Дехраит (СИ) - Алекс Кинсен

class="p1">Он положил свои руки на мои предплечья и выжидательно смотрел на меня сверху вниз.

Господи, до меня только дошло. Он только что сказал, что берет на себя ответственность за меня? Я никогда не думала, что хочу этого, что мне вообще это нужно, но сейчас в груди предательским теплом разливалась благодарность.

Моё вечное напряжение в позвоночнике и в сжатой челюсти как будто бы дало трещину. Терон всегда был бескорыстен и говорил, что я могу тысячу раз не быть у него на службе и жить просто в свое удовольствие, но он всё равно будет заботиться обо мне. Но это было другое, это была забота брата, младшего или старшего — не важно.

— Спасибо, — сухо поблагодарила я, — я подумаю над твоими словами.

Он опустил руки и вдруг сказал:

— Тебе не нужно больше спать в регенераторе. Я больше не буду проникать в твои сны.

Я моргнула, уронила планшет, потом снова моргнула:

— Ты что больше не будешь делать?

Айк смотрел на меня из-под упавших на глаза волос.

— Ты. Проникал. В мои. Сны? Всё это время? Намеренно? — Я действительно не могла поверить в то, что сейчас говорю.

— Я больше не буду. — Он собрался было уходить.

— Стоять!

— Ты что-то путаешь с субординацией, экс-генерал.

— А я сейчас с тобой разговариваю не как генерал, а как женщина, в чьи сны ты проникал. То есть ты, воспользовался свои даром, увидел мои кошмары со своим участием и…

— И заменил их на что-то намного более приятное. Ведь огонь, взрывы, и прочие кошмары закончились, правда?

— А, и ты заменил их на сексуальные сцены со своим участием?

— Они были и до меня.

— Были, но не такие, не в таком количестве и не с такими подробностями! Я думала это ПТСР, и всё должно было проходить со временем, но оно только усиливалось! Ты… Ты…

— Я не всегда делал это намеренно, ясно? Я и сам сплю в это время. Во сне мне снится то, что мы делаем, и это передаётся тебе. Я словно всегда на связи с тобой.

— Не всегда намеренно? То есть иногда намеренно? Да что ты вообще себе позволяешь! Я уже думала, что окончательно сбрендила в этом воплощении, глотаю какие-то таблетки, сплю в регенераторе, а оказалось — это всё происки самодовольного, самовлюблённого полураата, который считает себя неотразимым! И который так и не уложил в свою постель ещё один трофей, до которого не мог раньше дотянуться?

Я вспомнила ещё одну особенность раатов. Если им нужна была какая-то женщина, они могли передавать своё желание мысленно, так что она ощущала его физически. Но я также знала, что они прекрасно могут это контролировать.

— С тобой я не могу это контролировать.

Айко стал приближаться.

— Хватит лезть в мою голову! Я запрещаю! Ты хозяйничаешь у меня в голове, выключаешь меня от сознания, когда тебе вздумается. — Я опять припомнила его выходку на Дахрариге, когда он по-своему распорядился моим временем.

— Я принял решение. Сохранить жизнь важному подданому империи Сайграхара.

— На каком основании?

— Я с’арх, а ты больше не генерал.

Ай. Он хотел меня обидеть, и он это сделал.

Он больше не нашёл слов и резко вышел, забыв телепортироваться и, кажется, злясь на меня больше, чем я на него.

Я пребывала в растерянности не больше минуты, когда он резко вернулся, налетел на меня, схватив своей огромной ладонью мою шею, и резко впился в меня дерзким, пожирающим, наказывающим поцелуем. Наши зубы сталкивались, но он не обращал на это внимания, хищно наклонившись надо мной, удерживая так, чтобы я не могла пошевелиться.

Он застонал, отстранился, бросил короткое «Забудь» и исчез.

Забудь? Он в своём уме? Для меня это было уже слишком.

Я знала десятки тактик ведения космических битв, знала, как загонять противника в ловушки, устраивать западни, разыгрывать гамбиты и другие комбинации, но не могла понять, что делать сейчас. И теперь уже не знала, есть ли во всем этом мои чувства, или это просто морок, насылаемый на меня могущественным психом.

Я свернулась калачиком в большом капитанском кресле и уставилась в свой любимый космос. В нём я всегда находила ответы. А Лиси и Джей свернулись мохнатыми бубликами возле моих ног, но не спали, а тревожно поглядывали на меня и переглядывались между собой.

— Я воин. Воин Духа. — Сказала я Космосу. — Я воин. Воин Бога. Я воин. Воин Света.

Решено. У меня не получается решать дела сердечные, я ведь сама запретила себе. Значит, нужно сосредоточиться только на том, что я действительно умею. На выполнении моей миссии. Согласно путаным и неразборчивым пророчествам моей бабки — последней миссии. Значит, делаю то, что умею. Концентрируюсь только на этом. А отношения — я уже решила однажды, что с меня хватит, и не буду сейчас отклоняться от этого плана. Тем более, что они итак идут через какую-то большую космическую… черную дыру.

Я тряхнула головой и заставила себя просто забыть о том, с чем не могу разобраться сейчас. Как мне и советовал Ийеррэйто. Он, кстати, единственный, занятия с кем ещё продолжала Нэйт.

Появившийся внезапно Нари молча протянул мне горячую схиву.

— Скоро начнется смена Арники?

— Через час где-то.

— Посижу с тобой.

Нари не долго сидел молча, а потом начал вспоминать наши с ним смешные истории, в бытность, когда он еще был моим телохранителем в первый раз. Где-то на третьей я сломалась и начала смеяться вместе с ним в голос. А когда пришла Арника, он бросил мне:

— Пошли.

Сначала я немного напряглась, но он привёл меня в спортивный зал.

— Давай-ка потренируем твою концентрацию.

И действительно, я была рассеяна, и он с лёгкостью побеждал меня снова и снова. Нари был профессионален, хладнокровен и ни разу даже не посмотрел на меня с сексуальным подтекстом, за что я была ему благодарна. Сейчас это было бы очень не кстати.

Через пару часов на татами, я, наконец, выпустила пар, внутренне расслабилась и даже начала концентрироваться на нашем поединке.

— Давай ещё пару дней потренируемся, пока не прибыли. Мне не нравится твоя рассеянность. Тебе нужен ясный ум, когда ты начнёшь свой новый путь. А ты как в тумане.

— Это точно.

Мы с Нари коротко кивнули друг другу, и он ушёл. Какой же он идеальный… друг. И за это я определенно люблю его.

Следующие двое суток я тренировалась, отдыхала и медитировала, в очередной, тысячный раз, находя для себя внутренний баланс, максимально концентрируясь на готовности сделать всё для исправления