Маэстро Адмирал-2 - Маэстро СК

Возможность торговать между колониями. Возможность воевать, строить настоящие звездные державы. Теперь ими стало реально управлять. Именно тогда чисто формальное Содружество миров Южного Персея и стало Протекторатом.

– А Торговый Союз?

– Они возникли одновременно. Торговый Союз ради интересов торговли, а Протекторат как защита. Ведь с развитием торговли и быстрыми перелетами расцвела и такая милая вещь как пиратство. За первые двести лет после изобретения звездных врат они были понастроены повсюду у каждой колонии. Число колоний здесь выросло до тысячи, а в следующее столетие еще удвоилось. Многие колонии появились рядом с Соцветием Девы и мы не могли не обратить на это внимание. Разумеется мы довольно быстро получили из Протектората новые технологии. А так как мы уже имели сильную колонию с развитой промышленной базой, то мы создали и флот. Для обороны конечно. В это же время дальше к югу возник и Халифат. Они быстро объединили там вокруг себя новые колонии. Протекторат сделал примерно тоже самое на севере. Впрочем какое-то время имелось еще несколько альтернативных государств. Но с ними как и с пиратами Протекторат успешно справился. И захотел распространить свое влияние на юг. Что привело к большой войне, в которой наша планета и Халифат были союзниками. Полторы сотни лет война то затихала, то вновь вспыхивала.На нашу окраину косо смотрели из вполне благополучных Центральных миров. И пираты и создание новых колоний сместились на запад и восток подальше от боевых действий. Протекторатом тогда управляли могущественные корпорации, но они были для нас уязвимы. Наши псионики внедрялись в систему управления противника и разрушали ее изнутри. Коррупция и злоупотребление властью сводили огромную промышленную мощь Протектората к мизеру. Достаточному чтобы мы могли сопротивляться и побеждать. В конечном итоге руководство Протектората смирилось с неудачей и решило что худой мир лучше войны.

– Любопытно, – протянула Уна, ища аналогии с нынешней ситуацией, похоже в свое время эта колония выдержала свою схватку подобную начинавшейся сейчас.

– Вскоре после подписания мира наш союз с Халифатом распался, новый халиф решил попробовать подчинить нас и мы немного повоевали и с Халифатом. А в Протекторате сразу после заключения мира произошла религиозная революция и гражданская война. Пока мы отвлекались на юг, они полностью сменили принцип власти. Именно тогда у них возникли монастыри и их метода защиты от ментального воздействия. Орден вычистил коррупцию из управления державой и какое-то время Протекторат стал удивительно эффективным государством. Впрочем Орден в те времена действительно был милосердным. Они не стремились к расширению границ, но колонии тянулись к ним сами. Ради защиты от пиратов и некоторых безумных диктаторов, которые с завидным постоянством появляются среди людей во все времена.

– Значит первое время Орден Милосердия был действительно прогрессивной привлекательной организацией?

– Без сомнения. Первые пятьсот лет. Потом у них была череда кризисов, гонения на инакомыслящих, реорганизация. Но затем они снова стали стабильной державой и в более менее подобном виде существуют до сих пор.

– Данаир был основан тысячу двести пятьдесят лет назад, это примерно соответствует концу их кризисов?

– Скорее всего да. Насколько я помню одновременно с вами возникли и колонии в секторах ставшие Фоморианским Королевством. В те пару веков был один из последних всплесков интереса к экспансии. Уже не из Центральных Миров, а из самого Протектората и Торгового Союза, вероятно ваши предки бежали на Данаир из-за происходивших тогда активных гонений Ордена на любых людей с самыми минимальными псионическими способностями. Из-за долгой борьбы против нас религиозные организации Протектората рьяно ненавидят псиоников.

– Это я прекрасно почувствовала допрашивая их пленных, – кивнула Уна.

– Ты собираешься вести против них большую войну?

– Иначе мой родной мир погибнет, – пожала плечами маэстрина да Винчи. – Нам необходимо как и вам в свое время объединить дальнюю окраину против Протектората. У вас был позади Халифат, у нас есть Республика Альба и Фоморианское Королевство.

– Вряд ли нас с Халифатом сейчас можно назвать друзьями. Они бояться и мечтают избавиться от нас куда больше, чем нынешний Орден.

– Что же их сдерживает?

– У них много спеси, но мало реального производства. Сейчас халифат предпочитает развиваться куда угодно кроме как на север. Они равно стараются держаться подальше и от нас и от Протектората.

– Альбийцы не переносят любой намек на автократию, а фомориане под управлением древней аристократии желающей лишь удержать власть, наши потенциальные друзья тоже не подарок. Для общего выживания придется мириться с недостатками партнеров.

– У тебя еще есть вопросы?

– Если у вас есть что-то вроде исторических архивов мне бы хотелось туда зарыться… – неуверенно произнесла Уна.

– Я покажу тебе архивы моей гильдии, – легко согласилась Эмерелль.

Подземный бункер с хранилищем знаний оказался прямо под лесом. И это были огромные залы где-то на порядочной глубине. Маэстрина да Винчи с тоскливым взглядом проводила взглядом сотни стеллажей с накопленными документами касающимися знаний о множестве очень интересных вещей. Биотехнологии, генетика, развитие пси-способностей, создания тел с заданными внешними данными и под соответствующие условия на планетах. Уна разумеется хотела бы прочесть здесь все. Но время… Да и Владычица дала ей доступ лишь к историческому разделу. Уна сразу же задумалась сколько своих отражений сможет отозвать сюда, предстояло очень-очень много исследовательской работы.

– Я все же надеюсь, что ты иногда будешь отрываться от чтения и выполнишь для меня еще несколько заданий.

– Конечно, все что пожелаешь, – смотря влюбленными глазами на источники знаний легко согласилась маэстрина да Винчи.

4.1

Глава 4. Мирное время

Система Меркадо, 33 день войны.

Симоне Гонсало отвлекся от созерцания трех полуобнаженных красоток, в конце концов он их уже сотни раз видел. Одной из них была Элен, двумя другими его младшие сестры. Сводные, отец не признавал зависимость от любви к какой-либо женщине и никогда не позволял себе заводить длительные отношения. В его представлении женщины это такие удобные инструменты для реализации его замыслов, не более того. Симоне был далеко не так силен в псионических способностях, как отец, а потому куда менее категоричен. Однако