Алексей Ефимов - Путешествие вверх

— Ты же знаешь, что это неправда. Наш путь уходит в бездну, и у него не будет конца, — Анмай улыбнулся, чтобы ободрить её, но всё же, он сам боялся. Очень боялся. Больше всего он боялся потерять её, — единственную близкую. По сравнению с этим даже смерть казалась совсем не страшной.

Анмай встряхнул головой. Он не слышал, что говорила «Укавэйра», и лишь оказавшись в тишине понял, что всё произойдет сейчас. Сначала его поглотила серая, бесплотная пустота, в которой не было мыслей, не было ничего, даже времени. Потом упала тьма.

Конец первой части.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ЙЭННИМУРСКАЯ БЕЗДНА

Статья из «Краткой расовой энциклопедии Сети», 13789 год Файау.

Были созданы искусственно, как наследники сверхрасы Файау в этой Вселенной. Являются генно-инженерной реконструкцией самого красивого из всех народов Эрайа, — золотых айа. Делятся на две формы: Первая (детская) и Вторая (симайа) — металлоплазменные (барионно-конденсатные) существа, способные принимать любую форму. Естественный вид, — дымчато-золотые светящиеся шары диаметром 0,5–0,6 метра, с несколькими большими глазами. Первая форма похожа на синеглазых людей с золотистой кожей и черными волосами, однако значительно ловчее, гибче и выносливее их.

В настоящее время численность айа достигла 20 триллионов (в т. ч. Первая форма — 1 триллион). Все они объединены в Йэннимурский Союз Многообразий. Общественный строй, — высокоразвитый научно-коммунистический, традиционная власть заменена великолепно налаженной и исключительно сложной системой связи. Каждый симайа в той или иной степени управляет другими в той области, в какой лучше разбирается, и, в то же время, подчиняется в тех, где его способности меньше. Культура золотых айа основана на очень тщательном и долгом воспитании детей и молодежи. Её основные принципы, — терпение, любопытство, увлеченность, и уважение ко всем, без исключения, соплеменникам.

Конечная цель золотых айа, — пересоздание несовершенной Вселенной на принципах их культуры путем глубокого изменения физической реальности (см. «Йалис»). Основной принцип их общественной стабильности, — непересечение интересов, т. е. каждый симайа должен выбрать себе дело, не задевающее интересов остальных («место для каждого интереса, и каждый, — нить в общем узоре»). Это относительно легко осуществимо, т. к. многообразие йэннимурской культуры исключительно велико.

За нормальным развитием йэннимурского общества следят Пастухи, — нечто среднее между контрразведчиками, воспитателями и духовными наставниками. Наказания в обществе золотых айа отсутствуют. Дефекты поведения, если они появляются, устраняют прямой перестройкой сознания, и только в том случае, если они представляют для кого-либо реальную опасность.

Золотые айа не являются родственниками файа, несмотря на внешнее сходство, и царящую в их обществе атмосферу свободного со-творчества нам почти невозможно представить. Тем не менее, отторжение культур, не разделяющих их принципы, может быть очень резким, и доходить до их уничтожения (не физического, а структурного, путем внедрения информации, направленной на возможно более полное приближение их к йэннимурской культуре). При этом, наиболее эффективные её части (фрактальная метаматематика, Аюттхайа, — методика структурирования сознания, позволяющая, помимо прочего, строить сложнейшие модели и образы и предвидеть развитие биологических и социальных систем в простом полете воображения) нередко «пропускаются».

Эсхатология золотых айа («спасение всех жертв», как они называют свою конечную цель) не означает, что они не способны на жестокость, — как рассчетливо-сознательную (для предотвращения ещё большего зла), так и бессознательную, т. к. то, что хорошо золотым айа, не всегда подходит для иных рас (ср. историю об уютном сухом домике для жабы). Отношение симайа к младщим расам отчасти похоже на отношение к домашнему зверьку, которого без конца тискают и насильно пичкают лакомствами (духовными благами), ничуть не интересуясь его мнением. Тем не менее, отношение таких рас к Йэннимуру постепенно неизбежно меняется, т. к. цель золотых айа, — устранение смерти во всех её видах и формах, — не заслуживает ничего, кроме глубочайшего уважения.

