Сергей Баталов - Око смерти

Уворачиваться от дротика было нельзя. При любом, самом благоприятном варианте развития событий существовал риск того, что он промахнется. И тогда….

Сашка извернулся все телом, уходя с линии полета стрелы, дернул вперед плечом, понимая, что все равно рискует – запаса энергии у стрелы вполне может хватить на то, чтобы пробить и его плечо, и грудь бессмертной.

Ему повезло. Дротик пробил курсантскую форменку, насквозь пронзил кожу и мышцы, наполовину застряв в плоти землянина. Заречнев поморщился от боли, правой рукой дотянулся до хвостовика стрелы, отломил оперение. Потом он взялся за мокрую о крови переднюю часть деревянного древка, рывком выдернул стрелу вперед, по ходу её полета. Совершенно не обращая внимания на двух других лучников, нацеливших на него свои смертоносные орудия («Лучше в меня, чем – в неё» – думал он), сделал несколько шагов вперед, заглянул в глаза стрелявшего.

В них жила обреченность и тоска. Воин отпустил свое оружие, виновато посмотрел на пришельца. Однако вскоре в его глазах появился страх – он заметил «панцирного», приблизившегося быстрым шагом. Последний, не мешкая, вынул из-за пояса короткий и широкий меч, без замаха мощно обрушил его на голову стрелявшего. Солдат мешком свалился к ногам землянина. Недотепа был наказан.

Зашевелились на соломе солдаты, приходя в сознание. «Угум!» – рыкнул «панцирный», махнув рукой. Воины, один за другим, потянулись к выходу. «Угум!» – повторил он, показав рукой на Диту и её команду. Все посмотрели на элойку. Бессмертная на секунду задумалась, потом согласно кивнула головой.

Путь в неизвестность был не коротким и не длинным – минут тридцать. Пленники Кромоса спокойно вышагивали по мощеной квадратным булыжником мостовой, расчетливо окружив элойку со всех сторон; наособицу жались друг к другу не на шутку чем-то испуганные молодожены. Сзади всех, вложив раненную руку в наспех придуманную перевязь, брел Заречнев.

Дита ни разу даже не оглянулась на бывшего гладиатора, ни слово или жестом не выразила свою благодарность.

«Все верно»! – думал Сашка, спотыкаясь о неровности брусчатки. – «Местные должны знать и понимать, что любой из нас, не моргнув глазом, отдаст свою жизнь за командира. Только так мы сможем верно позиционировать себя в любом мире, построенном на силе и хитрости. Сплоченность и дисциплина – наши козыри…» Голова закружилась….

«Не та это рана, из-за которой можно потерять сознание!» – сказал себе бывший гладиатор, заметив, как сужается его «окно в мир» по мере движения за спинами товарищей. – «Неспроста все это. Наверняка наконечники стрел у этих гадов были смазаны чем-то ядовитым….»

Курсанты услышали звук падающего тела, обернулись. Заречнев лежал на мостовой.

– Он без сознания. Понесем! – распорядилась элойка, наклонившись к Сашке и убедившись в том, что он еще жив. Она выразительно посмотрела на «панцирного». К чести командира «взвода охраны», он все понял правильно. Мужчина негромко свистнул. В темноте улицы затопали чьи-то ноги, показались двое стражников с копьями. «Панцирный» молча указал сначала на их копья, потом – на Диту. Воины беспрекословно передали курсантам свое оружие. Юрий и Женька Тимофеев, не сговариваясь, стянули с себя свои форменные куртки, через рукава просунули в них копья. Получились вполне сносные носилки. Они переложили на них Заречнева, легко подняли копья себе на плечи. Местные, не отличавшиеся высоким ростом, с достоинством оценили стать Самочернова, с восхищением глядели на его могучий торс, через какое-то время заблестевший в темноте от пота.

Высокий мужчина в светлом костюме заметно изменился в лице, когда к нему в большую и светлую комнату вслед за стражниками двое последних из группы пришельцев внесли на копьях стражников еще одного, раненного, судя по обширному пятну крови – в плечо.

«Панцирный» резво пробежал через зал, что-то сказал на ухо наклонившемуся к нему мужчине. Тот несколько раз согласно кинул, аристократичным взмахом кисти руки заставил выйти из помещения всех, включая командира группы воинов, доставивших к нему экипаж яхты.

– Теперь мы можем поговорить! – произнес он на сносном… элойском, обращаясь, прежде всего, к бессмертной. – Начнем с главного. Кто вы такие и зачем вы прилетели на нашу планету?

– Слышь, Дим! – толкнул Паршина в бок Юрий. – О чем они там трындят?

– Погоди! Потом расскажу. Сейчас речь, кажется, идет обо мне.

