Мёртвое Эхо - Валентин Леженда

сила толкала желтый исполинский поток куда-то вперёд, возможно, к тому самому загадочному Обрыву.

— Быстрее, — Люгер ускорил шаг. — Карта может поменяться в любую секунду.

Шелест вокруг усилился. В лицо подул тёплый ветер, принося с собой уже привычный запах сладковатой гари, будто где-то жгли собранные в кучи осенние листья.

— Вот он фуникулёр, — радостно закричал Килмистер, глядя своим единственным глазом куда-то вдаль.

Дит с трудом смог разглядеть затерянную среди буйной желтизны бетонную площадку и симпатичный, выкрашенный песочной краской домик, от которого вниз, под сильным углом, вдоль увитого плющом горного склона, уходили блестящие узкие рельсы.

Вблизи домик оказался не таким уж и симпатичным. Широкие стёкла выбиты. Каменное крыльцо раскрошилось. Внутри виднелся подпорченный ржавчиной древний пульт.

— Сейчас-сейчас, — свернув карту, Люгер взбежал по выщербленному крыльцу. — Подожди лучше снаружи, пока я его включу.

— А если он не работает? — засомневался Дит.

— Работает-работает, я уверен в этом, — Килмистер уже колдовал над старым пультом, нажимая какие-то разноцветные кнопки. — Сейчас подадим питание. Вот так. Лампы горят зеленым. Это хороший знак. Сейчас-сейчас, пусть слегка нагреется… ну вот пошёл, родимый…

Желтые листья нескончаемым потоком с каким-то тихим змеиным шипением низвергались в бездонную пропасть, открывающуюся чуть правее рельс с бетонной площадкой. Зрелище было завораживающим и необычайно красивым.

— Рано расслабляться, — в разбитом окне появился ухмыляющийся Люгер. — Готовься, запускаю!

Бетонная плита под ногами несколько раз ощутимо содрогнулась. Заработал мощный двигатель, приводя в движение перекинутый через шкив и уложенный между опорными рельсами канат, на концах которого были жёстко закреплены два вагона. Стальные тросы со стоном натянулись. Завращались зубчатые колёса. Вдалеке показался светло-голубой дребезжащий состав.

— Идёт как миленький, — Килмистер выскочил наружу. — Честно говоря не думал, что мы сюда доберёмся. И надо же, всё-таки дошли. Спасибо карте. Повезло, что она попала к нам в руки.

Вагоны со скрипом приближались, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Я не понимаю тех людей, которые считают, что если что-то игнорировать, то оно исчезнет само собой, — сказал Люгер, щурясь на ласковом осеннем солнце. — Ничего подобного… если делать вид, что этого не существует, то оно только наберёт свою силу.

Вагоны приближалась к верхней станции.

— Сейчас остановятся, — предупредил Килмистер, закуривая сигару.

С тихим лязгом вагоны затормозили, замерев на бетонной платформе. Разошлись в стороны прямоугольные двери. Внутри было пусто, если не считать идущие вдоль окон мягкие сидения и высохшие увядшие листья, нанесённые ветром. Облупленные стены были исписаны странными надписями. В основном то были даты и имена. Почерк казался разным. Царапали чем-то острым.

— Вот ты только полюбуйся на них, — расхохотался Люгер, по хозяйски заходя в остановившийся фуникулёр. — Обязательно надо свой след в истории оставить. Руки, так сказать, сильно чесались. Пещерные рисунки неандертальцев.

Дит зашёл следом, с интересом изучая многочисленные надписи. Судя по тому что он читал, воспользовавшиеся фуникулёром люди, рассчитывали найти по другую сторону своих близких. Многие писали о том, что вот, наконец, они добрались до Мандира и все их беды и страхи давно позади. Кто-то просто оставил своё имя, кто-то подбадривал тех, кто будет читать его запись, пройдя по тому же пути. Надежда. Радость. Облегчение. Вера в благополучный исход.

А что если все эти пассажиры обманывались?

