Борис Георгиев - Третий берег Стикса (трилогия)

Она вполне чувствовала себя в силах размазать негодяя по стене, и неизвестно, чем бы закончилась для Клиффорда Льюиса конфиденциальная беседа с принцессой Грави, если бы не счастливая случайность. По счастью, за мгновение до того, как желание раздавить дядю Клифа в лепёшку окончательно созрело в голове разгневанной девушки и было передано «Афине», в коридоре грохнуло так, что дрогнул пол, а над ковровой дорожкой у двери гостиничного номера поднялось небольшое пылевое облачко. Льюис оказался на ногах моментально — лицом к двери, с пистолетом в руке, но, несмотря на феноменальную скорость реакции, он всё-таки не успел за событиями. Дверь номера вместе с дверной коробкой вбило внутрь, обрушило на пол в облаках белой трухи, от грохота заложило уши, пыль не облачком поднялась, а столбом над раздавленной дверью, скрыв на пару секунд того, кто послужил причиной разрушений, потом в пролом сунулась обсыпанная белым фигура.

— Саша?! — с облегчением выдохнула приготовившаяся к самому худшему Ирис.

— Тебя не обижали здесь, Иришка? — спросил первым делом по-русски Волков, не обращая внимания на ствол пистолета, нацеленный ему в живот.

— Да нет же. Мы просто беседовали, — ответила дальновидная мисс Уокер, справедливо решив, что содержание беседы «мужу» лучше пока что не сообщать.

— Ст-стой, как стоишь, — прохрипел, пятясь, Пулемёт.

— Господи, да что ж вы все сразу за пушки свои хватаетесь? — раздражённо поинтересовался Александр, глядя с неприязнью на пригнувшегося и выставившего пистолет начальника охраны. — Толку от них всё равно… вы вообще разговаривать по-человечески умеете или только как эти ваши волкодавы — одни угрозы?! А, Клиффорд?

— Умею, — с видимым усилием выдавил из себя Льюис, пихая пистолет за пазуху. — Зачем дверь было ломать?

— А затем! Вот это вы видели? — Волков вытянул вперёд руку. На запястье болталось толстое блестящее кольцо с обрывком цепи. — Зачем было напяливать на меня эти украшения? Зачем было врать, что Ирис здесь… в общем, скажите вашему Роджеру, когда он очнётся…

— Что-о?! — взревел мистер Льюис и бросился к двери, задев Волкова плечом.

— Что они с тобой делали? — только и смогла спросить мисс Уокер, разглядывая уродливый браслет, украшавший запястье её капитана.

— Расспрашивали, кто я такой. И точно ли, что я твой муж. Пригрозили, что тебе здесь придётся плохо, если не скажу. Злобное дурачьё. Пойдём, Иришка, присмотрим за Льюисом. Ты хорошо его знаешь?

— Раньше думала, что знаю плохо, — раздумчиво пробормотала девушка, последовав за Волковым в коридор. — Теперь вижу, что совсем его не знала.

Под ногами хрустели обломки двери, пол в коридоре оказался густо усыпан белой крошкой, посреди прохода валялась ещё одна дверь. Мелкая пыль плавала в лучах света, косо падавших из пролома на месте входа в соседний номер. Там, в номере, возились и кашляли, потом уронили что-то тяжёлое. Ирис замешкалась, осматривая разрушения, произведенные неистовым капитаном.

— Ну что же ты, Иришка? Заходи, — пригласил тот, выглянув из пыльного облака в коридор.

Пыль. Ирис задержала дыхание. Какое-то крошево под подошвами башмаков. Рубчатые следы по усыпанной белым прахом ковровой дорожке. Здесь светлее, можно вдохнуть. Чья-то спина в комбинезоне. Льюис? Склонился над кроватью. Ирис вдохнула, собираясь спросить, но пыль в нос попала и…

— Будь здорова! — пожелал по-русски оказавшийся справа Волков, он поймал её руку и пожал осторожно, должно быть, хотел предостеречь.

— Чёрт вас возьми, Волков, он едва дышит! — ворчал Льюис, прижимая два пальца к шее того, кто лежал на кровати. — Роджер, ты слышишь меня? Это я, Клиф! Роджер! — Невнятное мычание в ответ. — Родж! Господи, ещё один… Сначала Пол, теперь этот. Втроём мы не управимся. Куда подевался Майкл?

— Сбежал, наверное, — ответил Волков спокойно. — Увидел, что я сделал с наручниками, увидел, как этот тип пальнул в меня, увидел, чем это закончилось, и дал дёру. Меня в комнате запер. Пока я разбирался с дверью, его и след простыл. Думаю, побежал к этому вашему третьему, как его…

— К Джорджу? — бросил через плечо Клиффорд, пытавшийся привести в чувство незадачливого стрелка. И замер, напрягшись. Потом выпрямился и, не поворачивая головы, спросил:

— Откуда вы знаете о Джордже?

