Майкл Гир - Осколок империи

— Хорошо, может, я ошиблась насчет Рома. Обещай, что ты не упустишь этого.

— Да… И ты, конечно.

— Не сомневайся. Я собираюсь спать. А ты? Ты сидишь уже десять часов, с тех пор, как отправил Рома обратно. Собираешься сидеть еще столько же? Манипулировать неполными данными?

Он улыбнулся, поглядев в ее синие глаза.

— Как на сканерах? Нет ли чего опасного?

Она покачала головой и пощекотала его лицо кончиком своей косы.

С неожиданной живостью он вскочил с кресла и кинулся к ней. Скайла отпрыгнула, обежала стол и бросилась к двери спальни. Когда он появился за ее спиной, она обернулась и они стали бороться. Это продолжалось несколько секунд, наконец Стаффа просто поднял ее и она потеряла равновесие.

Смеясь, он крепко обнял ее.

— Ты выиграл, — сказала она.

— Тебя, — ответил он.

Скайла наклонилась и поцеловала его, наслаждаясь чувством любви и надежности. Он начал расстегивать ее бронированный костюм, она помогла ему.

Стаффа осторожно провел пальцами по рубцу на ее бедре.

— Когда ты сделала это, я испугался до безумия, хотя и не понимал, почему.

— Так тогда, когда выстрел попал в мой шлем, и ты чуть не проиграл сражение, дежуря у госпиталя? — Она расплела свою пышную косу, пока он с восхищением смотрел на ее тело. Ее проворные пальцы расстегивали его серый костюм. Она стала, ласкать его, и дрожь пробежала по его сильному телу.

— Я скучала по тебе, — прошептала она.

— Прошло всего два дня, — ответил он, лаская ее грудь и глядя в глаза. — А будто пронеслась целая вечность.

Она отвела его на ложе. В их вдохновенной игре, Стаффа обернул тело в ее длинные блестящие волосы, как в сетку. Она прильнула к нему, сомкнув ноги над его ногами. Сердце стучало. Ей хотелось, чтобы их тела навсегда слились в одно.

«Стаффа, Стаффа, и как я могла жить без тебя?»

Когда любовная игра кончилась, Скайла лежала в его объятиях, положив голову на его грудь и водя пальчиком по шраму на коже.

— Если мы подготовим Синклера, сможет ли он справиться с Джакре? Он талантлив на земле, но воевать в космосе — это другое дело. Через минуту-другую — вы уже в гуще кораблей, среди вспышек и взрывов энергии, в водовороте хаоса. И потом остаются только обломки в космической пустоте.

— Я думаю, он научится быстрее, чем нам надо.

Скайла усмехнулась:

— Он хороших кровей. — Она помолчала. — А почему ты склоняешься к тому, чтобы дать ему шанс с Джакре? Гордость? Любопытство? Нечто личное?

Он поиграл ее блестящими волосами.

— Может быть. Это сразу и облегчает и усложняет дело.

— А Майлс знает, что мы можем уничтожить его флот, прежде чем он войдет в риганское пространство?

— Мы с ним говорили. Это очень огорчает его. Мы согласились, что до огня дело может дойти лишь в самом крайнем случае. А между тем он втайне подумает над возможностями быстрой передислокации. Туда не прибыл корабль, там он отправился в другом направлении… При разбросанности их ресурсов это будет эффективно. Если будет много неполадок. Святейший и Джакре поймут, что они ближе к краю, чем думали.

— Мы должны быть уверены, что сделали все возможное, чтобы предотвратить их удар.

— Это не так трудно.

— Как сказать. Сасса и Джакре хотят начать войну.

— Да нет, Сасса слаб по сравнению с Фистом. Принимая во внимание воспоминания, оставленные у него Седди, насколько, по-твоему, возможно отговорить его от задействования риганцев против Сасса? Нет, нам придется самим сосредоточить усилия, чтобы заставить отступить обе стороны.

— Каким образом?

Она рассеянно похлопала его по боку:

— Ну, эту деталь, босс, я еще не проработала. Но кое-что приходит в голову. Надо знать, когда все произойдет, и перехватить инициативу. Ты пока не хочешь использовать «Систему контрмер?»

— Нет. Это значило бы прибегнуть к последнему средству.

Они полежали молча, думая каждый о своем.

— А Майлс откроет Седди доступ в Сассанскую империю?

— Насколько от него зависит. Официальные бумаги, пропуска и так далее. У него есть и собственная хорошая идея. Он предложил наладить подпространственные передачи с Итреаты. Кайлла разъясняла бы их учение, цели, разоблачение односторонней эпистемологии.

Она задумалась.

— Он это наверняка решил? А как же его Бог?

