Боец с планеты Земля (СИ) - Тимофеев Владимир

— Клиента из него не завалишь, это для охранников, — предупредил Растус, объясняя задачу.

Новая встреча с «дохтуром» состоялась через пять дней после моего фиаско на «Княжеской». К этому моменту «страсти» по поводу проигрыша более-менее улеглись, даниста особого неудовольствия ко мне не выказывал, по крайней мере, внешне, так что очередное посещение таверны для богачей подозрений не вызвало.

— А почему нельзя по клиенту? — удивился я странному указанию Растуса. — Он его что, не пробьёт что ли?

— Хочешь попробовать, пробуй, — криво усмехнулся баронский помощник. — Только не удивляйся потом и не жалуйся, что придётся ещё и с охраной драться.

— Сколько будет охраны?

— Видимо, двое. Больше он с собой по вечерам не берёт. Три болта без перезарядки — это тебе для гарантии, если промажешь.

— Понял.

— И учти. Если не сдюжишь и попадёшься, на нас свалить не получится.

«Дохтур» поднял ладонь и показал мне едва проглядывающуюся на коже «печать». Я мысленно почесал себя под правой лопаткой и невольно поморщился. Эти гады и вправду могли кокнуть меня на расстоянии, если бы захотели, конечно.

Растус мою гримасу, безусловно, заметил. Откинувшись на спинку стула, он отхлебнул из бокала и довольно осклабился.

Ну, ещё бы ему не быть довольным! Опять ведь, скотина, пил за мой счёт…

По закоулкам Ландвилия я бродил около двух часов, а потом заглянул, наконец, в нужный бордель. Его, как мне объясняли когда-то, держали «шершавые».

Противно, а что поделаешь? Клиент ходил, в основном, сюда. И охрана у него была, в основном, из этих, которые бывшие бабы.

— Кого желает «честный убийца»? — проявила осведомлённость в вопросе встретившая меня в дверях сутенёрша.

— Кого-нибудь из деревенских. Мне нравятся пухленькие. Беру на всю ночь.

— Сию секунду. Сейчас приглашу девочек, — «мадам» указала на кресло в углу и удалилась за ширму.

Я садиться не стал — сидя, скрывать «лишнее» вооружение не получится. Поэтому просто прислонился к стене, сложил на груди руки и принялся ждать. За мной молча наблюдали трое охранников. Все в серых бесформенных балахонах с чёрными полосками на плечах. Один явно местный «бордельный», призванный следить за порядком. Двое других, рупь за сто, дожидались решившего скоротать вечерочек хозяина. И это было просто отлично. Заказчик не ошибался, говоря, что клиента я найду именно здесь, и его будут сопровождать только двое «шершавых». И если продолжить цепочку, то отсюда он уйдёт часа через три. Времени — целый вагон…

— Пожалуйста, господин убийца. Девочки, заходите.

Смотрящая откинула ширму, и в залу одна за другой «выплыли» восемь девах в откровенных… хм, я бы даже сказал, весьма откровенных нарядах. Сколько из них были бывшими мужиками, сказать трудно. Скорее всего, учитывая «крышу» этого заведения, не менее половины. Но я с ними трахаться не собирался. Мне они требовались для другого… Хотя… В последней появившейся передо мной даме я неожиданно узнал красотку Паорэ, ту самую, которую ко мне привели после первого боя.

Надо же, где она, оказывается, обитает! Ни в жизнь не подумал бы…

Через пару минут придирчивого разглядывания претенденток я, наконец, ткнул пальцем в понравившуюся:

— Эту беру! Сколько?

— Господин убийца, — подойдя ко мне, тихо проговорила «мадам» так, чтобы другие не слышали. — Хочу вас предупредить, что эта — традиционная. И если вы специально хотели чего-то горячего и необычного, то лучше вам выбрать…

— Традиционная — это, в смысле, обычная девка? — перебил я её.

— Ну да. Эту не трансформатировали.

Я сделал вид, что задумался. А потом решительно выдохнул:

— А! Ерунда! Горячего в следующий раз попробуем. А пока — эту. И на всю ночь.

— С вас десять рехинов…

Паорэ, как вскорости выяснилось, меня тоже узнала.

