Илья Стальнов - Последний госпитальер

Действительно, смотреть на людей-статуй было тяжело. Это вызывало внутренний протест и чувство дискомфорта даже у такого бесчувственного человека, каковым считал себя Динозавр. Стоило ему только представить себя вот таким же «памятником», как по телу будто ползли мокрые холодные пальцы.

– Они пока еще двигаются, наши «супербойз», – как-то уж слишком презрительно проговорил профессор, – но это скоро пройдет. Думаю, что к полудню завтрашнего дня они совсем «заизвесткуются» и тогда… Неподвижность, полная и всеобъемлющая.

Тон явного пренебрежения, с которым профессор говорил о своих пациентах, заставил Динозавра заподозрить в нем законченного мизантропа, для которого человеческая жизнь не стоит выеденного яйца. А чего, собственно, еще ждать от человека, разработавшего боевые вирусы из штамма «Когорта».

– Вижу этих больных не в первый раз и все никак не могу понять, зачем, для чего наша цивилизация ищет в глубинах космоса подобные ужасы? – нервно пожала плечами Пенелопа. – Стоит ли этим заниматься?

– Стоит! – в один голос ответили профессор и Динозавр. Больше они не обращали внимания на Пенелопу, уйдя в обсуждение перспектив применения боевых штаммов вируса, вызывающего «болезнь памятников».

– Раньше мы не встречались ни с чем подобным, – говорил профессор.

– Симптоматика, течение болезней?

– Да нет, это мелочь. Тип заражения. Иллюстрация теории Росса.

– Вы серьезно?

– А вы знакомы с теорией Росса?

– Знаком, – кивнул Динозавр.

– Отрадно… В последние два года прошла волна эпидемий по планетам второй линии, коснулась она и Московии, и наших окраинных миров, и даже краешком задела Нью-Таун. По-моему, они тоже объясняются теорией Росса.

– Что это нам дает?

– Первое – возможно, имеет место чужое воздействие. Наконец из глубин Галактики приходит тот страх, которого опасалось человечество все века с той поры, как пришло к идее о множественности миров. Только он не грубо вламывается, круша все вокруг, а вползает сумеречной тенью. Через эпидемии. Через болезнь Росса.

– Негуманоидная угроза?

– Да. Одна из наших тем. Как видите, весьма актуальная.

– Возможности использования нового вируса?

– К сожалению, пока я не вижу особых возможностей, – грустно развел руками профессор. – Слишком незначительно расстояние, через которое могут передаваться от одного человека к другому эти вирусы. Нужны совсем другие масштабы…

– Возможно, масштабы будут, уважаемый профессор, – заверил собеседника Динозавр.

– Что, есть идеи? – не поверил Честертон, привыкший видеть в людях, носивших военную форму, круглых невежд в том, что касалось его дела.

– Есть… Но это потом. Мы с вами еще увидимся, профессор.

Когда возвращались назад, Пенелопа заинтересованно рассматривала Динозавра. Она видела, что-то изменилось в нем после этой встречи. И ей пришло в голову– возможно, Динозавр здесь не просто в ссылке. Может быть, он ведет какую-то игру. Но какую? И почему бы нельзя играть в нее в четыре руки?.,

Динозавр продолжил работу. Изучал секретные файлы, входил в курс. Когда стемнело, в кабинете появилась Пенелопа.

– Вы все работаете, сэр.

– Да. А что я еще должен делать?

– Вы будете ночевать здесь? Не хотите посмотреть коттедж, который я подготовила вам?

Динозавр задумался, потом отключил комп и поднялся с кресла, потянулся так, что кости хрустнули.

– Хорошо, пойдемте.

По обе стороны «стеклянной» дороги шли вековые сосны. Городок располагался вокруг большого озера, и пейзаж здесь действительно был прекрасный. Динозавра он не раздражал, а радовал.

– Вот ваш дом, – Пенелопа остановила мобиль около двухэтажного коттеджа в старинном стиле, из грубых камней, с башенками и зубчатой каменной стеной. Над башней развевался флаг Аризоны. – Как вам?

– Вроде неплохо. Спасибо. Пойду осваиваться.

– Нет, сэр. Я должна показать вам, где что. Дом на двенадцать комнат. Динозавру столько было не нужно. Но отказываться от них он не собирался.

– Сервороботы… Экстренная секретсвязь с полицейскими подразделениями… Сигнал тревоги… Системы защиты и контроля… Столовая, – Пенелопа водила Динозавра из одной комнаты в другую с экскурсией. – Мини-бассейн. Если хотите, можете развернуть большой бассейн во дворе, достаточно лишь дать приказ – эта операция предусмотрена… Спортивный зал… Медико-диагностический комплекс… Кухонный синтезатор – ресторанный класс, дорогая вещь… Комната «радости» – знаю, что вы не слишком любите это, но здесь достаточно сенсорников на разные вкусы. Иногда годится для сбрасывания напряжения.