— Лучше не смотри вниз, — посоветовал Люгер, видя как Дит заглядывает сквозь окно за борт кабины. — Там нет ничего интересного, но если долго вглядываться, то затянет…

— В смысле затянет?

— Прыгнешь.

Двери автоматически закрылись и вагоны медленно поехали по рельсам вниз.

Вскоре вдалеке обозначился противоположный край Обрыва и нижняя станция фуникулёра. Килмистер вытащил сильно дымящую сигару изо рта и задумчиво посмотрел на Дита.

— Мой вокал всегда требовал курения, — немного виновато сообщил он. — Это часть важной подготовки. Я должен курить, поскольку если не буду этого делать, пострадает мой голос. Я не могу выполнять свою работу, если не буду регулярно выпивать и курить.

Кольца дыма красиво поднимались к низкому потолку вагона.

— Слушай, а у тебя билет-то есть? — неожиданно спросил Люгер и даже вытащил изо рта сигару. — Я ведь должен был раньше у тебя об этом спросить, но как-то вылетело из головы.

— Какой ещё билет? — насторожился Дит.

— Теневой пропуск, — Килмистер неопределённо взмахнул рукой. — Ну разрешение попасть на противоположную сторону. Ведь без него ты туда никак не пройдёшь.

Теперь Дит смог хорошо рассмотреть приближающуюся конечную цель короткой поездки. Кабина шла к очередной бетонной площадке, но буквально на самом подъезде путь к нижней станции оказался перегорожен огромными решётчатыми воротами.

Ворота были закрыты.

— Билет! — хрипло проревел Люгер. — Где твой билет?!!

Дит принялся судорожно шарить по карманам, высыпав в ближайшее кресло несколько портативных аккумуляторов, две упаковки бинта и красную автоматическую аптечку, которой так и не довелось воспользоваться. Затем он достал сложенный вчетверо карандашный рисунок с женским портретом и, развернув его, неожиданно обнаружил внутри засохший кленовый лист.

— А ты прилично меня напугал, дружище, — облегчённо вздохнул Люгер, бережно беря кленовый лист в свои руки. — Отличный гербарий. А я уж подумал, что ты решил пробраться в Дом Бога зайцем. Знаешь, что бывает в этом месте с такими людьми?

— Нет, — покачал головой Дит, пытаясь вспомнить откуда у него этот лист. — Откуда мне это знать…

— Их сбрасывают в Тартар к голодным Гекатонхейрам, — сообщил Люгер и скорчил жуткую гримасу. — Между прочим, вместе с нерадивыми сопровождающими вроде меня…

Кабина тоскливо заскрипела и замерла прямо перед металлическими воротами. Килмистер прошёл в самое начало первого вагона и нажал на кнопку около дверей, открывая их с правой стороны. Затем схватившись за поручень, сильно высунулся из фуникулёра засовывая кленовый лист в тёмно-серый компостер приваренный к правой створке ворот.

— Вот так… — Люгер дернул вниз металлический язычок, со звонким щелчком пробивая билет. — Восемь дырок. То, что надо!

Решетчатые ворота стали медленно раздвигаться, дребезжа и завывая на всю округу.

— Держи, горе путешественник, — Люгер отдал пробитый «билет» Диту. — Сохрани на память и лучше не теряй.

Снова оживший после прохождения ворот фуникулёр медленно подъехал к конечной нижней станции. Вагоны вздрогнули. Двери разошлись.

— Дальше ты сам, — Килмистер ловким щелчком пальцев запустил тлеющий пенёк выкуренной сигары на бетонный перрон.

— Так ты со мной дальше не пойдешь? — удивился Дит.

— А что мне там делать? — в свою очередь удивился Люгер. — Мандир хорош как недостижимая цель. Тем более меня давно уже ждут в несколько противоположном месте. Там довольно жарко и даже зафрахтован персональный котёл с кипятком для меня. Надеюсь в комплекте с распутными девицами и одной грудастой мулаткой. Я не вёл праведную жизнь… увы… но повторись всё снова, я бы мало что