Вернор Виндж - Глубина в небе (авторский сборник)

Ознакомительный фрагмент

Продержимся ли мы еще три-пять десятилетий? Может быть. Можем собирать обломки, экономить… Но вопрос в другом: можем ли мы сотрудничать? До сих пор история ничего утешительного нам об этом не говорит. В нападении или в обороне, но руки в крови у нас у всех. О Джимми Дьеме вы все знаете. В его заговоре участвовали как минимум еще трое. Может быть, были и еще – но погром только снизит наши общие шансы на выживание. И я обращаюсь к тем членам Кенг Хо, которые, быть может, входили в заговор, пусть даже участие их было минимальным. Помните, что сделали и что хотели сделать Джимми Дьем, Цуфе До и Фам Патил. Они хотели уничтожить все корабли и раздавить Хаммерфест. Вышло же так, что взрывчатка уничтожила их самих, уничтожила людей Кенг Хо, которых мы держали в анабиозе, и уничтожила лазарет, полный эмергентов и людей Кенг Хо.

– Итак, мы в Изгнании. В Изгнании, которое сами на себя навлекли. Я как руководитель сделаю все, что в моих силах, но без помощи наш провал неизбежен. Мы должны похоронить ненависть и различия. Мы, эмергенты, много знаем о вас, Кенг Хо. Мы сотни лет слушали ваши общедоступные сети. Без вашей информации мы никогда не восстановили бы технологий. – Снова та же усталая улыбка. – Я знаю, что вашей целью было заполучить побольше выгодных покупателей; но мы все равно благодарны. Только мы, эмергенты, стали не тем, что вы ожидали от нас. Я верю, что мы привнесем во вселенную людей свой вклад, свое новое, свое удивительное и мощное. Это – фокус. Это нечто, что будет для вас поначалу странным. Я прошу вас только об одном: дайте времени шанс. Изучите наши пути, как мы изучили ваши. Со всеобщей добровольной поддержкой мы можем выжить. И даже преуспеть.

Лицо Нау исчезло с экрана, оставив вид на фон из перегруппированных скал. По всему залу люди Кенг Хо переглядывались, тихо разговаривая. Торговцы горды чудовищно, особенно когда сравнивают себя с Клиентами. Для них даже величайшая цивилизация Клиентов, даже Намчен или Канберра похожи на яркие цветы, своей красотой и неподвижностью обреченные на увядание и гибель. И впервые Эзр увидал стыд на стольких лицах Кенг Хо сразу.

Я работал с Джимми. Я ему помогал.

И даже те, кто не помогали, наверняка обрадовались первым словам Джимми с «Далекого Сокровища».

Как же вышло, что это кончилось таким ужасом?

За ним пришли Кирет и Марли. «Несколько вопросов, связанных с расследованием». Охранники-эмергенты провели его внутрь и вверх, но не в ангар катеров. Нау находился в кабинете Винжа – «менеджера флота». С предводителем были Брюгель и Анне Рейнольт.

– Садитесь… менеджер флота, – спокойно предложил Нау, показав на место Эзра в середине стола.

Винж медленно подошел и сел. Смотреть Томасу Нау в глаза было трудно. Остальным же… Анне Рейнольт выглядела такой же нетерпеливой и раздраженной, как всегда. Избегать ее взгляда было нетрудно, поскольку она все равно не смотрела ему прямо в глаза. Ритцер Брюгель имел такой же усталый вид, как предводитель, но то и дело у него на лице мелькала странная улыбка. Этот человек тяжело смотрел на Винжа, и тот вдруг понял, что Брюгель до краев переполнен невысказанным триумфом. Все смерти, свои и чужие, этому садисту были нипочем.

– Менеджер флота, – вернул Винжа к действительности голос Нау. – О заговоре Дж. И. Дьема…

– Я знал, предводитель. – Слова эти прозвучали чем-то средним между вызовом и признанием. – Я…

Нау поднял руку.

– Мне это известно. Но вы были второстепенным участником. Мы определили еще нескольких. Этот старик, Фам Тринли. Он обеспечивал им прикрытие – и чуть не погиб за все свои хлопоты.

Брюгель коротко хохотнул:

– Ага, чуть не сварился заживо. Ручаюсь, он хнычет до сих пор.

Нау повернулся, посмотрел на Брюгеля. Он ничего не говорил, просто смотрел. Через секунду Брюгель кивнул, и его манера поведения стала унылой копией манеры Нау.

Предводитель снова повернулся к Винжу.

– Никто из нас не может себе позволить торжества или гнева по этому поводу. Нам нужен каждый, даже Фам Тринли.

Он со значением посмотрел на Эзра, и Эзр выдержал взгляд.

– Да, сэр. Я это понимаю.

