Последний контакт 3 (СИ) - Евгений Юрьевич Ильичев

отвечают нынче за безопасность силовиков во власти, и даже не пытались мутить воду в столь неспокойное для страны время. А Виктор так и продолжил свою работу на новом поприще, где наконец смог реализовать свой боевой потенциал. И курировал наш новый начальник охраны Касаткина не только вопросы его личной безопасности, но и другие дела зампреда. Дела, так сказать, щекотливые, а порой и весьма деликатные.

Сегодня, к примеру, Виктор тряхнул стариной, решая как раз одно из таких «деликатных» дел старика Касаткина. Чем уж этот синяк индийского происхождения не угодил шефу, Виктор не знал. Ясным было только одно: убрать объект нужно было тихо и по возможности просто, чтобы никаким криминалом и не пахло вокруг этой смерти. Учитывая, что Касаткин перед смертью Синака решил в его глаза поглядеть, дело было личным. Правда, как и когда бывший директор какой-то там гражданской космической программы мог перейти дорогу военному до мозга костей Касаткину, для Виктора так и осталось загадкой. Да, собственно, и не его это ума дело. Приказали убрать — значит, уберем. Приказали тихо — приложим все усилия для этого. Работу нужно делать молча, а вопросы пусть умники всяких НИИ задают.

По личному опыту Виктор знал, что Синаку оставалось промучиться на морозе не больше часа. Хорошо было то, что этот забулдыга не больно-то и сопротивлялся. Проникнуть к нему в дом не составило большого труда, куда сложнее было незаметно пробраться на территорию дачного поселка. Пришлось топать пешком через парк в городке неподалеку, переходить по старенькому мосту через реку в СНТ и уже оттуда перебираться через высокий забор на охраняемую территорию искомого дачного поселка. Благо охраняли эту самую территорию спустя рукава, да к тому же не самые смышленые ребята из числа «бывших» и «бывалых». Да и технический уровень местной охраны был, мягко говоря, слабоват. В общем, антиграв, пара глушилок — и Виктор на территории. Гораздо труднее было до нужного домика добраться, минуя дорожки общего пользования. Пришлось в грязи чуть ли не по уши извозиться, преодолевая вброд все ту же местную речку-вонючку, что протекала в глубоком овраге. В какой-то момент Соболев даже пожалел, что решился самостоятельно выполнить заказ шефа — знал бы, что мороки с этим дачным поселком столько будет, делегировал бы задание другим. Но, как говорится, взялся за гуж — не говори, что не дюж.

В целом, можно было под это дело и липовый пропуск добыть, да и проникнуть на территорию вполне себе легально через одно из КПП, но шеф ясно дал понять, что выглядеть все должно, как несчастный случай. А так пришлось бы потом с записями камер возиться, рожу свою стирать и на всякие глупые вопросы недалеких охранников отвечать. Поселок был камерным, все вокруг друг друга знают. Охрана больше натаскана на чужие автомобили реагировать. А флайерам туда путь вообще заказан — бесполётная зона, чтоб ее… По всему выходило, что Синака должен устранить призрак. А кому, как не бывшему космодесантнику, в такие шпионские игры играть?

В дом проникнуть было уже просто — даже взламывать ничего не пришлось, так как Синак попросту забыл включить сигнализацию. Дело оставалось за малым — вырубить глушилками внешние камеры наблюдения за периметром и проникнуть в дом через окно второго этажа, которое этот ученый тюфяк услужливо оставил открытым для проветривания.

В доме царил тяжкий дух перегара, аммиака и блевотины — видимо, клиент не просыхал несколько дней кряду. А вернее того, что и вообще никогда не просыхал. Находиться в таком помещении было делом крайне неприятным. В чем бы этот Синак ни был виновен, одного того, как он жил, было уже достаточно, чтобы подарить ему вечное избавление.

После проникновения в дом финальный аккорд был разыгран, как по нотам. Отключение системы «безопасный дом», выбор нужного момента и легкий толчок в спину. Головой при падении бедолага приложился знатно, и не единожды, кровищи натекло изрядно. Виктор даже, грешным делом, решил, что и этого хватит, однако помирать Синак не спешил. Лежал да все про какую-то «энтропию» мычал, материл на чем свет стоит каких-то ваэрров (о таком народе Виктор даже не слышал, может, африканцы какие?) — бредил, в общем, объект.

Сделав свое дело, «естественной» кончины объекта Виктор решил дожидаться в удобном кресле на первом этаже. С него и вход в дом хорошо просматривался, и сам будущий покойник. Единственная закавыка состояла в том, что хоть Синак и разбил себе голову знатно, но все же недостаточно, для того чтобы помереть. Воистину, пьяных сам бог бережет! Хоть с лестницы, хоть из окна их роняй — все одно проспятся, утрутся и дальше пойдут за горючим для полыхающих труб.

На всякий случай Виктор связался с шефом — тот желал увидеть смерть своего недруга лично. Получив недвусмысленный приказ инсценировать смерть от переохлаждения, Виктор тем и занялся. И вот он уже второй час наблюдал за тем, как живой человек испускает дух.

Сам Виктор не мерз, поскольку был облачен в специальный термокостюм — штатная вещица, разработанная специально для таких вот целей, часто в работе помогала. Пока ждал рефлекторной остановки сердца, привел все в порядок, подчистил все следы своего пребывания на территории дачного поселка, вновь активировал в доме Синака систему «безопасный дом» и вернулся проверить у жертвы пульс.

— Готов, — коротко отрапортовал он по выделенной связи и даже продемонстрировал Касаткину показатели новопреставленного, выведенные на экран наладонника, — изолинию пульса и температуру тела, стремящуюся к температуре окружающей среды.

— Раз готов, убирайся оттуда! — несколько раздраженно ответил Касаткин и оборвал связь. Видимо, не всегда желаемое приносит удовлетворение. Смерть Синака, хоть и была необходима бывшему адмиралу, но радости явно ему не доставила. И все-таки интересно, чего это не поделили между собою люди, ранее никогда друг с другом не пересекавшиеся.

«Эх, нужно было удовлетворить просьбу Синака или хотя бы сделать вид, а под шумок допросить да разузнать, в чем именно он провинился перед Касаткиным. Хорошая мысля приходит опосля…»

Но не успел Виктор додумать свою мысль, как все вокруг пришло в движение. Откуда ни возьмись, вспыхнуло яркое освещение — это сразу с нескольких сторон дом Синака взяли под прицел прожектора. В воздухе взвыли двигатели флайеров, по скудно освещенным улочкам поселка к дому уже мчались машины с проблесковыми маячками, подвывая сиренами.

Изумленный Виктор, однако,