Джеймс Лусено - Дарт Плэгас

К этому времени Палпатин уже трижды посетил Охотничью луну, но лишь для того, чтобы понаблюдать за местными порядками и познакомиться с ключевыми игроками галактической политики. Плэгас – под личиной Хего Дамаска – прибегал к разным ухищрениям, чтобы никто не принял его за покровителя Палпатина. Только главный министр короля Тапало – Арс Веруна – знал, что Дамаск готовит его для большой политической карьеры, и, спеша выслужиться перед мууном, назначил Палпатина послом Набу.

– А, свежая кровь, – заметил Пакс Тим, когда Ким представил Палпатина собравшимся.

– Я получил огромное удовольствие от гонок, – сообщил им Палпатин, присаживаясь.

Листовидные уши Тима дернулись.

– Это вы не застали их в зените славы, посол. До того, как Татуин переманил всех поклонников гонок. – Слово «Татуин» гран произнес как ругательство.

Палпатину было отлично известно, какую роль Плэгас сыграл в возвышении Татуина и как это ударило по доходным когда-то топливным операциям Маластера, сделав достоянием Галактики запасы плазмы на Набу.

– А вас по долгу службы заносило в это ужасное место? – спросил Акс Мо.

Палпатин кивнул:

– Всего два месяца назад.

– И как он вам? – спросил Кабра.

Палпатин повернулся к гангстеру-дагу:

– Много шуму. Хатты – Десилиджики и Бесадии – все время грызутся за власть.

Его слова были встречены одобрительным гомоном.

Слово взял Тим:

– Полагаю, однажды грызня Гардуллы с Джаббой Тиуре даст толчок возрождению Маластера. – Его глаза-стебельки изогнулись в сторону дагов. – Хотя я уверен, босс Кабра всецело поддерживает Гардуллу – за помощь, которую она оказала ему на Нар-Шаддаа.

Юный Дарнада ощетинился:

– Все, чего мы добились на Нар-Шаддаа, – это плод наших собственных усилий. Спросите кого угодно в «Черном солнце»…

Кабра не дал ему завершить пассаж:

– Мы навеки в долгу у хатта Гардуллы. Ее содействие было неоценимым.

Ким обвел дагов взглядом, после чего небрежно махнул рукой.

– Татуин слишком отдален и слишком погряз в беззаконии, чтобы влиять на события в Галактике. Активность Торговой Федерации – вот что должно занимать Республику. Посмотрите, что Федерация сотворила с нашей родиной – Набу.

Ким приковал всеобщее внимание. Он открыто критиковал короля Тапало и Арса Веруну и сохранил свое место в Сенате лишь в силу уступки, которую король сделал дворянским домам, выступавшим против него единым оппозиционным фронтом.

– Насколько я успел понять, Набу не против их присутствия, – вставил Ранульф Таркин.

– Кое-кто на Набу не против.

– Но трудно отрицать тот факт, что благодаря им ваша планета процветает, – возразил Тим.

– Процветает, да, – признал Ким. – Но отнюдь не так, как следовало бы. Если бы не обстряпанные Хего Дамаском сделки с Банковским кланом, Торговой Федерацией и, – он скользнул взглядом по Кабре, – «СтройМонтажом Внешнего кольца», Набу была бы так же богата, как Куат или Чандрила.

Даг смолчал, позволив Киму закончить тираду:

– Федерация продает нашу плазму по цене в десять, а то и двадцать раз выше той, какую за нее платит.

– Чудовище, которое породили мы сами, – пробормотал Таркин. – Федераты не получили бы такую власть за счет одних лишь операций во Внешнем кольце. Их поддержал дом Валорумов с моей родной Эриаду. Их поддержали Тагге и остальные.

– Так не пора ли объявить о недовольстве во весь голос? – спросил Ким, обведя взглядом стол. – Мууны просто алчны, но Торговая Федерация несет в себе угрозу для нас.

– Я поддерживаю сенатора от Набу, – вставил делегат-салластанин. – Уже сейчас Федерация бредит о местах в Сенате для собственных планет-клиентов, дабы усилить свою фракцию. Мечис, Меркана, Фелусия, Кол-Хоро, Орд-Цестус, Йинчорр… список можно продолжать до бесконечности.

Сенатор-слуисси издал звук неодобрения, и по антропоморфной верхней части его тела прокатилась рябь.

– Вы слишком рано списали со счетов муунов – их роль в происходящем огромна. То, что Йинчорр получил место в Сенате, дело рук «Капиталов Дамаска». – Он воззрился на Кабру: – Не так ли?

Массивные плечи дага напряглись.

– Я не в том положении, чтобы быть в курсе.

Хор смешков вынудил Дарнаду приоткрыть пасть и обнажить кончики клыков.

