Я стираю свою тень 2 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Этому можно научиться, — успокоила меня Айрис. — Медитации спасут твой беспокойный ум.

— А мне насрать, — пробасил Апанасий. — Что думал, то и буду думать. Не хочет о себе слышать ничего плохого, пусть не подслушивает. Судить нас надо делам, а не по мыслям, которые иногда ворочаются в голове против желания.

— Прослушивание мыслей нашему работодателю необходимо только для того, чтобы знать, если мы решим сговориться против него, — пояснил Трой. — На остальные обидные мелочи он не станет обращать внимания.

Дверь в операционную бесшумно открылась. На пороге стоял Джанбоб в обществе двух человекообразных вооруженных роботов. Я это понял, как признание нашей силы. Теперь он решил подстраховаться и дать нам понять, что теперь все по-серьезному.

— Небольшое собрание для введения вас в курс дела и ближайших планов, — пояснил гангстер, развернулся и пошел по коридору.

Мы, покорно, как стадо ягнят за пастухом, вышли из операционной и направились за ним следом. Прошли на свою станцию. Жуткие андроиды контролировали нас, когда мы переплывали «кишку». Я шел последним и чувствовал его безжалостный холодный взгляд себе в спину. Он хватался железными руками за стены кишки, держась от меня в трех метрах позади.

Джанбоб собрал нас на корте.

— Можете садиться, — разрешил он, — я понимаю ваше состояние после операции.

Мы опустились на пол. Айрис села у меня между ног, опершись головой о мою грудь. Камила точно так же села к Апанасию, хотя я считал, что между ними вряд ли может быть что-то большее, чем простое общение. Она утонченная и острая, как хирургический ланцет, а он здоровый и тупой добряк.

— У вас две недели на восстановление и обучение пользованием всем, что установлено, — пояснил Джанбоб. — Никакой лени я не потерплю. Эти двое моих помощников будут следить за тем, чтобы вы выполняли программу ежедневных тренировок, — он представил своих роботов, которые ничем не проявили свое упоминание. — Не помню, кому принадлежат эти слова, тяжело в учении, легко в бою, но они очень правильные.

— Это сказал Суворов, — проявил я свою эрудицию. — Военачальник и генералиссимус.

— Спасибо, теперь буду помнить. О субординации. Главным в вашем отряде назначаю Айрис. Сегодня последний день, когда вы можете спросить меня напрямую, дальше только через нее. Я буду спрашивать с Айрис, а она с вас. Поэтому её модификации чуть мощнее ваших, так что имейте ввиду, если решите сменить власть в отряде. С этого дня в рацион питания вводится лимит. Норма будет рассчитываться по затраченным калориям. На седьмой день каждой недели в качестве поощрения лимит будет убираться. На развлечения и прочее не более часа в сутки. Энергия, затраченная на развлечения, в общий зачет не идет, так что имейте в виду, не увлекайтесь.

— Это не станция, а казарма какая-то, — выпалил я и получил от Айрис локтем под ребра.

— Вижу, свободолюбивые нравы землян требуют особой дисциплинарной программы, — неприятно спокойным голосом произнес Джанбоб. — Айрис, твоему протеже все тренировки с коэффициентом «один и два».

Она согласно кивнула головой.

— У кого-то есть еще какие-нибудь претензии? — Космический гангстер окинул наш отряд взглядом. Никто даже не пошевелился. — Отлично. Мои ребята остаются здесь в качестве нянек. Встретимся через две недели уже за обсуждением настоящего дела.

Джанбоб ушел. Айрис медленно обернулась в мою сторону и ядовито прошептала:

— Гордей, если бы ты был немым, цены бы тебе не было.

— Прости, но такой резкий переход от вседозволенности к армейской дисциплине я был не готов принять.

— Ты просто прими, что с Джанбобом лучше вообще не общаться. Если вдруг он показался тебе не опасным, то ты жестоко ошибаешься. Ты кролик, а он удав, который не станет испытывать сердечные муки, решив убить тебя. А он убивал и за меньшие проступки, чем публичное проявление неуважения. Понял?

— Понял, — меня уже бесил этот самодовольный кретин.