— От вас, — улыбнулся Александр. — Сами только что сказали: «Втроём не управимся». Считать до пяти меня научили в незапамятные времена. Лет двадцать назад. Знаете, Клиф, на вашем месте я бросил бы играть в конспирацию, всё равно Майкл всем, кого встретит, растреплет, что явились в бабле двое типов, девушка и с ней ещё один, которого пули не берут и не останавливают наручники и запертые двери. Может быть, даже имя девушки вспомнит, если ему совсем память от страха не отшибло.

— Это вы! Вы всю игру поломали! — зарычал, повернувшись резко, Клиффорд. — Что вы такое сотворили с Роджем?

— Меня никто не обязывал играть в ваши игры. — Волков невозмутимо скрестил руки на груди. — И ничего особенного я с вашим волкодавом не сделал. Толкнул легонько, он в стену хлопнулся спиной и затылком. Сотрясеньице случилось, если там у него есть чему сотрясаться. Плюс небольшой шок от переживаний. Через полчаса придёт в себя, дадите ему хлебнуть чего-нибудь бодрящего, будет как новенький, если только я ему рёбра не сломал случайно. Вызовите к нему Урсулу, пусть осмотрит.

Льюис глянул на Волкова волком, но всё же сказал своему воротнику:

— Урсула! Льюис говорит. Когда управишься с Полом… Что? Уже в медикэа? Хорошо. Тогда живо в гостиницу, Родж ранен. Что? Да нет же, не Джордж! Роджер! Что? Не знаю я, что с Джорджем! Да что с ним станется, он у входа дежурит. Ты поняла меня? Гостиница, четвёртый номер. Ты увидишь сразу, там дверь выбита. Что? С чего ты взяла?! Какое нападение роботов?! Кто сказал?! А…Чёртов паникёр!

— Да вы не переживайте так, — Волков похлопал Клиффорда по плечу, — вы же хотели подготовить папу Ирис к встрече с дочерью? Майкл сделал это за вас. А что людей у вас меньше стало — не беда. Давайте я помогу: сменю Джорджа, подежурю у входа, а? Снимите, кстати, с меня эти браслеты.

— В помощи не нуждаюсь, — мрачно произнёс Льюис ему, дёрнув плечом, чтобы сбросить руку. Порывшись в кармане, он отыскал ключ, и вскоре два разомкнутых блестящих браслета с остатками цепи упали на пол. Пряча ключи в карман, начальник охраны проговорил с угрозой: — Думаете, конец пьесе? Это была только прелюдия.

— Затянулась ваша прелюдия, — сказал безмятежно Волков, разминая кисти рук, — с нетерпением жду людию.

— Будет вам и людия, — нехорошо усмехнулся Клиффорд по прозвищу Пулемёт. — Ступайте за мной.

И он вышел, не оборачиваясь и не заботясь о том, последовали гости приглашению или нет.

Глава девятая

Офисный ярус «Грави-айленд» своими размерами поражал воображение очутившегося там впервые посетителя. Гигантский зал казался щелью между полом и потолком; ряды тонких колонн нисколько не портили впечатление — гость офисного яруса казался себе самому букашкой, неосмотрительно попавшей в промежуток между двумя жерновами. Казалось, верхний жёрнов, освещённый ярко, того и гляди двинется к нижнему, светящемуся приглушённо, и не помогут ни ряды колонн, ни далёкие низкие стены. Трудно указать точно количество человеческих существ, копошившихся между двумя жерновами в обычные дни. Пожалуй, не меньше сотни их было — деловитых и уверенных менеджеров, давно отучившихся думать о такой чепухе, как гигантские жернова, и веривших непреложно лишь в то, что видели на широких экранах своих мониторов. Чем они были заняты дни напролёт? Ирис не знала. Спрашивала у отца, когда была совсем маленькой, но ответа не запомнила, только ощущение, что все они управляют чем-то большим и сложным, но очень далёким и поэтому безопасным. Запомнилось также, что менеджеры — именно так и назывались люди между жерновами — почему-то не любят друг друга, взаимная нелюбовь выражается непонятным словом «конкуренция», причём им всем почему-то даже нравится в этой «конкуренции» участвовать. Вопросы, оставшиеся без вразумительных ответов, помнятся недолго. Повзрослев, мисс Уокер забыла свои недоумения и привыкла к деловитому копошению менеджеров в пространстве между полом и потолком офисного яруса. Нужно сказать, эволюции офисного населения, на первый взгляд кажущиеся хаотичными, на самом деле подчинялись определённым законам. К примеру: стоило стрелкам часов, вмонтированных в колонны, изобразить вертикальную линию (толстая стрелка — вниз, тонкая — вверх), и огромный зал пустел, но заполнялись коридоры и лестницы, ведущие к кольцевой галерее. Оживали люки бесчисленных стыковочных узлов, десятки баблов, всплыв из парковочных ниш, разом устремлялись прочь от «Грави-айленд», словно хозяева их неожиданно воспылали ненавистью к летающему острову, но утром следующего дня менеджеры возвращались и вновь заполняли собою офисный зал.