– О заговоре вас допросят позже, менеджер флота. Мы желаем определить всех, за кем нужно специальное наблюдение. В данный же момент есть более серьезные вещи, чем копание в прошлом.

– Вы даже после этого хотите, чтобы я был менеджером флота?

Он так ненавидел эту должность! И сейчас ненавидел ее еще больше, хотя совсем по другим причинам.

А предводитель только кивнул.

– Вы подходили к этой работе раньше и подходите сейчас. Более того, нам нужна непрерывность в работе. Если вы открыто и чистосердечно примете мое руководство, у нашего общества в целом шансы повысятся.

– Да, сэр.

Иногда бывает возможно искупить вину. И это будет больше, чем в самом лучшем случае могли бы сделать Джимми, Цуфе и Фам Патил.

– Отлично. Насколько я понимаю, физическая ситуация стабилизировалась. Чрезвычайных событий не ожидается. Что там у Циня и Вена? Удастся им спасти те блоки льда, за которыми они погнались? Дополнительное топливо – задача самая приоритетная.

– Дистилляторы уже запущены, сэр. Подача сырья начнется через несколько килосекунд. – И можно будет заправить катера. – Я надеюсь, что последние блоки льда будут приземлены в тени в течение сорока килосекунд.

Нау глянул на Анне Рейнольт.

– Вполне разумная оценка, предводитель. Остальные проблемы под контролем.

– Тогда у нас есть время для самого важного вопроса – человеческого фактора. Мистер Винж, сегодня мы сделаем еще несколько объявлений. Я хочу, чтобы вы их поняли. Вы и Чиви Лизолет получите благодарность за помощь в раскрытии заговора.

– Но…

– Да, я понимаю, что здесь есть элемент… сфабрикованности. Но Чиви в заговоре не участвовала, и помогала нам от всей души. – Нау помолчал. – Бедная девочка рвется на части. В ней накопилось много злости. Ради нее, и ради всего нашего общества я хочу, чтобы вы придерживались этой версии. Мне это нужно, чтобы подчеркнуть: не все люди Кенг Хо неразумны, есть такие, кто откликнулся на мой призыв.

Он снова помолчал.

– А теперь – самое важное. Вы слышали сегодня мою речь? То, что я говорил об изучении путей эмергентов?

– О… фокусе?

И о том, что они на самом деле сделали с Триксией.

За спиной у Нау на лице Брюгеля снова мелькнула садистская усмешка.

– Это самое главное, – сказал Нау. – Может быть, нам следовало сказать об этом в открытую, но период обучения еще не был закончен. В настоящих обстоятельствах фокус может определить разницу между жизнью и смертью. Эзр, я хочу, чтобы Анне взяла вас с собой в Хаммерфест и все вам объяснила. Вы будете первым. Я хочу, чтобы вы поняли, чтобы вы примирились. После этого я хочу, чтобы вы объяснили своим людям, что такое фокус, так, чтобы они это приняли. Тогда то, что осталось от нашей экспедиции, получит шанс выжить.

И теперь тайна, к которой так рвался Винж, тайна, не отпускавшая его сны много мегасекунд, готова была открыться перед ним. Следом за Рейнольт он вышел в ангар катеров. И каждый метр для него был тяжел, как в бою. Фокус. Инфекция, которую они не умели лечить. Мозговая гниль. Были слухи, кошмары, но сейчас он узнает.

Рейнольт жестом велела ему влезть в катер.

– Сядьте туда, Винж.

Парадоксально, но он предпочитал иметь дело с Анне Рейнольт. Она не скрывала своего презрения, и в ней не было садистского триумфа, которым от Брюгеля просто разило.

Катер герметизировался и отчалил. Времянка Кенг Хо все еще была привязана к скале – солнце было слишком ярким, чтобы ее можно было отвязать. Пурпурное небо снова потемнело до черного, но кое-где к звездам устремлялись кометные хвосты – оторвавшиеся ледяные блоки, плававшие теперь в нескольких километрах отсюда. И где-то там были Вен с Цинем.

Хаммерфест был метрах в пятистах от времянки – простой свободный прыжок, если бы Рейнольт решила его сделать. Вместо этого они шли через космос в комфорте рукава. Если бы не видеть все это до Вспышки, ни за что бы не догадаться, что была катастрофа. Чудовищные скалы уже давно остановились. Оторвавшийся снег и лед снова распределили в тени, сначала большие куски, потом все меньше и меньше и меньше, фрактальным узором. Только теперь было меньше льда и намного меньше воздушного снега. Теперь теневая сторона нагромождения была освещена яркой луной – отраженным от Арахны светом. Катер прошел в пятидесяти метров над группами, устанавливающими заново электронно-реактивные двигатели. Когда он проверял последний раз, Чиви Лизолет была там и в какой-то степени руководила работами.

Рейнольт пристегнулась к сиденью напротив Винжа.