Брат для волчонка 3 (СИ) - Бэд Кристиан

Но Амаль верила и смеялась, когда Рэм «случайно» касался плечом её обнажённой груди. Купалась она нагишом, в храме многие так купались.

— Эй ты, младший сержант? — Рэма толкнули в грудь. — Может, скажешь чего-нибудь напоследок?

— А зачем? — он улыбнулся и открыл глаза в пещерную темноту с пятнами света, гарью, криками боли, тупыми фанатиками-повстанцами, воющим от ужаса советником Асмиком. — О чём с вами, уродами, разговаривать?

Рэм не то, чтобы дерзил, просто ему уже было всё равно. Если вежливость не поможет ему спастись — зачем стараться?

Державший его повстанец одобрительно фыркнул, но Тетракису слова Рэма почему-то не понравились.

— Вешайте щенка, чего тянете?! — заорал он сверху. — У нас советник на очереди! Извёлся уже, бедняга, так и скачет! Хочет ногами в воздухе поболтать! Поднимай на счёт три! Раз, два!..

— Стой! Я петлю поправлю! — крикнул один из тех, что держал Рэма. — Чё-то тощий сильно пацан! Вылетит по дороге!

Повстанцы захохотали. Петля зашевелилась на шее, как стальная змея, и один из охранников испуганно отшатнулся.

— Она шевелится! — заорал он второму.

— Угу, — отозвался тот. — Пить надо меньше.

Он ухватился за трос над головой Рэма и дёрнул, пытаясь затянуть непослушную петлю.

— А вы только мальчишек умеете вешать? Взрослого мужика — слабо?!

Рэм вздрогнул: это был голос Дерена. Он распахнул глаза и увидел лейтенанта в десятке шагов от себя.

Дерен был в компрессионке, чёрной, хорошо поглощающей свет, и сумел подойти незамеченным почти вплотную.

Вокруг Рэма стояла целая толпа мужиков, вооружённых гэтами. Они бросились было к лейтенанту, но как-то неуверенно заметались, словно вдруг ослепли и потеряли его из вида.

— А ты ещё кто? — заорал сверху Тетракис, не очень-то понимая, что происходит.

Петля снова ослабла на шее Рэма, вывернувшись из-под пальцев охранника.

— Я — Вальтер Дерен, спецон, «Персефона». — Вверх лейтенант не смотрел, только на тех, кто держал Рэма. И глаза у него были нехорошие.

Двое из десяти охранников кое-как до него добрались, но схватить не смогли — руки скользили по компрессионному костюму.

А может, Дерен и домагнитный доспех под компрессионку надел? Астахов говорил, что так делают, если… Если…

Если есть риск попасть под обвал!

Рэму показалось, что пол под ногами вздрогнул. Землетрясение?

— Это как же мы тебя вешать будем в такой скользкой шкуре? — посмеялся невидимый Тетракис над мучениями охранников. Наверное, он сидел в каком-нибудь центре управления горнодобывающей машиной и видел происходящее на экране. — Хочешь быть повешенным — раздевайся! Не то мальчишка твой первым взлетит! Как Гагарин!

— Да, пожалуйста! — Дерен пожал плечами, оттолкнул охранников и стал разбирать компрессионку.

Но не с бедра или бокового шва, как это обычно делают, а с локтя.

Один сегмент… Ещё…

А потом поднял совершенно стеклянные глаза и посмотрел сквозь Рэма.

Рэм силился подать ему сигнал, мотал головой, но старший не замечал. Похоже, он впал в какой-то из своих трансов.

Охранники тоже не замечали Рэма — они загипнотизировано смотрели на лейтенанта.

Рэм тряхнул головой, сдвигая петлю. Оглянулся на застывшего охранника.

Это был какой-то театр одного актёра. Дерен медленно, прислушиваясь к чему-то внутри себя, повертел в руках сегмент лётного костюма и уронил на пол.

Под компрессионкой у него не было комбинезона, только футболка.

Почему? Чтобы больше места осталось для защиты? Это же пластины доспеха у него на груди выпирают?

Лейтенант вдруг кивнул Рэму. Прочитал мысли?

А потом вскинул неестественно белую руку вперёд и вправо. Включение маршевых! Ост-ост-надир!

Рэм, не думая ни доли секунды, сдирая кожу, выдернул голову из петли и кинулся влево, на землю, плашмя.

Там был уклон, и он покатился под горнодобывающую машину.

И тут же пещера вздрогнула и начала оседать. Потолок треснул, сверху посыпались огромные камни, круша стрелы кранов и машины, калеча людей.