Стаффа засмеялся:

— С чего ты взяла, что он всерьез считает, что Сасса — Бог? Я показывал ему старые записи времен деда Его Святейшества. Я много чего ему показывал, но прежде всего, он и не был особо благочестивым.

— У него еще текут слюни при упоминании моего имени?

Он улыбнулся:

— Нет, я сказал ему, что ты подслушала его бахвальство тогда на Итреате. С тех пор он тактично избегает тебя.

Она решила больше не говорить об этом сассанском толстяке.

— Расскажи мне о передачах, которые вы хотите организовать в подпространстве. Вы планируете вещать и на Ригу? Из нашего расположения и с нашими возможностями мы могли бы вещать на весь свободный космос. Тут не обойдется без Или. Кстати, пока вы с Рома толковали, мы получили сообщение с Итреаты. Синклер захватил Ригу, восстановил порядок, встречался с Или. С тех пор новостей пока нет. Тут может создаться еще одна критическая точка. Какое бы соглашение не могло быть достигнуто с Синклером, Или сделает все, чтобы это испортить.

Стаффа задумался.

— Подумать только, я ведь мог убить ее в тот день, когда ты нанесла удар по управлению безопасности. Всего и требовалось — нанести точный удар.

— А Синклер? Он — у нее в руках. Фист еще юнец. Он, может быть, прекрасный командир, но где ему разбираться в ее кознях? Или не знает равных в манипулировании людьми. Из всех наших врагов она самый опасный.

— Да, у нее яд в венах. И что бы там ни было, она заставит нас дорого заплатить, прежде чем все кончится.

Синклер вошел в конференц-зал Министерства обороны, а с ним — Мак Рудер, Эймс и Кэп. Комнату освещали лампы дневного света. Для этой встречи прозрачные стены были затемнены. До полусотни рядов вокруг кафедры занимали командиры эскадронов и дивизионов. Разговоры смолкли, когда Синклер поднялся на кафедру.

Он сделал глубокий вздох, чтобы успокоиться. Он видел враждебные лица и как бы ощущал недовольство. Группа седьмой секции Мейз стояла вдоль стен глядя на собравшихся риганских офицеров. Люди Синклера выстроились позади него, вдоль проекционного экрана. Он стоял, глядя в глаза риганцам. Единственное знакомое лицо — Райсты Брактов было где-то в заднем ряду.

— Леди и джентльмены, добрый день. Я собрал вас, чтобы обсудить создавшееся положение. Старый порядок кончился с убийством Седьмого правителя империи седдийским агентом Артой Фера. Встает задача создания новой империи, хотя многие заранее настроены против. Я не собираюсь агитировать за какую-либо политическую систему. Нравится это нам или нет, перед нами — новое будущее. Я не собираюсь становиться тираном. Я хочу спасти империю.

Все молчали, враждебно глядя на вооруженных людей. Синклер продолжал:

— В ближайшие месяцы военную систему придется перестроить. Все, чему вас учили по тактике и стратегии, устарело. Я понял необходимость обновления после кампании на Тарге. Мы больше не сможем побеждать, не модернизировав систему. Вопреки мифам — война — скверная и грязная работа, поймите это. Если я не достиг ничего большего, то все же разрушил миф.

Встал пожилой седовласый командир:

— Я — Леопольд Винцент, командир эскадрона «Тибальт». Так как половина из нас арестованы ищейками Такка, а вы окружили нас своими солдатами, почему мы должны с вами сотрудничать?

— Нравится это нам или нет, но мы нужны друг другу и империи. Мы все знакомы с ситуацией. Как ни относись к этому, убийство Тибальта и казнь министра обороны и его заместителей вызвали кризис. Сейчас сассанцы собирают силы, чтобы нанести нам удар. Конечно, они понимают нашу слабость и немедленно этим воспользовались.

— А что Компаньоны? — спросил Винцент.

— Неизвестно. Может быть, они поддержат сассанцев. Но во всяком случае — не нас.

Риганские командиры беспокойно оглядывались.

— Кажется, вы начинаете понимать ситуацию. Семьдесят Компаньонов оказались мощной ударной силой. Пока Компаньоны делали грязную работу, аристократия сохранила старые командные привилегии. Риганские военные просто вступили в дело, когда враг был уже деморализован и ослаблен. У нас всего четыре месяца, чтобы перестроить военную организацию по образцу Компаньонов.

— Против Стаффы? — воскликнула женщина в заднем ряду, — это же самоубийство!

— Я сражался с ним, — сказал Синклер, — и мог бы победить его, если бы к нему не пришла помощь. Стаффу можно победить, но все должны понять: только не старой стратегией и тактикой. Не победить так и сассанцев. Месяцы остаются до смертельной битвы за свободный космос. — Он стукнул по кафедре кулаком. — Могу сказать, что он будет страшным и кровавым, словно на свободный космос обрушились проклятые Боги.