Невеста. Последнее задание Энди (СИ) - Серебрянская Виктория

Я моргнула. Ну и идиот! Но первый помощник понял все опять по-своему:

– Ну ладно, подумай. Там, наверху, пока все суетятся вокруг кайзы. Меня не хватятся все равно. Я успею и с тобой поболтать, и установку запустить.

Установку?! Тут? Запустить?!! Что, черт возьми, тут творится?

– Любопытно? – Вилсон горько усмехнулся. – Так я и знал. Все бабы, даже военные, любопытны, как кошки. Ладно, расскажу. Ты все равно отсюда не выйдешь. А я выговорюсь, глядишь – полегчает. Или выход какой-то найдется. Ну так вот. Я обычно спиртное не уважаю. Так, чуть-чуть. Стопку-две для поддержания компании. У меня отец был пьющим. И я жутко боялся повторить его судьбу. Да и в опьянении контролировать себя очень сложно. Можно наделать глупостей, а потом жалеть всю жизнь. Что, впрочем, со мной и случилось. Джим выставил на стол бутылку венерианского виски. Я его никогда не пробовал. Только слышал, что это невероятная роскошь. И стоит дорого. Мне бы задуматься, откуда у приятеля-неудачника такой дорогой напиток. А я, дурак, полез дегустировать. Ну, знаешь, все в этой жизни надо попробовать. – Я мысленно поморщилась. Ну вот как Вилсон с его дуростью стал первым помощником? – И не рассчитал. Венерианское виски оказалось очень крепким. Что дальше происходило, я не помню. Очухался в своей квартире уже утром. А рядом со мной сидит один из приятелей Джима. С перебинтованной головой. И говорит мне: «Ты, если пить не умеешь, не берись! Таких дел наворотил, что даже мне страшно! Но у меня через три часа билет на звездный лайнер. А вот что ты будешь делать?» И тычет мне под нос коммуникатор с записью. А там…

Вилсон гулко сглотнул. В глазах появилась тоска.

– На коммуникаторе запись того, как я расстреливаю из собственного бластера, и зачем я его только в тот день за собой потащил, Джима, еще одного его приятеля и девушку этого приятеля. Оказалось, по словам того, кто сидел рядом, что я начал приставать к девчонке. Ее приятель дал мне в морду. В ответ я выхватил бластер.

Вилсон умолк, очевидно заново переживая прошлое. А я смотрела и думала: «Неужели Вилсон действительно на такое способен? С виду – кишка тонка.» Первый помощник поднял голову и посмотрел на меня. В глазах Вилсона таилась горечь:

– Приятель Джима сказал, что знает людей, которые могут мне помочь. Я буду чист. Но что за это с меня спросят – он даже предположить не мог. И я ухватился за это предложение. Я был в шоке. Мыслить связно не мог. И боялся только одного – сесть в тюрьму. Приятель однокурсника дал мне контакт и ушел. А я позвонил тем людям. Мне согласились помочь, не задавая вопросов. Только предупредили, что в ответ в любой момент могут попросить об услуге. Тогда я обрадовался. Думал, улечу на Арголу, и обойдутся они без ответной услуги. В открытом космосе нереально найти одного человека. Оказалось – реально. – Вилсон снова горько усмехнулся. – Сначала мне было велено оцарапать девчонку из невест иглой. Какую – на мое усмотрение. Меня не предупредили, что на игле яд. И я чуть богу душу не отдал, когда она свалилась мне на руки замертво. Пришлось попотеть, чтобы подчистить следы. Потом эта бионическая игрушка…

– А как ты ее пронес на корабль?

– Я ее не проносил. Только получил сообщение, где ее можно найти. И как с ней нужно поступить.

Мне стало еще хуже. Значит, Вилсон не единственный предатель? Впрочем, такой глупый исполнитель, как первый помощник, на заговорщика и не тянет. Не смог бы он сплести такую гениальную сеть. Черт! Черт! Черт! Если не выберусь, то тот, кто этим руководит, выиграет. А мои люди останутся беззащитными. Думай, Энди, думай!

– А Дарси ты за что?

Вилсон замотал головой:

– Я ее не трогал. Наоборот, подал сигнал тревоги, когда вылез и увидел ее на полу.

Я скривилась:

– А почему не остался? Не оказал первую помощь?

– Мне показалось, что она мертва! И я решил, что в моем случае безопаснее сделать вид, что я тщательно обследую брюхо корабля. Пусть бы труп военной нашли другие.