Слуисси перевел взгляд на Кима и Палпатина:

– Вероятно, «Черное солнце» не в курсе, что сын ведущего оперативного сотрудника Хего Дамаска – Ларша Хилла – в скором времени сменит Тонита на посту председателя Банковского клана.

Таркин положил локти на стол и подался вперед:

– До меня доходили слухи, что Дамаск встречается с главами гильдий, Корпоративного и ТехноСоюза. Что станет с галактической торговлей – любого рода – если он провернет соглашение между ними и Торговой Федерацией?

– В том-то и вопрос, – сказал Ким. – Если мы не хотим, чтобы Торговая Федерация и мууны оплели весь Сенат своими сетями, мы должны объединиться и отдать свои голоса против предложенного законопроекта.

Прежде чем Ким успел что-либо добавить, Таркин спросил у Палпатина:

– А вы согласны, что с Торговой Федерации пора сбить спесь, посол?

Палпатин покосился на Кима, и тот кивнул:

– Можешь говорить начистоту.

– Мы с сенатором Кимом уже давно пришли к единому мнению по этому вопросу. Нельзя допустить, чтобы корпорации обретали такую власть – особенно за счет развивающихся планет. Набу должна защищать свои интересы – так же, как Эриаду, Салласт и Слуис-Ван защищают свои.

Таркин внимательно посмотрел на собеседника:

– Но готова ли Набу взять решение всех вопросов, связанных с транспортировкой плазмы, в свои руки? Не боитесь ли вы рубить сук, на котором сидите?

– Набу вовсе не намерена планетизировать предприятия Торговой Федерации. Мы лишь хотим пересмотра исходных соглашений.

Таркин обдумал сказанное:

– Значит, вы считаете, что фиаско в Сенате сделает Федерацию более… сговорчивой?

Палпатин удостоил его мимолетной улыбки:

– Лишь взвешенные и тщательно продуманные законопроекты должны получать одобрение в Сенате.

– Неплохо сказано, – отметил Таркин.

Палпатин подождал, пока кто-нибудь не заметит, что он не предложил ничего конкретного. Но этого не произошло. Даже Ким, казалось, так и не понял, как активно под него копают.

Пакс Тим уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент к их столику подошел гран-посыльный:

– Сенатор Ким, у нас срочное сообщение с Набу.

Когда Ким, извинившись, отошел в сторону, Палпатин погрузился в Силу. Голоса вокруг стали приглушенными, Пакс Тим и другие собравшиеся за столиком превратились в размытые силуэты, в бледные тени. Он замер, когда эхо мощного возмущения в Силе достигло его. Когда мертвенно-бледный Ким вернулся к коллегам, Палпатин уже вскочил со стула и бросился к нему навстречу:

– Что такое? Что произошло?

Ким посмотрел на него, словно пришелец из загробного мира:

– Они погибли. Все. Моя жена, мои сыновья… – и уткнулся, рыдая, в плечо Палпатина.

На похоронах семьи Кима было все, чего не хватило панихиде по Палпатинам. Согласно традициям тела жены Кима, двух его сыновей, а также пилота корабля и его помощника были доставлены в Тид с места крушения у прибрежной Каадары и кремированы в Погребальном святилище. Процессия из сотен людей, возглавляемая королем Тапало и его приближенными, проследовала от святилища к близлежащей башне Ливет, лишь ненадолго задержавшись у Вечного огня, чтобы предаться думам о быстротечности жизни и той важной роли, какую играет в ней гармония; затем они скорбным маршем прошли по набережной реки Солье, где убитый горем сенатор развеял прах над водами и не смог сдержать слез, когда бурный поток унес останки его близких к водопаду Вердуго и вниз на равнины.

После церемонии скорбящие собрались, чтобы выразить соболезнования Видару Киму, надевшему темно-зеленый плащ поверх черного камзола. Когда Палпатин подошел к нему, мужчины обнялись.

– У моей семьи осталась лишь одна надежда и опора, Палпатин. – Глаза Кима были красными от слез. – Ронар.

Палпатин плотно сжал губы, излучая неуверенность:

– Он – рыцарь-джедай, Видар. Его семья – Орден.

Но Ким стоял на своем:

– Мне он нужен больше, чем Ордену. Только он может продолжить род Кимов – как ты продолжил род Палпатинов.

Палпатин промолчал.

Из-за временного запрета на движение транспорта по узким улочкам Тида город как будто перенесся на десятилетие назад, когда старинные законы еще действовали и богатство еще не ослепило набуанцев своим сомнительным блеском, когда еще не началось массовое помешательство вокруг спидеров-«Молний» и астродроидов Р2, а новые наряды, блюда и транспортные средства еще не потекли рекой с планет Ядра.