Она прошла в следующую комнату. Половину ее занимала вибропостель.

– А это спальная, – произнесла Пенелопа. – Королевская кровать. В голове – сенсорусилителъ, незаменимая вещь при общении с противоположным полом. Волновой успокоитель. Вибромассажер, Ионные наполнители… Все, что душе угодно. Очень притягательно, правда ведь, сэр?

Она упала на кровать и заболтала ногами.

– Не знаю, как у вас, а у меня что-то екает в груди, когда я растягиваюсь на такой постели.

– У меня ничего не екает, – угрюмо произнес Динозавр. – Я могу спать и на куче листьев. Комфорт для меня не обязателен, офицер Вэйн.

– Не обязателен, но привлекателен. – Пенелопа провела себя ладонью по бедру. – Немного жарковато. Надо сбавить температуру, – Пенелопа расстегнула верх комбинезона и распахнула его так, что на груди образовался глубокий вырез, и перевернулась на спину.

Динозавр мрачно поглядел на нее.

– Определенно жарко, – Пенелопа рванула форменный комбез, и открылись полные, соблазнительные груди. – Был тяжелый день. Я устала.

Динозавр молчал.

– А усталость лучше преодолевать вдвоем, сэр.

Она начала стягивать комбинезон.

Динозавр видел достаточно женских грудей. И вообще женщин. Но вид груди Пенелопы возбуждал гораздо более, чем те груди. «А почему бы и нет, черт побери», – подумал Динозавр и присел на кровать рядом с женщиной.

Пенелопа плавным неторопливым движением освободилась от одежды. Получалось это у нее достаточно сноровисто. И невероятно эротично. Динозавр чувствовал, что начинает трепетать. Накатывала сладкая волна.

Ему раздеваться не пришлось. Не менее сноровисто Пенелопа и его избавила от одежды.

Ее рука потянулась к сенсорусилителю, но Динозавр прохрипел:

– Оставь!

И, зарычав приглушенно, ринулся на нее.

Они катались по постели, как два зверя. Пенелопа исступленно целовала все тело Динозавра, покусывала его, стонала от надвигающейся страсти. Он с ревом вошел в нее… Довел себя один раз. Потом еще…

Это длилось несколько часов. Казалось, силы иссякли и уже больше никогда не пробудится плоть. Но неожиданно Динозавр ощущал новый прилив сил и сжимал в объятиях Пенелопу. Она была сильна, ей хотелось разорвать его тело, объять всего его собой. И невозможность свершить это лишь добавляла желания и страсти. Наконец, она прокусила Динозавру ногу, а он стиснул зубами ее левую грудь. Она закричала от боли, но тут же боль перешла в отчаянный стон оргазма… Потом еще и еще…

Наутро Динозавру потребовалось несколько процедур домашнего медкомплекса, хорошенький ионный душ и магнитная встряска, биоактивизатор и просто контрастная ванна, чтобы прийти в себя. Когда он плескался в ванной, там появилась Пенелопа… И на целый час пошло опять все по старому. Она терзала губами его вновь отвердевшую плоть, не в силах отлезть от нее, как выброшенный в пространство астронавт не может оторваться от загубника с кислородом. Бог ты мой, она как вампир высосет всю жизнь из меня, со сладким восторгом подумал Динозавр.

– Ты настоящий зверь, – произнесла, наконец, обессиленная Пенелопа. – Это было потрясающе.

– Да, – согласился Динозавр. – Потрясающе…

Девочке больше всего хочется выбраться отсюда. И она решила затеять игру, подумал он. Пускай тешится. Надо только не подставляться ее зубам в жизни, как это он делал в ночной оргии.

– Мы опаздываем на работу, – произнес он.

– На работу-у, – потянулась она, и ее пальцы опять скользнули Динозавру за пояс. – Ненавижу эту работу.

– Мы не должны подавать дурной пример подчиненным и поощрять расхлябанность. Начальник должен приходить раньше всех и уходить позже, – назидательно произнес Динозавр.

– Это можно, – кивнула женщина. – Ведь в твоем рабочем кабинете есть комната отдыха тоже с неплохой кроватью. Я всегда продумываю такие моменты. Можно заниматься тем же… И подавать пример подчиненным…

Филатов-два протянул руку Филатову номер один, и тот крепко пожал ее.

– Присаживайтесь, – сказал он голосом генерала Шутихина.

Филатов настоящий уселся на песочный стул, оказавшийся весьма мягким.

– Ну как?

– Ничего. Пластогрим и имитаторы класса «Муза».

– Точно?

– Не знаю, – пожал плечами Филатов.