Не только идиот, но еще и трус!

– А Анна Роузмэн?

– Ты о чем? Энди, ты бредишь?

Брежу, так брежу. Главное, что я теперь знаю: Анну обрабатывал не он.

– А что за установка?

– Понятия не имею. Мне только выдали инструкцию, как ее запустить. Хочешь, посмотрим вместе?

Чуть поколебавшись, я кивнула. Надо посмотреть. Заодно, может, получится обезвредить Вилсона.

Первый же мой шаг едва не закончился катастрофой. Без спасительной поддержки стены я с трудом удерживала равновесие. И точно бы пропахала камень носом, если бы Вилсон не поймал меня за руку. К счастью, за правую.

– Ууу, хороша ты, Энди. В таком состоянии ты и не способна выйти наверх. Так что все к лучшему. Останешься сторожить установку.

Первый помощник перехватил меня поудобнее, как мешок, и потащил куда-то в сторону. От неласковой хватки на ребрах и резкой смены положения у меня все поплыло в глазах. Но сейчас с приступом бороться было легче. У меня была цель. Я прислушивалась к рассказу Вилсона и прикидывала, как я смогу от него избавиться. Чтобы там за установка ни была, я сильно сомневаюсь, что аргольцам будет от нее польза.

Как я ни старалась, часть болтовни первого помощника прошла мимо меня. Более-менее в себя я пришла, когда мы оказались в маленькой пещерке. Судя по тому, что, когда Вилсон поставил меня у стены, я увидела через проем большой зал, то эта пещерка оказалась чем-то вроде естественного кармана. Крохотная. В полный рост плечом к плечу тут поместятся не больше троих мужчин. Я очень щуплая. Поэтому сейчас в пещерке относительно просторно. Вилсон рядом со мной опустился на колени рядом с большим, примерно мне по пояс, металлическим ящиком.

Я заинтересованно скосила глаза. Но уже через пару секунд вынуждена была признать, что ничего похожего раньше не видела. Разве что сундуки на исторических голограммах. И то, верхняя поверхность сундука, крышка, обычно была выпуклой, чуть куполообразной. А тут плоская. Только грань, обращенная к нам, срезана будто ножом.

– Мдааа…. – Вилсон, изучавший что-то в своем коммуникаторе и поглядывающий на установку, задумчиво почесал в затылке. А потом обернулся ко мне: – Энди, ты же военная! Как эту хрень заумную включать? Я ни фига не пойму!

Вот идиот! Первый помощник капитана звездолета называется!

Я вздохнула:

– Дай гляну. На вскидку, я такого раньше не видела. Что-то оно как-то великовато. Не находишь?

Вилсон выпрямился и придвинулся ближе:

– На, смотри с моей руки. А что великовато, так разве излучатели могут быть маленькими?

Я едва не вздрогнула. Излучатель?! Только этой дряни тут и не хватает. Что бы он не излучал. Явно же, ничего хорошего. И точно не райские эманации. Я склонилась над протянутой рукой. Текст на дисплее плыл и дергался перед глазами. Зрение отказывалось фокусироваться. Меня опять накрыла тошнота и повело в сторону. К счастью, на Вилсона. Тот выругался, но поймал:

– Энди! Какого?... Ты что, стоять не можешь ровно?

Я осторожно дышала через рот, пережидая приступ, но не огрызнуться не могла:

– У меня сильное сотрясение мозга. А ты мне мелкий текст на дисплее подсунул. Хоть бы режим воспроизведения голограммы включил. От кого ты тут прячешься? От камней?

Вилсон хмыкнул, но послушался. Еще и руку протянул, страхуя меня. Я вгляделась в текст. Стандартная инструкция. Что тут непонятного? Это даже ребенок в школе сможет сделать. Я покосилась на установку. Отказаться ее включать нереально. Тогда Вилсон попросту меня пришибет и будет ее сам ковырять. А вот попробовать что-то не то включить, что приведет к необратимым последствиям можно. Я снова зарылась в текст. Вилсон облегченно прокомментировал:

– Во дают! Эти инопланетники совсем тупые, что ли? Не понимают, что мы можем не разбираться в их технологиях? Если ты, Энди, кадровый военный, не можешь понять, как с ней обращаться, что что тогда говорить про меня?

Я огрызнулась:

– Не мешай. Была бы у меня голова здоровая, я бы быстрее сообразила, что к чему. А так только на тебя отвлекаюсь. А время идет.