Космос и я. Часть 1 - Анастасия Ольховикова

- Сэм, ты гений! – воскликнула Эйси. – Только давай вместе пойдем. Одна я даже в трех соснах заблужусь.

- Конечно, вместе! – воодушевленно ответила я.

Дома нас, конечно, хватились. Искать отправили не слишком довольного этим решением Сейфера. И нашел он нас как раз на выходе из леса. Эйси, не будь дурочкой, для снижения градуса недовольства запрыгнула брату в объятия.

- Не дуйся, Сейф, в свое оправдание могу сказать, что ненамеренно завела сюда Саломею.

Мне достался недовольный взгляд, которым можно было убивать. Ума не приложу, чем я заслужила подобное отношение. Видимо, как старшая, должна была отговорить от неудачной затеи. А может, просто ассоциировалась у Сейфера с неприятностями.

- С тобой папа на эту тему поговорит дома, - не испытывая ни малейшего дискомфорта от того, что Эйси и не думает с него слезать, ответил Сейфер. Затем снова зыркнул на меня. – Давай руку. Мне велели довести до дома обеих. Зная вашу склонность пропадать на ровном месте…в общем, давай руку и пошли.

Конечно, я послушалась. И руку Сейфера не отпускала до самого окончания путешествия. Это было очень необычно. Ни с кем другим я не испытывала таких чувств. Сейфер всего лишь дотрагивался до меня ладонью, а у меня внутри словно расцветал собственный Космос. Не тот, об освоении которого нам ежедневно сообщали из новостей, а свой, собственный, до этого неизведанный. Я даже начала слышать его зов. Жаль, что все закончилось, когда Сейфер отпустил мою руку.

- Больше не теряйся, - жестко напутствовал меня он. Я неуверенно кивнула, боясь поднимать глаза на сурового брата Эйси.

- Сэм, до встречи! – кричала мне вдогонку подруга, и от ее веселого голоса на душе становилось светлее.

Дома меня не особо распекали. Родственники, в отличие от Сейфера, знали, что находиться я умела прекрасно.

- Может быть, сын Крайденов действительно был прав. Тебе стоит пройти тестирование, девочка моя, – отец был задумчив, когда я рассказала о наших с Эйси приключениях.

- Проверки начинаются с десяти лет, - пожала плечами я. – Пап, разве быть радиантом так почетно?

- Как посмотреть, родная. С одной стороны это, безусловно, одни сплошные нервы.

Он сидел у камина в гостевом доме, а рядом на журнальном столике стояла кружка с дымящимся какао. Я пристроилась рядом на ковре с высоким ворсом.

- Быть радиантом на космическом корабле – это значит бывать дома только месяц в году. Это не та профессия, о которой можно сказать «приятель, я работаю восемь часов в день и доволен этим». Быть радиантом – значит быть постоянно подключенным к сердцу и мозгу корабля и улавливать сигналы глубокого космоса, какими бы они ни были. Это тяжело. Это трудно.

Но это и почетно. Ты знаешь, что ресурсы Земли истончаются с каждым годом все больше и больше. Необходимость спасать планету вынудила нас отправиться в космос. Мы искать подобные нашей звезды с планетами, на которых были пригодные для жизни атмосфера, флора и фауна. Часть человечества теперь обитает там. Та звезда, которую сейчас исследует моя группа, BZ-205, вполне может оказаться новым источником энергии. В ней уже обнаружены элементы, отсутствующие в дополненной таблице Менделеева. И это снова прорыв. Этот прорыв обеспечили нам когда-то радианты и их талантливые напарники-пилоты. Пара пилот-радиант это как вторая семья, они заменяют друг другу всех близких и родных в часы полета. Их связь становится прочнее кровной. Это пугает, милая. Но тот, кто решается на такую связь, в конечном итоге добивается немыслимых высот. Поэтому для пары пилот-радиант обычно подбираются подходящие друг другу люди. Такие люди часто образуют в будущем семьи.

- Мама Сейфера сказала, что у него девушка уже есть, - задумалась я. – Как же он тогда хочет найти себе идеального радианта?

- Насколько я знаю, Сейфера Крайдена ожидает договорной брак, Сэмми, - ответил отец. – Это когда люди сходятся не по любви, а потому что того требуют обстоятельства.

- Разве так бывает? – удивилась я. – Разве бывает, что люди живут вместе и не любят друг друга?

- Бывает, милая. И такое бывает. Давай пожелаем Сейферу, чтобы он нашел в итоге свое счастье.

Ничего я не собиралась желать этому крайне неразговорчивому типу. Информацию о договорном браке вообще пропустила мимо ушей. Меня интересовал другой вопрос.

- Пап, если Сейфер такой талантливый, как же он сможет найти своего идеального радианта, если женится не по любви?

- Полагаю, до женитьбы он еще будет его искать. А после, вполне возможно, пожертвует карьерой ради общего блага. Видишь ли, семья Крайденов является очень влиятельной. И любой шаг, который они предпринимают, изначально является продуманным от и до. То, что сейчас они заявляют о будущем Сейфера, означает, что это будущее давно рассчитано и предрешено. И изменить его невозможно.

- Бр-р, - поежилась я. – Нет, я так не хочу. Хочу только по любви, как вы с мамой.

- Ты моя умница, - потрепал меня по щеке отец. – Я уверен, у тебя все будет хорошо.

Мы возвращались домой одним рейсом с Крайденами. Эйси даже устроила все так, чтобы во время перелета мы сидели на соседних местах. Я была впечатлена рассказом папы о том, что Сейферу в будущем придется нелегко, и решила подойти к нему, чтобы выразить благодарность. Он ведь наверняка совершает свои поступки ради будущего Звездного Флота. Как же иначе?

- Спасибо, Сейфер. Я обязательно попробую сдать тест на то, чтобы стать радиантом.

Я импульсивно обхватила его руку ладонями. Стоило нашим телам соприкоснуться, как Сейфер сильно вздрогнул, а затем отнял ладонь, сердито посмотрев на меня. А потом еще и процедил сквозь зубы:

- Забудь обо всем, что я тебе сказал. Таким, как ты, на Звездном Флоте делать нечего. Оставайся дома и расти детишек на радость мужу, когда повзрослеешь. И ко мне больше не подходи.

Я была так оскорблена и обижена его словами, что не смогла спрятать упавшее настроение от Эйси. Причину, впрочем, вытащить из меня она так и не смогла. Даже пустила к иллюминатору, наивно надеясь, что облака под крыльями самолета помогут мне почувствовать себя лучше. Эйси вообще была очень доброй и отзывчивой. В отличие от своего старшего брата. Но именно его отношение и заставило внутри что-то щелкнуть, переключить тумблер в моей голове, заставить оценивать окружающую действительность по-другому. Когда слезы высохли, я заставила себя с ненавистью посмотреть на сидящего через