Боец с планеты Земля (СИ) - Тимофеев Владимир

У костра я просидел достаточно долго, размышляя о перипетиях прошедшего дня и раскладывая по полочкам все произошедшие с нами события, начиная от встречи с Гасом в «Трёх грациях» и заканчивая превращением Нуния в Нуну. А кроме того я ждал. Ждал, ждал и дождался.

Когда звёзды на небосводе проплыли одну тридцатую своего суточного пути, позади от шатра послышался шелест откидываемого полога, потом шорох шагов, а затем рядом со мной на кошму присела Паорэ. «По-японски», положив руки на колени и наклонив голову. Как в нашу первую встречу в кудусе, когда её привели ко мне в качестве поощрения за выигранный бой.

— Сидишь? — поинтересовалась она после непродолжительной паузы.

— Сижу, — пожал я плечами и бросил в костёр новую веточку.

Несколько секунд мы просто смотрели, как она мало-помалу сгорает и вскинувшееся было пламя опадает в пышущие жаром угли…

— Не спится, — тихо пожаловалась Паорэ.

— Не спится? С чего бы?

Дама вздохнула.

— В «Приюте» мы спали днём, а ночью работали.

— Здесь не «Приют». Здесь надо наоборот.

— Я знаю. Но это не всё.

Я повернул головой и глянул на собеседницу.

— Не всё?

Похоже, она была смущена. Ну, или прикидывалась смущённой.

— Ну, в общем… чтобы заснуть, мне нужен мужчина. Вот.

Она выглядела настолько сконфуженной и растерянной, что я не выдержал и засмеялся.

— Не беспокойся. Мужчиной я тебя обеспечу. Но сперва ты должна рассказать.

— Рассказать? Что рассказать?

— Всё.

— Всё-всё? — уточнила Паорэ.

— Всё-всё, и желательно с самого начала.

Дама опять вздохнула, только на этот раз не с досадой, а с облегчением, как будто бы именно этого от меня и ждала, а я всё тупил и тупил.

— Ладно. Я расскажу. Расскажу всё, что знаю. А дальше ты решай сам.

И она начала рассказывать.

Её рассказ длился долго, около часа.

Иногда я задавал уточняющие вопросы, и она отвечала.

А когда рассказ завершился, я посмотрел на небо, потом на шатёр…

— Сколько там до середины ночи?

— Час пятьдесят два, — без запинки ответила женщина.

— Ошиблась. Час пятьдесят три.

— Просто я округлила в меньшую сторону, — улыбнулась Паорэ.

— Согласен, — я неспешно поднялся и протянул ей руку. — Ну что, пошли что ли?

— Куда?

— Туда, конечно, куда же ещё? — указал я на темнеющие у края поляны кусты. — Люди барьера должны помогать друг другу. И потом, ты же не хочешь, чтобы наши друзья проснулись?

— Нет, не хочу, — рассмеялась Паорэ, откинула со лба упавшую прядку и поднялась вслед за мной…

Ровно час мы занимались любовью. Жадно, неистово, словно в последний раз. Хотя оба знали теперь абсолютно точно — до последнего раза нам ещё далеко. И когда он наступит, никому пока не известно. А потом я отослал её обратно в шатёр, наказав как следует выспаться, потому что назавтра нам предстояла дорога, а потом новый привал и новая ночь, и тратить её только на разговоры будет с нашей стороны самой большой глупостью во Вселенной…

Когда получившая своё женщина скрылась в шатре, я бросил в костёр несколько новых веточек, поворошил угли, улёгся на коврик и долго-долго смотрел на звёздное небо, думая обо всём на свете, но больше всего о том, что узнал сегодня.

Я чувствовал: Паорэ меня не обманывала. Она действительно хотела помочь. Взамен требовалось лишь обеспечивать её каждую ночь мужчиной. Это было нетрудно. В качестве секс-партнёров мы подходили друг другу как нельзя лучше. Да и психологически тоже. Убийца и проститутка. Пара почти идеальная…

Наутро я проснулся позже других. Часы показывали половину восьмого. Мог бы и не смотреть, но — привычка. Типа, когда два источника совпадают, информация считается более надёжной. А чтобы она считалась надёжной на сто процентов, требуется три совпадения. Третье я получил от Паорэ, когда выбрался из шатра наружу.

Все занимались делами.

Гас седлал лошадей.

Нуна заново перекладывала и сортировала вещи из седельных сумок.