Едва мои мысли начали сгущаться вокруг темы Джанбоба, как я вспомнил о том, что теперь они не только мои. Страх окутал меня волной мятного холода. Я передернул плечами.

— Пойду, попью водички, — сообщил я Айрис и направился в сторону бара.

Не успев опрокинуть стакан воды, пришло сообщение о начале тренировок. Я попросил у робота яблоко и пошел с ним не спеша, сочно хрустя его плотью, на занятия. Первое, что мне попалось на глаза, это Апансий, получивший под зад дубинкой от робота.

— Опоздание на тренировку наказывается, — сообщила «железяка».

— Вот ты помойное ведро с болтами. Я тебе все провода из аккумуляторов повыдергаю, — почесывая одной рукой ушиб, припугнул андроида здоровяк.

Ему ничего не ответили. Робот спешил ко мне. Я заранее начал маневрировать, понимая, что тоже получу по заднице. А она у меня намного тощее, чем у Апанасия. Начались гонки между мной и искусственной «дурындой». Надо отдать должное, я был проворнее. Андроид смешно передвигался, как человек с больными суставами и под психотропными препаратами. Высоко поднимал коленки и грохотал подошвами по полу.

Айрис стояла в стороне и молча наблюдала за нами.

— Гордей, тебе нужны силы еще и для тренировки, — произнесла она спустя несколько минут.

— Я не хочу, чтобы он меня бил.

Я снова обманул неповоротливую «железяку», резко сменив направление движения. Дубинка просвистела в миллиметре от моих ягодиц.

— Я замкну твои контуры, — пригрозил я роботу. — Всю жизнь на микросхемы работать будешь.

Я совершенно забыл про второго андроида. Вернее, я был уверен, что он не вмешается. А он вмешался и на полном ходу догнал меня дубинкой. Я упал и закувыркался по полу, остановившись, остался на нем лежать. Перед глазами, мешая смотреть, висело сообщение о начале тренировок. Задница болела. Айрис подошла и подняла меня за руку.

— Пожалуй, сегодня никому не захочется идти в комнату психологической разгрузки. Ты справляешься с этими функциями намного лучше.

— Рад, что доставил вам приятные моменты, — я поднялся, держась за задницу и прихрамывая, пошел туда, куда мне был прочерчен маршрут.

Замечательно, что в этот день не было никаких физических нагрузок, кроме тех, которые я сам себе создал. Джанбоб дал нам на заживление операционных швов, которых было почти не видно, сутки. Нас муштровали обучению пользованием процессоров обсчета. Главное в этом вопросе было правильной мыслью передать команду и данные в него, иначе толку от него не было никакого. Я так понял, что главной его задачей являлась обсчет бухгалтерских данных, чтобы сразу увидеть, где и как подчиненные Джанбоба пытаются его надуть. По сути, это был встроенный калькулятор с мозговым управлением. С его помощью можно было обсчитать и другие данные. Например, была дана задача, по длине тени от антенны, падающей на поверхность станции, рассчитать ее объем. Я справился с этим за ноль целых, две сотых секунды. Причем, я не получил готовый ответ, а понял суть решения. Это было приятно, потому что без процессора у меня на это ушло бы намного больше времени. А еще я мог посчитать вес кучи руды, рассчитать ее время транспортировки и многие другие вещи, просто взглянув на них.

Я сам себе не мог поверить, но мне стало интересно применить эти навыки на практике. К концу тренировки первого дня я получил головную боль и чувство морального удовлетворения. Увидев мою сияющую физиономию, Айрис удивилась.

— Тебя по голове не били? — спросила она подозрительно. — Я думала, ты выползешь без сил?

— Объем твоего мозга на три процента меньше моего, — выдал я ей практический результат своего обучения.

— На два, семьдесят пять, — уточнила она. — Тебе понравилось?

— Да. Приятно осознавать, что ты становишься умнее, пусть и с помощью имплантатов. С такими талантами на Земле раз плюнуть в олигархи выбиться. Хотя, где олигархи, а где мы. Судя по задачкам, объемы у нас тоже будут космическими.

— Да, ворочать придется огромными данными. Кстати, завтра с утра начнется рукопашка и там придется задействовать усилитель нейронных импульсов, и ты увидишь, какая разница между тем, что было у Кнута и тем, что установлено у нас.