Ниточка к сердцу - Эрик Фрэнк Рассел

заметили, зато было немало средних и маленьких поселков, а также множество деревень.

Его Превосходительство с одобрением посмотрел на почву у него под ногами, с кряхтением нагнулся, чтобы сорвать травинку. При его комплекции подобные упражнения были сравнимы с настоящим спортивным рекордом, даже живот свело от спазма.

— Земная трава. Вы заметили, капитан? Это совпадение или они привезли с собой семена?

— Думаю, что совпадение, — ответил капитан Грейдер. — Я уже встречал четыре планеты с точно такой же травой. Не вижу причин, по которым трава не может оказаться и на этой.

— Да, вероятно. — Его Превосходительство посмотрел вдаль с видом рачительного хозяина, горделиво обозревающего свои владения. — Похоже, там кто-то возделывает землю. Он использует маленький двигатель между двумя толстыми колесами. Неужели они настолько отстали от завоеваний цивилизации? Хм… — Он потер ладонью оба своих подбородка. — Приведите его сюда. Мы с ним пообщаемся и выясним, с чего нам следует начать.

— Есть! — Капитан Грейдер повернулся к полковнику Шелтону, под командованием которого были военные: — Его Превосходительство желает побеседовать с тем фермером. — Он указал на фигуру вдали.

— Тот фермер, — сказал Шелтон майору Хейму. — Его Превосходительство хочет немедленно видеть его.

— Привести сюда фермера, — скомандовал Хейм лейтенанту Дикону. — Живо!

— Ступайте и приведите фермера, — велел Дикон сержанту-майору Бидуорси. — И побыстрее… Его Превосходительство не должен ждать!

Сержант-майор — крупный мужчина с багровым лицом — начал было озираться по сторонам в поисках кого-нибудь, кто оказался бы ниже его по чину, но потом вспомнил, что всем им было поручено убирать корабль и воздержаться от курения. Так что, судя по всему, выполнять приказ предстояло именно ему.

Грузной тяжелой поступью он прошел через четыре поля, а когда подобрался к цели на расстояние окрика, замер на месте, продемонстрировав военную выправку, по-казарменному громко проорал: «Приветствую!» — и стал яростно размахивать руками.

Фермер оторвался от работы, вытер пот со лба и огляделся. Он вел себя так, словно в этих местах довольно часто появлялись миражи в виде огромных военных кораблей. Бидуорси снова замахал руками, стараясь властными жестами привлечь его внимание. Фермер помахал ему в ответ и продолжил вспахивать землю.

Сержант-майор Бидуорси пустил в ход крепкое выражение, которое в более спокойном душевном состоянии заменил бы словами «Вот те раз!» и уверенно приблизился к фермеру еще на пятьдесят шагов. Теперь он разглядел, что у фермера были густые лохматые брови и загорелое лицо.

— Приветствую!

Фермер снова прекратил вспахивать землю, облокотился на рукоятку плуга и стал ковырять в зубах.

До Бидуорси вдруг дошло, что, возможно, за прошедшие три столетия земной язык заменил какой-нибудь местный диалект, поэтому он спросил:

— Ты меня понимаешь?

— Может ли один человек понять другого? — вопросом на вопрос ответил фермер. Произношение у него было идеальным, как у урожденного землянина. После этого фермер возобновил работу.

На мгновение Бидуорси пришел в замешательство, а затем быстро сообщил:

— Его Превосходительство, посол Земли, желает немедленно побеседовать с тобой.

— Правда? — Фермер посмотрел на него с задумчивым видом. — И что же в нем такого превосходительного?

— Он — невероятно важная особа, — ответил Бидуорси, не понимая, пытается ли фермер подшутить над ним или же таким образом проявляет свой характер. Среди таких вот любителей копаться в земле на изолированных планетах было полно умников, считавших себя центром вселенной.

— Невероятно важная особа, — повторил фермер и, прищурившись, посмотрел в сторону горизонта, вероятно, пытаясь осознать это инопланетное понятие. Через какое-то время он спросил: — Что случится с вашим миром после того, как этот человек умрет?

— Ничего, — признался Бидуорси.

— Планета будет вращаться, как и раньше?

— Разумеется.

— В таком случае, — равнодушным тоном заявил фермер, — в нем нет ничего важного. — После этих слов маленький мотор его плуга снова запыхтел, колеса закрутились, а работа продолжилась.

Ногти Бидуорси впились в ладони, он еще с полминуты набирал в легкие кислород, прежде чем смог хрипло проговорить:

— Я не могу вернуться к Его Превосходительству, не передав ему от тебя хоть какое-нибудь сообщение.

— Правда? — с недоверием в голосе удивился фермер. — И это вас останавливает? — Потом, заметив, что лицо Бидуорси побагровело еще сильнее, он сжалился над ним и добавил: — Ладно, можете передать ему то, что я сейчас скажу. — Потом сделал паузу, задумался и проговорил: — Прощайте, и да хранит вас Господь!

Сержант-майор Бидуорси был сильным мужчиной, весившим двести двадцать фунтов, он уже двадцать лет мотался по космосу и ничего не боялся. Его сердце ни разу не дрогнуло в минуты опасности, однако теперь, возвращаясь к кораблю, он не в силах был унять бившую его дрожь.

Его Превосходительство вперил в Бидуорси свой холодный взгляд и требовательным тоном спросил:

— Ну?

— Он не придет. — На лбу у Бидуорси проступили вены. — Сэр, определить бы его в мой отряд на несколько месяцев, я научил бы его уму-разуму, он бы у меня как миленький прибежал!

— Не сомневаюсь в этом, сержант-майор, — спокойным голосом ответил Его Превосходительство, а затем шепотом обратился к полковнику Шелтону: — Он хороший парень, но не дипломат. Слишком резок и несдержан на язык. Ступайте-ка лучше вы и приведите того фермера. Не можем же мы здесь вечно торчать и ждать, пока выясним, с чего нам начинать.

— Так точно, Ваше Превосходительство.

Полковник Шелтон пробрался через поля и поравнялся с плугом. Приветливо улыбаясь, он сказал:

— Доброе утро, мой дорогой человек!

Фермер со вздохом остановил плуг, похоже, смирившись с тем, что день у него не задался. Когда он поднял глаза, они оказались темно-карими, почти черными.

— С чего вы взяли, что я ваш человек? — поинтересовался он.

— Это такая фигура речи, — объяснил Шелтон. Теперь он понял, в чем было дело. Бидуорси повздорил с этим строптивым типом, и они сцепились, как два пса. Шелтон продолжил: — Я лишь пытаюсь быть вежливым.

— Что ж, — задумчиво проговорил фермер, — думаю, это достойная попытка.

Щеки Шелтона слегка порозовели, но он заявил с непреклонным видом:

— Мне поручено просить вас оказать нам честь и почтить своим присутствием наш корабль.

— Думаете, мое присутствие окажет им честь? — спросил фермер с обескураживающей невозмутимостью.

— Я в этом уверен, — ответил Шелтон.

— Вы — лжец, — возразил фермер.

Румянец на щеках Шелтона стал гуще.

— Я никому не позволяю называть меня лжецом! — резко бросил он.

— Но вы же только что позволили, — заметил фермер.

Пропустив эту реплику мимо ушей, Шелтон продолжил настаивать:

— Так вы пойдете к нам на корабль?

— Нет, не пойду.

— Почему же?

— Невуд! — ответил фермер.

— Что это значит?

— Невуд! — повторил он.

В звучании этого слова слышалось нечто оскорбительное.

Полковник Шелтон вернулся обратно ни с чем.

— Этот парень