— Ой, господин Дир, вы даже не представляете, как я вам рада, как рада… — засуетилась она сразу, как только мы добрались до «комнаты для свиданий» на втором этаже.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А уж как я рад, ты даже не представляешь, — усмехнулся я, решительно пресекая её попытку помочь мне снять плащ и «вообще» (не хватало ещё, чтобы она обнаружила, что у меня под полой).

— Давай, раздевайся, — подтолкнул я её к кровати, легонечко шлёпнув для верности пониже спины.

Дамочка «испуганно» взвизгнула и плюхнулась на атласные простыни.

Пока она там разоблачалась, готовясь к веселью, я шагнул к бельевому шкафу и, прикрывшись открытой створкой, спрятал внутри плащ и оружие…

— Ну что? Готова?

— Готова, мой господин, — высунувшаяся из-под одеяла Паорэ кокетливо тряхнула кудряшками.

— Тогда погнали!

Левый сапог полетел в левую сторону, правый в правую, рубаха куда-то за спину, а сам я, рыча от накатившего вожделения, рухнул на заваленное подушками ложе…

Сочетать приятное с полезным оказалось делом хорошим. Такого удовольствия от близости с женщиной я, наверно, не получал с той самой ночи в гостинице «Небо», где мы с герцогиней… Впрочем, там всё было по-другому. И с ней, и со мной, и больше, я знаю, это не повторится, поэтому нет смысла сравнивать.

Сравнивать ту, что сегодня, можно было только с такими же, как она, профессионалками. Честно скажу, Паорэ показалась мне лучшей. Такого отношения к «работе» я ещё ни у одной не встречал. Эта прямо-таки наслаждалась процессом. Видно, и вправду тогда, в первый раз, не обманывала, когда заявляла, что обожает приносить радость мужчинам.

— Ох! Как же мне нравится, когда со мной настоящий мужик, а не эти, — выдохнула она в изнеможении после очередного соития, откинувшись на мокрые от пота подушки.

— Эти… кто? — прохрипел я, падая рядом с ней.

— Шершавые… кто же ещё?

— Чем они тебе… не угодили?

— Злые они. И бесчувственные. Тычут своим инструментом куда попало, даже противно становится, — Паорэ скривилась, словно внезапно вспомнила что-то не слишком приятное, но уже через миг черты её лица разгладились, она повернулась ко мне и принялась шаловиво перебирать пальчиками по моему прессу вверх-вниз, явно намекая на то, что, мол, хватит уже отлынивать, давай кувыркаться дальше…

У меня возражений не было.

Время ещё оставалось, а создавать себе алиби, если кто-то подслушивает, то, чем мы занимаемся, не помешает. Даже, наоборот, поможет. Не прекращающиеся вот уже второй час стоны и вскрики не оставят сомнений даже закоренелому цинику: сюда пришли трахаться, а не убивать. И даже если за дверью вдруг стихнет, то это вовсе не значит, что любовный экстаз угас. Это означает лишь то, что парочка просто решила передохнуть, чтобы потом — с новой силой и теперь уже до конца, пока оплаченное время не выйдет…

— Вина хочешь? — поинтересовался я как бы между прочим, когда мы опять отпрянули друг от друга и дыхание более-менее выровнялось.

— А то! — не стала ломаться Паорэ.

— Ух ты! — восхитилась она, когда я достал из шкафа прихваченную с собой бутылку «Ларнийского». Полупустую, правда, но тем не менее.

— Двадцать рехинов отдал! — горделивое замечание прозвучало вполне к месту.

Наполненные пурпурным напитком бокалы мелодично звякнули.

Дама пила свою долю медленно, смакуя каждый глоток, а, когда бокал опустел, экстатически закатила глаза и выдала краткий вердикт:

— Живут же люди!

То, что вместе с вином она выпила нужную дозу сонной настойки, Паорэ конечно же не заметила.

Снотворное начало действовать меньше чем через минуту. А ещё через две дама уже лежала в кровати и бессовестно дрыхла, забыв о «работе», заботливо укрытая одеялом. Спать, по моим прикидкам, она должна была часа два. Более чем достаточно, чтобы исполнить заказ, а после вернуться и сделать вид, что никуда отсюда не отлучался…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Выпитое нами «Ларнийское» обладало одним важным свойством. Оно отлично снимало усталость. Конечно, не так, как приснопамятное «Кардонийское Чёрное», но тоже — всего после одного бокала я чувствовал себя превосходно. Словно и не было у меня сейчас изматывающего секса с Паорэ и организм опять реагировал на неё как положено.