В воздух взметнулись клубы пыли, и запахло едкой химической дрянью.

Рэм, задыхаясь, пополз под машину. Она здоровенная, может быть, выдержит?

— Рэм! Ты живой? Рэм!

Кто-то обтирал ему влажной салфеткой лицо.

— Рэмка, очнись!

Второй голос принадлежал Дерену, и Рэм заставил себя открыть глаза.

На лице был песок, во рту — песок и метал. И очень больно скребло горло.

— Жа… — выдавил он: — «Жарко».

От боли в горле потекли слёзы.

— Я сейчас, — сказал Бо. — Я пересоберусь и найду воду.

Дышать стало легче — железо «таяло» у Рэма во рту, как конфета.

Он потянулся пощупать горло.

— Не двигайся, я тебя осмотрю сначала, — предупредил Дерен.

Рэм ощутил на горле его крепкие руки.

Лейтенант сидел рядом на корточках, фонарик с его браслета освещал четырёхугольную «пещеру» — подбрюшье горнодобывающей машины, её огромные стальные ноги-опоры.

— Еле успел сформировать дыхательный фильтр, — посетовал Бо. — Там взрывчатка была под сводом. Пыль поднялась такая едкая, я ещё не весь состав сумел проанализировать — жуткая дрянь.

— Рэм, ты домагнитку почему не включил? — спросил Дерен. — Она помогла бы тебе дышать. Обеспечила бы хоть какую-то фильтрацию воздуха.

Рэм хотел сглотнуть, но не смог. До него дошло вдруг, что «железо» во рту было частью самого Бо. Куском его тела, превратившимся в фильтр.

Парень нашёл пальцами правой руки спецбраслет и вызвал голоэкран. Написал: «Это Тетраксис? Это он всё взорвал?»

Руки тоже болели, но ссадины на них остались только от наручников. Значит, камнями не прилетело, и то хлеб.

Разломанные наручники валялись рядом. Вид у них был такой, словно их не просто сняли, но ещё и кувалдой пару раз врезали.

— Нет, это я, — отозвался Бо.

«Взорвал?» — удивился Рэм.

— Да.

«А зачем??»

— Тетраксис хотел убить и тебя, и своих подельников. И удрать, вместе со службой охраны. Мне показалось, что это несправедливо. Часть проводов, ведущих к зарядам, я расплавил, а часть… как бы перепаял. Он думал, что пульт у него в руках, а на самом деле взорвал совсем не то, что хотел. Своё же убежище.

— А советники?

— Если кто-то и уцелел — пусть ждут спасателей, — пожал плечами Бо. — Дождутся — значит, боги их любят. Все они тут хороши.

— А что наверху? — спросил Дерен. — Ты успел обесточить все провода?

— Разрушений наверху вроде бы нет. Кроме Дхары. Мы почти под ней, пещера обвалилась, и часть города, скорее всего, просела под землю. Но они должны были успеть эвакуироваться. Времени было достаточно. — Бо поднялся. — Я за водой.

И ушёл прямо сквозь стену.

Рэм огляделся — камни громоздились со всех сторон. Как теперь выбираться?

— Придумаем что-нибудь, — успокоил его Дерен. Он сосредоточенно ощупывал парню руки и ноги. — Так не больно? В крайнем случае, Бо выберется один, а нас отроют спасатели. Вроде, все кости целы, — выдохнул он, наконец, и выпрямился. Машина была здоровенная. Под её брюхом и капитан Пайел встал бы в полный рост. — Сейчас Бо принесёт воды, и полезем наверх. Тут километр всего до поверхности.

«А как?»

— Попробуем через машину. Где-то здесь должен быть аварийный люк. Может быть, уцелела погрузочная шахта, или воздуховод.

«А Тетраксис был сумасшедший? — эта мысль не давала Рэму покоя. — Зачем он хотел всех взорвать?»

Нормальный же человек так не может? Это же злодей, как в голо? Неужели такие на самом деле бывают?

— Вряд ли он какой-то киношный злодей, — Дерен огладил обнажённую часть предплечья.

«Болит?» — написал Рэм.

— Ударил о камни. Ничего, заживёт до свадьбы. А вот ты как будешь теперь болтать, а?

Рэм хотел спросить, почему до свадьбы и нечаянно сглотнул, закашлялся, и из глаз уже не слёзы — искры посыпались. Когда пытали — и то не так больно было.

Дерен положил ему на горло горячую ладонь, и стало полегче.