На уездной орбитальной станции (СИ) - Полина Лашина

сказал? Мы, мужчины, очень… — продолжал ворковать ей прямо у виска, опаляя теплым дыханием, — …очень любим сладкое.

Мурашки табуном пронеслись по позвоночнику вниз. Вот опять, он же сейчас про еду говорит, да?

— Так Вик же будет против.

— А мы ему не скажем, — опять тихо выдохнули сбоку, — может же у нас быть своя маленькая тайна?

— А камера…?

— Не пишет.

Ната молчала. Так что же ей делать? Еще бы понять толком о чем речь, а то как то трудно сосредоточиться на смысле разговора. И как тут сосредоточишься, если сзади, совсем рядом пышет жаром обнаженный мужской торс.

— Ты нарушаешь мои личные границы. Отодвинься!

Мужчина видимо сзади все же отодвинулся, стало чуть легче дышать.

— Например, завтра перед началом второго сета сделай лайв-ставку на победителя. На меня, конечно, — мускулистая рука сцапала один из брусочков шоколада, упакованных в фольгу.

Азат быстро перетек вперед, усаживаясь напротив застывшей девушки. И медленно надкусил шоколадный брусочек, глядя ей в глаза, облизал темные губы. Все, Ната, быстрее сваливай. И где Вика носит? Что-то его оловянный солдат совсем распоясался…

— И завтра опять ночуй на работе, я после боя не смогу тебя проводить, — донеслось ей в спину, когда она уже сбежала в свою капсулу.

Опять?! Он сказал «опять ночуй на работе»? Откуда он знает, что именно там она и ночевала? А не он ли за ней следил? Вик мог отследить ее местонахождение по чипу по партнерскому соглашению. Если догадался бы, у него же нет Алисы. Но у Азата нет доступа к ее данным.

Тем не менее, немного посомневавшись, на следующий день Ната все же зашла на сайт, принимающий ставки и транслирующий видео боев. Вначале она просто сделала ставку перед началом боя на Азата. Но коэффициенты были не ахти какие, и даже если она выиграет, доход будет небольшой. Поэтому, как он и говорил, перед вторым сетом боя сделала и быструю лайв-ставку опять же на него. Хотя на этот раз сомневалась гораздо больше, ибо первый раунд закончился совсем не в пользу едва живого соседа. Упавшие разом рейтинги бойца теперь изменили ситуацию с коэффициентами, и если каким-то чудом Азат сможет выиграть, то последняя ее ставка принесет хорошую прибыль.

Чудо произошло. Азат победил. Значит, она выиграла. Чип удовлетворенно тренькнул, принимая суммы выигрышей на счет.

Ната недоумевала — неужели модификанты настолько живучи и не убиваемы? Или сосед немного сжульничал? Но как бы там не было она сразу подвесила на имя гладиатора пару больших мясных пицц из ближайшей к их дому нормальной пиццерии, где раскаткой и начинкой теста занимались люди, а не роботы. Сообщение о подвешенном и уже оплаченном заказе придет на чип Азата, а как и когда воспользоваться им, пусть мужчина сам решает. На этот раз Азат с ринга ушел на своих двоих, значит совсем скоро будет огурцом, как раз ему понадобятся калории на регенерацию. Или что там у них, людей улучшенных, происходит.

Глава 26

Как ни странно, но жизнь вроде стала налаживаться. По крайней мере Нате очень хотелось в это верить.

Биосфера наконец-то была сделана. Как же все сложно, многообразно и взаимосвязано оказалось в природе. Даже для их маленького изолированного кусочка живой природы пришлось докупать специальные бактерии, чтобы происходили необходимые процессы в земле. И запускать насекомых, не только как корм подселенным птицам, но также и для других необходимых природных процессов. А чтобы некоторые насекомые не размножались слишком сильно, пришлось подселять туда же и хищных насекомых. И предусмотреть, кто в свою очередь будет ограничивать рост численности уже этих жильцов. Пришлось Нате изучать, выстраивать и просчитывать всевозможные пищевые цепочки, и это с учетом того, что изначально биосфера планировалась без хищников. Но суть природы такова, что постоянно кто-то кого-то ест. Или использует иначе — не только для питания, но и для опыления, переноса своих семян или личинок и прочего размножения.

Сама с такой наукоемкой ситуацией Ната бы не справилась в рекордно короткие сроки. Джо, как специалист по растениям, подсказать что-либо девушке относительно представителей фауны не мог. Но он познакомил ее со своими знакомыми-учеными, которые заинтересовались проектом Наты и приняли живое участие в создании станционного самодостаточного питомника. И да, как оказалось, в станционном парке нет живых цикад, сверчков и вообще насекомых, всего лишь искусная звуковая обманка. Как и абсолютно мертвый грунт с точечной дозированной подкормкой конкретным растениям.

Что для публичного парка, посещаемого любым желающим жителем станции, вероятно было оправдано по биобезопасности. Все же орбитальная станция — искусственный замкнутый сам в себе объект с системами принудительной фильтрации воздуха. И если бы в парке были многочисленные живые биоорганизмы, то слишком велика вероятность, что они могли неконтролируемо распространиться по станции. И не известно к чему бы это привело в итоге. Хватало людям для сложностей и той немногочисленной живности, вроде крыс и прочего, что проживали в технических шахтах и были не изводимым довеском к любой космической станции. Но это было давно известное, свое «родное» зло, с которым смирились и научились удерживать его на строго ограниченной территории. Особо примирились с крысами «на кораблях» после пары случаев, когда в пустующие технические туннели, зачищаемые от земных грызунов, незаметно подселилась неземная форма какой-то заразы. С который люди долго не могли справиться за неимением подобного опыта, понеся большие, в том числе и человеческие жертвы. И раз природа не любит пустующие ниши, то человечество махнуло рукой и почти официально стало заселять нежилые сектора космических объектов своими хорошо знакомыми и привычными крысами. Которые замечательно охраняли вверенные им территории от посягательств иных форм жизни.

Современные психологи пришли к мнению, что наличие обязательного публичного парка лишь с растениями для жителей космических станций недостаточно для душевного спокойствия. Отсутствие контакта с природой, с живыми существами незаметно сразу, очень постепенно, но тем не менее пагубно сказывалось на психике людей. И даже видео трансляции с образами живой природы ситуацию не спасали. Что-то живое должно быть рядом с человеком, должно быть ощутимо. При этом контактные зоопарки запретили давным-давно по этическим нормам, как очень жестокие по отношению к самих животным, а содержать живого настоящего питомца для многих было неподъемно дорого.

Вероятно и поэтому тоже идея с самодостаточным, пусть изолированным, но полноценным кусочком природы рядом с людьми на станции, всего лишь «за стеклом», так приглянулась некоторым специалистам. Корпорации не хотели вкладываться в