– Мы – коммерческое судно! – говорила Дита, встав вполоборота к мужчине; так, чтобы все, что она сказала, было слышно и её команде. – Мы с мужем, – приглашающий жест рукой в сторону Демьяна. Первый пилот подошел, – зафрахтованы одной чудесной парой молодоженов для путешествия в медовый месяц.

– Где – молодожены? – оживился высокий мужчина. Новобрачные, повинуясь взгляду Диты, сделали по шагу вперед.

– Наш маршрут пролегал через несколько планет…. Что-то случилось с нашей навигационной системой и мы оказались недалеко от вашей звездной системы. Я, как командир корабля, приняла решение – спуститься на вашу гостеприимную землю и запастись водой, продуктами, дать возможность отдохнуть нашему экипажу.

– Что, вы так долго блуждали по космосу?

– Для нас – да. Около ста ваших дней. Мы хотели бы, с вашего любезного разрешения, разумеется, погостить у вас, после чего мы обязательно покинем вашу страну, не причинив никому никакого вреда.

За причиненные неудобства, а также за воду и продукты мы готовы заплатить – ту сумму, которую вы сочтете достаточной.

– А чем вы намерены платить?

– Золотом, разумеется. В вашей стране этот металл принимается в качестве денег?

– Да…. Да…. Разумеется. Золото в нашей стране очень даже принимается. И много у вас золота?

– Достаточно для того, чтобы оплатить ваше гостеприимство! – отрезала Дита, заметив, как заблестели глаза «светлопиджачного» при слове «золото».

– Ну, что же. В таком случае я считаю своим долгом прояснить кое-какие моменты.

Во-первых, вы в этой стране не гости, а пленники. Во-вторых, вы останетесь здесь навсегда. Улететь с нашей планеты еще не удавалось никому!

– Причина?

– О-о! Все очень просто. Я даже сказал бы – тривиально. Вон, видите ту звездочку? – мужчина показал пальцем в строну открытого окна.

– Предположим, видим. И что? Что особенного в этом искусственном спутнике вашей планеты?

– А это нужно спросить не у нас. Это нужно спросить у тех, кто его поставил сюда.

– А зачем? Ну, висит себе звездочка в ночном небе…. Чем она нехороша? И чем она может помешать нам с вами?

– Не нам, а вам! Потому что именно вы намерены покинуть нашу планету, как только поменяете ваше золото на наши воду и продукты. А помешать она может…. Помешать…. Ну, да…. Вы же ничего пока не знаете. Может, вам и не нужно пока ничего говорить… – Забормотал мужчина, отворачиваясь от гостей. – А вдруг они решат немедленно покинуть планету? О-о… Это будет плохо для всех. Нет, нужно сказать сейчас…. Да-да….. Прямо сейчас.

– Собственно, дело вот в чем! – абсолютно спокойно, как будто не было никакой секундной растерянности, изрек мужчина. – Эта, как вы её назвали, звездочка, на самом деле ни что иное, как Око Смерти.

– Око – чего? – не поняла Дита.

– Смерти! Страж и палач нашей планеты. Благодаря этой «звездочке» ни один аппарат не может подняться над поверхностью Кромоса выше двадцати тысяч локтей. У нас нет самолетов, способных преодолевать эту высоту. Разумеется, космическая техника у нас отсутствует тоже.

– Это – ложь! – не согласилась бессмертная. – Несколько часов назад мы обследовали эту «дыню». Нет ни одного признака, что этот модуль – жив. Он – мертв! И давно!

– Поверьте, как нам приятно было бы знать, что вы правы, а мы – нет. Но, увы…. Не далее как десять дней назад Око Смерти произвело свою обычную показательную экзекуцию.

– Что это такое?

– Это спонтанный выброс энергии в направлении, известном только ему! – хозяин комнаты поднял вверх указательный палец. – Поражаются, как правило, жители открытых территорий, но бывают и неприятные исключения. Вот, в позапрошлом году…. Хотя, это не имеет к теме нашей беседы никакого отношения.

Считаю, на этом нашу беседу можно считать завершенной. Для первого раза, думаю, вполне достаточно. Вас проводят в ваши апартаменты, вашему матросу окажут помощь. Или, если пожелаете, мы можем просто скормить его хрюням.

– Кому? – не поняла Дита.

– Это такие домашние животные. Едят все. Замечательно набирают в весе. Мясо прекрасного вкуса. Так – как?

– Спасибо за заботу, но не хотим лишний раз обременять вас. Оставьте заботу о нашем матросе нам. А хрюни пусть покушают что-нибудь другое, раз уж они едят все.

– Тогда последний вопрос! Что за могучие орудия стоят на вашем корабле – спереди сзади? Он – военный? – «светлопиджачный» прямо-таки впился глазами в лицо бессмертной.