Золотые айа изначально склонны к ненасытному любопытству и творчеству, а не к войне. Тем не менее, они очень упорные и рассчетливые бойцы, и способны убивать, иногда в чудовищных масштабах (и совершенно без последствий для своей мечтательной психологии), в ответ на гибель соплеменников и мучительство (особенно существ слабых и беззащитных, но разумных).

Опорными базами Йэннимура являются астроинженерные сооружения — не-планеты (их всего 86, крупнейшая — Р`Лайх, достигает 3 млрд. миль в поперечнике). В большинстве, они созданы древними сверхрасами, и оснащены установками Сверх-Эвергет колоссальных размеров и мощности (в Р`Лайх — в 300 млн. раз больше стандартной солнечной светимости) для изменения физики в нужном для симайа направлении. Крупнейшая не-планета, созданная самими симайа — Ана-Йэ (8 млн. миль в поперечнике, масса — 0,32 стандартной солнечной).

Большая часть золотых айа (16 трлн., в т. ч. почти вся Первая форма) живет в не-планетах, меньшая (4 трлн.) — на межзвездных кораблях-колониях. Колонизация планет в Йэннимуре запрещена, т. к. экологические последствия этого разрушительны, а оборона их почти невозможна. Тем не менее, есть небольшое количество нелегальных колоний, созданных движением Аниу (Потерянных) при поддержке небольшой части симайа. Аниу отвергают вмешательство в жизнь других рас, даже с самыми благими намерениями, как и переход во Вторую форму. Они считают, что золотые айа должны быть во всем равны с другими расами, — в жизни и в смерти. 0,98 населения Йэннимура отвергает эту идею, и по обнаружении колонии Аниу немедленно эвакуируют. Главный аргумент их противников (не всегда справедливый), — в отрыве от культуры Союза нельзя дать нормальное воспитание, а это неизбежно ведет к деградации.

Так как Мроо не обращают внимания на планеты, лишенные техносферы (в т. ч. радио и телестанций) Аниу часто сознательно отказываются от техники. Численность их с трудом поддается учету, но редко на одной планете их живет больше нескольких миллионов. Часто они создают очень интересные и своеобразные культуры, однако иногда те истребляются обитающими в пространстве Йэннимура ару, — они считают золотых айа воплощением зла. Благодаря усилиям Пастухов, движение Аниу постепенно сходит на нет.

Глава 8. В пустоте среди обломков

Мне часто снится это место, — центр Вселенной, центр многообразия. Я ни разу не был там наяву, но оно существует: есть пределы тому, что я в силах придумать. Каждый раз во сне я приближаюсь к нему, минуя слой за слоем, пробираюсь по бесконечным лабиринтам, иногда очень долго. Но я ни разу не дошел до конца. Мне кажется, что там, в центре, лежит ответ на все мои вопросы.

Казалось, что темнота приняла Вэру лишь на несколько секунд. Он очнулся в той же комнате, но, почему-то, лежащим, попробовал подняться, — и не смог. Его тело словно окаменело и распалось на множество шевелящихся частиц, — точнее он не смог определить это ощущение. Перед широко раскрытыми глазами плавал смутный свет, но такой тусклый, что комната тонула в полумраке.

Хьютай, почему-то, исчезла, и над ним, распластанным, склонялось странное существо. Непонятно как, он ухитрялся видеть его целиком. Неестественно длинное, широкое и плоское тело, плавно изогнутое по всей длине, состояло из шестнадцати сегментов, как чешуя находивших друг на друга. У существа не было ни головы, ни хвоста, — его заменял нижний конец туловища, волочившийся по полу. Чуть ниже середины тела из утолщенного брюшного сегмента выступали ноги, очень похожие на ноги ящера, из другого подобного, ближе к верхней части, — восьмипалые руки, мало похожие на файские.

Все создание сверху донизу отливало ярким металлическим блеском. Там, где на него не падал отражавшийся свет, оно было темным, — казалось, все оно составлено из выточенных и отполированных частей. Даже гладкая кожа на руках, слишком массивных для файа, блестела, словно хромированная. Это существо было выше, шире, и гораздо массивнее Вэру, но при том, двигалось совершенно бесшумно.

Верхняя часть гибкого тела склонилась над ним, — никакого лица, сегменты просто плавно скруглялись, и из-под венчавшего их веера рогообразных выступов, из стыков между твердыми пластинами брони, на него смотрела пара громадных синих глаз, расставленных на половину локтя, — они рассматривали его с разных сторон. Между ними, чуть ниже, помещался крохотный рот.