Я стираю свою тень 2 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Ясно.

За углом раздались тяжелые шаркающие шаги краснокожего. Айрис прильнула ко мне, взяла мою руку и засунула ее себе под майку. Я понял, что нам надо изображать страстный порыв, прихвативший прямо посреди грязи, вони и сумрака. Мы оба следили боковым зрением за «крабом». Мужчина появился из-за угла, встал неподалеку и замер. Мне даже показалось, что он растворился во тьме. Мы, изображая перехватившее от страстного поцелуя дыхание, «разлепились» и немного похихикали, как молодые влюбленные над собственной несдержанностью. «Краснокожий» наконец-то кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Кто здесь? — спросил я с напускным испугом.

— Не придуривайся, — хрипло процедил «краб». — Вы меня еще за пять кварталов спалили. Свой я, на одного человека работаем, одно дело делаем.

— О чем вы говорите? — спросила Айрис.

— О том, что эта станция сегодня принадлежит не тому человеку, на которого я привык работать.

— Не понимаю, — очень искренне удивилась моя супруга.

— Ха, молодчина, — крякнул «краб» и сделал два шага в нашем направлении. — Даже местный распорядитель не знал, кто я такой и зачем здесь.

— И кто вы? — спросил я.

— Смотрящий за делами. Доверенное лицо Джанбоба, хозяина этого великолепия. Тайный наблюдатель, которого не взломать и не обмануть. Мне сообщили о вашем прибытии. Я знал, что смогу вычислить вас по дороге к тайнику с оружием. Он сейчас прямо за вами, верно?

— Почему нам не было известно о вас? — Айрис наконец-то раскрылась.

— А зачем этот риск? Все работает так, как должно работать. Раньше времени вам не надо было знать обо мне, вдруг у вас по дороге поменялись бы планы?

— Это вряд ли, — фыркнул я. — Мы люди, которые держат свое слово.

— Ха-ха, — сипло усмехнулся смотрящий. — Любое слово стоит денег. Люди, которых нельзя купить вызывают больше подозрений, чем продажные.

— Значит, вы — продажный? — спросила Айрис.

— Я? — «Краб» опешил, оказавшись в собственной ловушке. — Нет. Пока нет. Мне не нравится новая власть, они запустили станцию, превратили ее в космический сортир. Еще три года назад на том месте, где мы стоим, было светло, спокойно гуляли люди.

— Оружие на месте? — Айрис постучала пяткой в стену.

— А где же ему быть? Один демолекулятор, одна плазмобласта, оба разблокированы, и четыре пороховых огнестрела. На один переворот хватит за глаза. Вы же, как мне кажется, и руками многое можете?

— Можем, но хотели бы обойтись одной головой, не привлекая внимание и не создавая ненужного шума. В первую очередь надлежит думать о пугливом клиенте, который быстро сменит приоритеты и выберет другую закусочную, где тихо, — произнесла Айрис.

— Согласен. Значит, это ты тут главная, — догадался «краб».

— Я руковожу операцией на месте.

— Не замечал прежде за Джанбобом слабости к женщинам. Видать, есть за что. — Краснорукий покряхтел, изображая смех. — Тогда слушай, красавица, о ситуации, которая здесь сложилась.

— Я готова.

— Значит, бывший распорядитель теперь ничего не решает, так, черт на побегушках. Новые владельцы поставили над ним трех человек и все друг за другом присматривают, чтобы никто не задумал продаться еще кому-нибудь. Насколько мне известно, уже был случай, когда одного кокнули за подобные подозрения и прислали ему замену. По сути, руководители бездельники, потому что их задача присматривать и докладывать наверх, а от безделья сами знаете, выход один, хочется убить время любым способом. Большую часть времени они проводят либо в пьянстве, либо пробуют разные препараты, либо пускаются в разврат. Распорядитель Джанбоба как работал, так и работает, ему бухать до по бабам бегать некогда.

— Джанбоб его не примет назад, — уверенно бросила Айрис.

— Само собой, только в виде тела. Но не суть, я мог бы стать новым распорядителем. Новое руководство подключило кучу камер и сенсоров к базе данных, содержащую информацию о практически всех космических жителях, не входящих в сообщество высших рас. Вы теперь тоже есть в ней, или уже были. А она умеет анализировать и давать каждому свой уровень благонадежности. Если не запачкались прежде, то бояться нечего, не делайте глупостей и останетесь без подозрений…

— Кроме этих троих, есть еще, кто присматривает за бизнесом? Например, координатор? — Айрис перебила «краснорукого».

