еще тут был целый автобус глазевших на них пассажиров. — Мне кажется, вы просто переливаете из пустого в порожнее, чтобы потянуть время. Посол Земли ждет…

— Мы тоже, — многозначительно заметил водитель.

— Он хочет поговорить с вами, — продолжил Бидуорси, — и он будет с вами говорить!

— Я никоим образом не стану ему в этом препятствовать. У нас здесь свобода слова. Пусть придет сюда и скажет все, что сочтет нужным, чтобы мы могли поехать дальше.

— Вы, — заявил Бидуорси, — отправитесь к нему. — Он махнул рукой в сторону салона: — И все ваши пассажиры тоже.

— Только не я! — возразил толстяк, высунувший голову из бокового окошка. На нем были очки с такими толстыми линзами, что глаза за ними напоминали яйца-пашот. Кроме того, на голове у него громоздился цилиндр с белыми и розовыми полосками, как на леденцах. — Не я! — повторило это создание с твердостью в голосе.

— И не я, — подхватил водитель.

— Ну ладно, — с угрозой заявил Бидуорси. — Сдвинешь эту птичью клетку хоть на дюйм, не важно, вперед или назад, и мы в клочья распотрошим твои толстопузые шины. Вылезай из кабины.

— И не подумаю. Мне и здесь хорошо. Попробуйте меня вытащить.

Бидуорси подал знак ближайшим к нему шести солдатам:

— Вы слышали, что он сказал? Вытащите его!

Солдаты распахнули дверь кабины и набросились на водителя. Если они ожидали, что их жертва окажет им тщетное сопротивление, то их постигло разочарование. Водитель и не думал сопротивляться. Они схватили его и потащили, а он сдался и сполз набок, так что им удалось наполовину выволочь его тело из кабины.

Но дальше дело застопорилось.

— Ну давайте же, — с нетерпением подгонял их Бидуорси. — Покажите ему, что почем! Не привязан же он к своему месту.

Один из солдат перебрался через тело, заглянул в кабину и сказал:

— А знаете, так и есть.

— Что это значит?

— Он прикован к рулевой колонке.

— Что? Дайте посмотреть! — Бидуорси заглянул в кабину и убедился, что именно так и обстояло дело. Цепь была маленькой, но тяжелой и с мудреным навесным замком, который надежно приковывал ногу водителя к машине. — Где ключ?

— Обыщите меня, — с улыбкой предложил водитель.

Они так и поступили. Однако обыск не принес результатов. Ключа не было.

— У кого он?

— Невуд!

— Затолкайте его обратно в кабину, — дико сверкая глазами, приказал Бидуорси. — Мы заберем пассажиров. Нам подойдет любой из этих недоумков. — Он подошел к дверям в салон и распахнул их. — Вылезайте, и поживее!

Никто не двинулся с места. Пассажиры молча изучали его, выражения их лиц были разными, но ни одно из них не могло удовлетворить эго сержанта-майора. Толстяк в полосатом цилиндре взирал на него с сарказмом. Бидуорси поймал себя на мысли, что ему не нравится этот толстяк и что строгий курс боевой подготовки мог бы привести его в более-менее надлежащую форму.

— Вы можете выйти сами, — предложил он всем пассажирам в целом и толстяку в частности, — или же вас вытащат за шкирку. Выбирайте, как вам больше нравится.

— Если вы не способны использовать по назначению голову, задействуйте хотя бы ваши глаза, — заметил толстяк. Он поерзал на своем месте под аккомпанемент металлического звона.

Бидуорси прислушался к совету и зашел в салон. Оказавшись внутри, он внимательно изучил каждого пассажира. Когда он вернулся к сержанту Глиду, его и без того пунцовое лицо стало на два тона темнее.

— Они прикованы. Все до единого. — Он бросил злобный взгляд на водителя: — Кто придумал эту гениальную идею — приковывать людей?

— Невуд! — беспечно ответил водитель.

— У кого ключи?

— Невуд!

Глубоко вздохнув, Бидуорси обратился в пустоту:

— Время от времени до меня доходили истории о ребятах, которые съезжают с катушек и начинают убивать всех вокруг. Я никогда не понимал, почему они так поступают… но теперь мне стало ясно. — Он вцепился зубами в костяшки своих пальцев, а затем обратился к Глиду: — Мы не сможем подогнать этот транспорт к кораблю из-за того олуха, который сидит на водительском месте. Нужно найти ключи или какие-то инструменты, чтобы освободить их.

— А еще вы можете отпустить нас на все четыре стороны и немного успокоиться, — предложил водитель.

— Заткнись! Если мне суждено застрять здесь еще на миллион лет, я позабочусь о том, чтобы…

— Сюда идет полковник, — пробормотал Глид, легонько толкнув его локтем.

Полковник Шелтон прибыл на место и медленно с важным видом обошел вокруг автобуса, изучая его устройство и сидевших в нем пассажиров. Он отшатнулся,