Моя ночная партнёрша суетилась возле костра насчёт завтрака.

— Сколько сейчас?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Семь тридцать четыре, — бросила она, не оборачиваясь.

— Почему не разбудили?

— Гас сказал, ты дежурил на полчаса дольше, вот мы и решили…

— В следующий раз решайте вместе со мной. Понятно?

— Так точно, милорд! Больше не повторится! — отсалютовала мне ложкой Паорэ. В её глазах таились смешинки…

После короткого завтрака — опять каша, снова консервы и какое-то овощное пюре — дамы отправились убирать шатёр, а мы с Гасом отошли на полсотни тян в лес для важного разговора.

— Ты за свою бабу уверен? — спросил первым делом приятель.

— Уверен. Только она не моя, а своя собственная. Мы просто трахаемся иногда, если сильно приспичит.

«Третий» негромко хмыкнул, но развивать эту тему не стал. Вместо пустой болтовни он сунул мне арбалет и отступил на десять шагов.

— Стреляй.

— Куда?

— В меня. Хочу кое-что проверить.

Я почесал в затылке. Мысль была интересная, но так радикально её проверять не хотелось.

— Давай-ка я лучше камнем сначала брошу.

— Согласен. Бросай.

Камешков под ногами было полно. Один из них я поднял с земли, примерился и с силой метнул в напарника. Прямо перед «мишенью» камень вдруг словно подпрыгнул и пролетел мимо.

Гас ухмыльнулся

— Теперь давай арбалет.

С арбалетом всё вышло точно так же. Болт вильнул в сторону и вонзился в ближайшее дерево.

— А ну-ка, давай и меня попробуем, — вернул я Гасу оружие…

Попробовали. Я тоже оказался «неуязвим» для выстрелов.

— Хорошая вещь — закрепление, — подытожил приятель.

— Эт-точно, — кивнул я, довольный собой и удачно проведённым экспериментом.

Ларчик открывался достаточно просто. Никаких специальных приборов, создающих искажающие поля, местные не имели. После уколов закрепления они сами становились генераторами этих полей. А теперь ими стали и мы.

— Как догадался? — взглянул я на «третьего».

— Твоя навела, — пожал тот плечами. — Сказала, что тот придурок, которого ты прикончил, тоже был закреплённым.

— Барзиний что ли?

— Ага. А ещё, что у барона Асталиса было не меньше десятка закреплённых бойцов. Вот я и сопоставил хрен к носу.

— Так, значит, те четверо, которых мы еле прибили при высадке…

— Видимо, да, — подтвердил приятель. — Плазма их не брала, только если сосредоточенно.

Я почесал лоб, нахмурился.

— А что тебе ещё эта… хм… моя рассказала?

— Ну, сказала ещё, что надо на север ехать, а не на восток.

— И всё?

— Всё. Об остальном, мол, ты говорить запретил.

— Кто запретил? Я запретил?! — я поднял бровь, но тут же опомнился. — Да, я запретил. Нечего бабе влезать в мужские дела. Напутает, переиначит по-своему, только проблемы создаст. Тем более, мне надо сперва самому разобраться. Такие вот, понимаешь ли, пироги. А то, что не на восток, а на север — это логично. В вольных баронствах нас будут искать в первую очередь. А север… — я сделал вид, что задумался. — Чтобы вернуться в Империю, нам нужна связь, хотя бы односторонняя.

— Думаешь, она там найдётся? — усомнился бывший штрафник.

— Мы её сами организуем, — поднял я указательный палец. — Но для этого нам понадобится тихое спокойное место. Хотя бы на пару месяцев. И это место, я знаю, на севере точно есть…

** *

С лошадью за прошедшие четверо суток я стал управляться существенно лучше. И даже приноровился сидеть в седле так, чтобы не натирать ноги и задницу. Паорэ, по крайней мере, меня похвалила. А вот Гасу и Нуне это, похоже, было по барабану. Они, вообще, вели себя как то странно. Словно бы задались целью поменьше замечать то, что вокруг, а друг друга в особенности. Гас ни разу не отдал Нуне ни одного указания напрямую и ничего ни разу не спрашивал, всё только через посредников — меня и Паорэ. Нуна тоже отчитывалась о сделанном только нам, а не Гасу, и разговаривала опять же лишь с нами, а вовсе не с тем, кого знала ещё по службе у господина Салватоса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})