Он запыхтел и бросил на нее недовольный взгляд, однако в нем была и толика уважения. Все-таки мы для него были, как московская проверка для региональных филиалов.

— Никто не знает точно. — «Краб» развел руками. — Можем только догадываться, что заезжают, но кто и когда, неизвестно.

— Цвет вашей кожи из-за нелегальных препаратов? — поинтересовалась Айрис у него. — Не хотелось бы нашему руководителю, чтобы на месте распорядителя находился человек со слабостями.

«Краб» посмотрел на свои красные руки и печально усмехнулся.

— Это ожоги или что-то типа того. Меня выбросили в космос голышом на одну минуту, в назидание, я выжил, но кожа моя после этого стала красной. Тогда мне казалось, что я унижен и раздавлен морально, но спустя время понял, меня закалили. Лучшего распорядителя, чем я, Джанбобу не найти.

— Я вас поняла. Кстати, как ваше имя? — спросила Айрис с живым интересом.

— Триадон. — «Краб» протянул руку.

Айрис пожала ее, затем я.

— Гордей, — представился я из вежливости.

— Триадон, времени у нас в обрез. Сегодня подведем итоги и решим, как лучше поступить в этой ситуации. Если вы нам понадобитесь, мы найдем вас.

— Не сомневаюсь. — «Краснорукий» сипло усмехнулся. — До встречи.

Он развернулся и пошел в ту сторону, откуда пришел. Мы снова остались одни с Айрис. Она дождалась, когда наш новый знакомый уйдет подальше.

— Вот так новость, неожиданный союзник.

— Думаешь, он надежный? — спросил я.

— Как скала. Ему не нужен Джанбоб, ему станцию хочется привести в порядок. Наверное, он тут родился и вырос, потому и болеет душой. Буду только рада помочь ему стать новым распорядителем. Ну-ка, прикрой меня.

Айрис поводила рукой по стене, а я выглянул за углы в узкие темные улочки, чтобы никто не заметил наших подозрительных действий. Ночное зрение здорово помогало в этом.

— Готово, — Айрис сняла декоративную панель и сдвинула узкую дверцу, прикрывающую узкий вентиляционный лаз, в сторону. — Я проверю, а ты закрой за мной.

— Давай, только недолго. Мне как-то неуютно здесь.

— Неуютно ему. Можно подумать нам обещали устроить захват, не выбираясь из постели, — Айрис ловко исчезла в стене.

Я заглянул внутрь лаза. Айрис двигалась по нему как червяк внутри яблока, конвульсивно двигая телом.

— Слушай, а как ты относишься к сексу с приступами клаустрофобии? — спросил я.

— Мечтаю, но только без меня, — пыхтя, ответила Айрис. — Смотри по сторонам, клаустрофоб-любовник.

— Яволь. — Я прикрыл лаз декоративной панелью и присел на металлический выступ рядом.

Знаете, у каждого бывают моменты, когда он оказывается непонятно где, и непонятно зачем и думает, как так случилось, что я здесь оказался. Какая ирония судьбы закинула меня туда, где я чувствую себя не на своем месте. Темные узкие зловонные коридорчики станции, кружащейся вокруг мертвой планеты, и я нахожусь в ней, даже не зная, на каком расстоянии отсюда мой дом. Со мной произошло кратковременное осознание или откровение, из которого я сделал вывод, что в моей судьбе произошло чудо, которое пора заканчивать. Романтика космоса начала мне надоедать, появилось острое чувство отторжения происходящего.

Айрис постучала в стенку панели изнутри. Я открыл и помог ей выбраться.

— Оружие на месте, — сообщила она. — Думаю, завтра можно приступать.

— Уже, — меня передернуло.

— Гордей, не раскисай. — Айрис шлёпнула меня под зад. — Это не намного сложнее, чем подстрелить долбодятла.

— Однажды он меня чуть не убил.

— Так не убил же, а чуть-чуть не считается. Вон, Триадон говорит, что стал только закаленнее, и ты станешь. Одного твоего взгляда будет достаточно, чтобы люди поняли, этот суровый дядька через многое прошел и может всё.